Чтение онлайн

Неизменный ответ гласит, что кошки и собаки по природе не вегетарианцы, поэтому кормить их мясом — это нормально. Люди с этой точкой зрения игнорируют тот факт, что кошки и собаки — это одомашненные создания, отчужденные от своих естественных состояний. Об их пищевых пристрастиях нельзя судить по поведению их сородичей в дикой среде. Кроме того, когда кошка или собака убивает свою жертву, она не совершает злое дело, спровоцированное аморальными намерениями. Это их инстинкт. Когда же люди убивают коров, чтобы кормить ими кошек и собак, они делают это осознанно и спланировано, а, следовательно, эта практика лежит в моральной плоскости. Почему кошек и собак нужно ставить выше коров?

Всякий раз, как кто-то открывает банку кошачьего или собачьего корма, он кормит своих животных плотью невинных созданий, убитых по спесишистским соображениям. Это сознательный выбор — помогать одним видам за счет других, только в этом случае спесишизм ставит не человека над другими созданиями, а животное, которое ему нравится. Кошки и собаки, как выяснилось, тоже вполне могут быть веганами с отменным здоровьем, только в случае с кошками это немного сложнее. [14] Однако многомиллиардная индустрия кормов для домашних животных, тесно связанная с мясной промышленностью, спекулирует на сострадании близоруких людей, которые симпатизируют кошкам и собакам.

Индустрия кормов для домашних животных поддерживает индустрию зоомагазинов, которые поддерживают индустрию разведения кошек и собак. Всех их спонсируют участники этой системы, покупающие корма для домашних животных, чтобы кормить питомцев. Этими участниками выступают как вивисекторы, так и обожающие кошек старушки.

Возможно, тебе непросто переварить позицию освободителей, высказанную в этой главе. Освободители опасаются, что люди, которые столкнулись с вышеприведенными идеями, могут испытать сильный стресс, превосходящий пределы их выносливости, который заставит их полностью закрыться от освободительных идей. Ведь освободители утверждают, что все, кто участвует в этой сумасшедшей, жестокой, кровожадной системе, виновен в убийстве беззащитных созданий. Принять это, как данность, непросто, особенно если ты привык считать себя человеком, полным сострадания. Возможно, читатель придет к выводу, что у него нет выбора, кроме как оставаться членом этого общества. Вы попробуете успокоить свою совесть, сказав себе, что вы не имеете власти над происходящим. Как вы сможете жить без машины, не пользуясь электричеством, полученным неэтичным путем, не покупая потребительских товаров, доставленных на автомобилях-убийцах и не платя налоги? Вы не сможете сохранить работу, заботиться о семье и жить нормальной жизнью, если дойдете до того, о чем толкуют освободители. Как вы сможете оплачивать членство зоозащитных организаций, ездить на митинги, писать конгрессменам и кормить собаку, если нельзя угнетать некоторых животных в повседневной жизни? «Возможно, какие-то формы угнетения необходимы, чтобы продолжать работать внутри системы с целью привести к прекращению угнетения?» — можете спросить вы.

Освободители ответят: «Чушь собачья!». Любой, кто остается внутри системы, сделал свой выбор. Если человек принял решение оставаться в системе, чтобы сражаться за своих братьев и сестер, освободители готовы его поддержать. В любой войне есть свои саботажники и диверсанты, помогающие высасывать из врага энергию. Однако большинство людей работают внутри системы, потому что они — потребители. Общество натренировало их быть такими. Им нравится водить машину, покупать мебель, жить в красивых домах, ощущать уважение своего окружения. Они трудятся внутри системы потому, что хотят быть частью общества. Они делают это для себя, а не для животных.

Скрытая форма большей части проявлений угнетения животных позволяет псевдосознательным людям дурить самих себя. Они убеждают себя в том, что могут быть членами общества и жить в мире без жестокости. Освободители надеются, что их аргументы развеяли этот миф. Если это так, вероятно, сейчас вы чувствуете себя подавленным. Это хорошо. Боль возделывает почву для перемен. Как только вы будете готовы, освободители посеют несколько семян.

