Обвенчанные утром
Шрифт:
— Ты как-то совершенно не выглядишь успокоенной, — лениво заметил Лео, — с чего бы это, Маркс?
Подобное отсутствие участия, вкупе с предшествующими намёками относительно мисс Дарвин… для бедных нервов Кэтрин все это оказалось слишком.
— Окажитесь вы на моем месте, — процедила она, — то тоже не плясали бы джигу.
— Ты в прекрасном положении, — глаза Лео напоминали голубые льдинки. — Латимер скоро исчезнет, Ратледж публично признал ваше родство, у тебя имеются средства, и при этом нет никаких обязательств ни перед кем. Чего же еще тебе желать?
— Ничего! — рявкнула она.
— Думаю, тебе просто жаль, что больше не нужно убегать и прятаться. Потому что теперь тебе предстоит признать одну неприятную истину, что не к чему… и не к кому… бежать.
— Для меня этого достаточно, чтобы оставаться на месте, — холодно ответила Кэтрин.
Лео нарочито беззаботно улыбнулся.
— Это напоминает мне старый парадокс.
— Какой парадокс?
— О том, что происходит, когда непреодолимая сила встречает неподвижный объект.
Гарри и Поппи молчали, переводя взгляд с Кэт на Лео и обратно.
— Полагаю, я и есть «неподвижный объект»? — язвительно спросила Кэтрин.
— Если тебе угодно.
— Ну, так вот, мне не угодно, — хмурясь, ответила она, — поскольку я всегда считала, что это дурацкий парадокс.
— Почему? — спросил Лео.
— Потому что на него невозможно ответить.
Их взгляды схлестнулись.
— Конечно, возможно, — произнёс Лео, явно наслаждаясь её гневом.
К спору присоединился Гарри:
— Не с научной точки зрения. Неподвижный объект должен обладать бесконечной массой, а непреодолимая сила потребовала бы бесконечной энергии, а ни то, ни другое невозможно.
— Однако, если смотреть на этот вопрос с семантической точки зрения, — возразил Лео с раздражающим спокойствием, — ответ существует.
— Безусловно, — сухо ответил Гарри, — Хатауэй всегда найдет аргумент в свою пользу. Просвети нас… какой там у тебя ответ.
Отвечая, Лео не отрываясь, смотрел в напряженное лицо Кэтрин.
— Непреодолимая сила пойдет по пути наименьшего сопротивления, обойдет неподвижный объект … и оставит далеко позади.
«Это просто вызов — догадалась Кэтрин, — высокомерный хам и манипулятор, он использует несчастную Ванессу Дарвин, чтобы спровоцировать меня, и намекает, что может случиться, если я не сдамся — …обойдет неподвижный объект… оставит далеко позади — ну, конечно!»
Она вскочила, не спуская с Лео сердитых глаз:
— Тогда почему бы вам не взять, да и не жениться на ней? — И подхватив ридикюль и обмякшее тельце Доджера, она выскочила из комнаты.
Лео тут же бросился за ней.
— Рэмси… — начал Гарри.
— Не сейчас, Ратледж, — пробормотал Лео, спеша вслед за Кэтрин. Дверь за ней захлопнулась с такой силой, что задрожала.
Воцарилась тишина, Гарри изумлённо посмотрел на жену:
— Я вообще-то не тупица, — проговорил он, — но из-за чего весь сыр-бор?
— Из-за мисс Дарвин, полагаю, — Поппи подошла к мужу, села к нему на колени и обняла за шею. — Она ждет ребёнка и хочет выйти замуж за Лео.
— А, — Гарри откинулся на спинку кресла и скривил губы. — Понятно. Он использует это, чтобы заставить Кэтрин принять решение.
— Ты этого не одобряешь, — скорее заметила, чем спросила Поппи, нежно убирая волосы со лба Гарри.
Он криво ухмыльнулся:
— Я в его положении делал бы то же самое. Конечно, я этого не одобряю!
— Прекратите преследовать меня!
— Я хочу поговорить с тобой, — Лео не отставал от мчащейся по коридору Кэтрин, делая один шаг там, где ей нужно было два.
— Мне совершенно не интересно, что вы собираетесь мне сказать.
— Ты ревнуешь, — в его голосе звучало явное удовлетворение.
— Вас к мисс Дарвин? — она выдавила из себя едкий смешок. — Да мне просто жаль вас обоих. Худшей пары и выдумать невозможно.
— Ты не можешь отрицать, что она очень привлекательная женщина.
— Если не смотреть на шею, — не смогла удержаться Кэтрин.
— А что, чёрт побери, не так с её шеей?
— Она просто ненормальной длины.
Лео безуспешно попытался подавить смех.
— Я могу закрыть на это глаза. Потому что, если я на ней женюсь, я смогу сохранить Рэмси-Хаус и у нас уже будет ребенок. Удобно, а? Более того, мисс Дарвин пообещала мне, что я смогу волочиться за кем захочу, а она в свою очередь станет делать то же самое.
— А как же верность? — в ужасе спросила Кэтрин.
— Верность, это так passй [34] . Сегодня только ленивый не хочет регулярно соблазнять кого-нибудь новенького.
34
passй(фр.) — устарело
— Вы же говорили, что у вас не возникнет проблем с верностью!
— Да, но это было, когда мы обсуждали наш брак. А брак с мисс Дарвин — это совсем другое.
Они остановились у входа в комнаты Кэтрин. Она держала спящего хорька, пока Лео доставал ключ из её ридикюля. Он открыл ей дверь. Кэтрин старательно не смотрела на него.
— Можно мне войти? — спросил Лео.
— Нет.
Лео все равно вошёл и закрыл за ними дверь.
— Не смею вас задерживать, — мрачно проговорила Кэтрин, укладывая Доджера в корзинку, — уверена, у вас множество дел. Начать хотя бы с того, что надо изменить имя на специальном разрешении.
— Нет, разрешение выдано на твое имя. Если я женюсь на мисс Дарвин, мне придётся заплатить за новое.
— Надеюсь, что много, — ядовито сказала она.
— Очень, — Лео подошел к Кэтрин сзади и обнял, крепко прижав к себе. — Кроме этого, существует ещё одна проблема.
— И какая? — она пыталась вырваться.
Он коснулся губами мочки ее уха.
— Я хочу тебя, — прошептал он, — только тебя. Никого, кроме тебя.
Кэтрин замерла. И закрыла глаза, чтобы остановить внезапные слезы.
— Ты принял её предложение?
Лео нежно уткнулся носом во впадинку у неё за ухом.
— Конечно, нет, глупышка.
Она всхлипнула, облегченно и сердито одновременно.
— Тогда, зачем было намекать, что согласился?
— Потому что тебя необходимо подтолкнуть. Иначе ты будешь тянуть, пока я не одряхлею настолько, что тебе от меня уже не будет никакого проку.
Он подхватил Кэтрин и бросил на матрац. Очки слетели на сторону.
— Что ты делаешь? — Кэтрин возмущённо старалась подняться на локтях. Она запуталась в тяжелой массе собственных юбок с их влажными подолами и мокрыми оборками. — У меня платье намокло.