Итак, в связке с ограничениями человеческой природы в том, что касается уважения других животных, на пути освобождения животных стоит смертоносный, непробиваемый барьер. Освободители верят, что только полное уничтожение нашего общества способно помочь спасти наших братьев и сестер от пыток и убийств.

Я посвящу следующую главу обсуждению ненасилия, как возможной методики революции, приведу доводы освободителей относительно того, почему ненасильственные тактики неприменимы к освобождению животных, и объясню, почему они считают, что воинственное вмешательство — это единственная эффективная альтернатива.

«Что было, то и будет, что делалось, то и будет делаться, и ничто не ново под солнцем».

Книга Экклезиаста может служить историческим свидетельством того, что несколько тысяч лет назад люди уже боролись с фактом человеческой жестокости и сложностью объяснения ее причин. Как мы находим смысл в безумии мира, который создали? В предыдущих главах уже было сказано о том, что природа человека и общество никогда не допустят этичного отношения к животным. И, если принять эту концепцию освободителей, как должен жить истинный любитель животных? Если вашу семью обрекут на страдания и смерть, что вы будете делать?

Автор знал о творящемся зле и понимал, что любые действия человека, направленные на то, чтобы покончить со злом, ничтожны. «Суета сует, сказал Екклесиаст, все — суета!» Нам не изменить положение вещей! Мы дурачим себя, когда думаем, что мы способны это сделать. Освободители соглашаются с этим тезисом автора, но расходятся с ним во мнении относительного того, что делать со злом в мире. «Бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека; ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо ли оно или худо».

В этих цитатах заключен фундамент мирного сопротивления. В них присутствует признание существования зла и убежденность в том, что Бог покарает зло в какой-то момент. Та же стратегия прослеживается в христианских идеалах, как, например, подставить другую щеку под удар и любить своих врагов. Живите мирно, воздерживайтесь от убийств и любите угнетателей, как своих братьев, ибо все зло накажет Господь.

Просить людей жить, как жил Иисус Христос, это непомерное требование. Но истинное значение данной стратегии приближено к человеческой природе. Оно заключается в том, что нужно заботиться о собственной шкуре, подчиняясь заповедям Божьим, чтобы, когда придет час суда, перед тобой разверзлись врата рая. Угнетатели, в свою очередь, получат по заслугам, когда Господь до них доберется. Иными словами, оставьте Всевышнему всю грязную работенку по наказанию злобных ублюдков — главное, чтобы в вашем личном деле не было записей о проступках! На самом же деле нет ничего плохого в том, чтобы угнетатели получили возмездие, если его реализуют сами люди. Освободители не пытаются возлюбить угнетателей.

Ничто не ново под солнцем. Люди угнетали окружающих всегда, и борцы за свободу противостояли им. Так же, как Христос с его тактикой самопожертвования и исповедования любви ко всем, даже к своим угнетателям, другие социальные реформаторы использовали любовь и мир, как движущие силы социальных изменений. Некоторые люди, надеющиеся покончить со страданиями и убийством животных, увлекаются идеями ненасилия по причинам, которые будут изложены в интерпретации освободителей и станут понятны ближе к концу этой главы.

Современным героем людей, исповедующих этот подход, стал Махатма Ганди, хотя некоторые люди воспринимают, как модель, Мартина Лютера Кинга. Поскольку Кинг был апологетом Ганди и сам очень часто цитировал его, последующий анализ ненасильственного сопротивления будет сконцентрирован непосредственно на изобретателе современного мирного движения и его словах. В ходе анализа будет использована книга Ганди, которая так и называется — «Ненасильственное сопротивление».

Главной силой, использованной Ганди, была Сатьяграха — пассивное сопротивление. Сатьяграха в переводе означает «сила души» или «сила истины». В ее корне лежит идея о том, что «противника должны оградить от ошибки терпение и симпатия. То, что видится истиной для одного, может оказаться ошибкой для другого. Терпение означает самопожертвование. Так теория приходит к скромному доказательству истины путем причинения страданий себе, а не противнику».