Чтение онлайн

— Кто это, Дань? — спросила я, указав на мужчину.

— Дэвид Йорк, его дочь и мама моя, — назвал он всех на фото, — Они живут по соседству в Лондоне. Дружат. Ну или что-то вроде того.

Дан как-то странно скривил лицо, и я решила не лезть к нему с расспросами более. Тем более, пора было собираться.

Без капли косметики, в мятой одежде, растрепанная, с горящими глазами и улыбкой, я вернулась к себе домой. Мила присвистнула, и мне даже не захотелось показать ей средний палец.

— Да-да, — подтвердила я ее догадки, — Он потрясный и неутомимый. У меня никогда не было столько секса.

— Поздравляю, — засмеялась Смирнова, — Если выйдешь за него, обещаю сдохнуть от зависти.

Слова Милы вскружили мне голову окончательно. После того, что сотворил со мной Дан, это казалось закономерным. Мы не играли ни в какие игры. Я все придумала себе сама. Ерохин хочет меня. Именно меня. Не может мужчина быть таким внимательным и горячим, не испытывая реального влечения ли каких-то чувств. Я заснула с твердым убеждением, что нужно прекращать вести счет и надумывать всякие глупости.

Вопреки этой установке, мне всю ночь снились какие-то гадости, а под утро вообще пригрезилось, что Дан меня бросил ради Полины, которую всю жизнь любил. Я встала с кровати с совершенно с иным настроением. Словно проспалась после запоя или протрезвела без дозы наркотика. Не очень разбираюсь во всем этом допинге, но, думаю, что похоже.

Теперь в каждом слове, жесте, действии Ерохина я снова видела тонкий расчет. Он заманил меня к себе домой, как и я его. Ему было комфортно в привычной роскошной обстановке и галстуке. Он очаровал меня своей проклятой рыбой и кексами, а потом закрепил все сексом. Не удивлюсь, если Дан мысленно наставил себе десяток жирных плюсов, едва я уехала. Да, он все делал правильно. Неистовый любовник с кучей денег, положением в обществе, еще и готовит сам, и вкусно. Попробуй тут не потеряй голову. Милка бы точно сдурела от свалившегося на нее счастья. Да и я вчера слегка повредилась умом. Хорошо, что сегодня протрезвела.

Почти.

Никуда не делись мои чувства. Едва я закрывала глаза, видела его торжествующую улыбку, слышала бархатный голос: «Малыш, ты смерти моей хочешь». Я не хотела. Это он убивал меня подобными фразочками и затасканно избитым малышом, который из его уст звучал так мило и горячо, что я и не думала противиться этому глупому прозвищу.

Слишком уж он был хорош. Для меня. А может вообще. Не верилось в такое счастье. В воскресенье вечером — да, я еще могла проникнуться подобным чудом, но в понедельник утром иллюзии рассеивались, как туман.

— Трахает он ее. Ну, точно, — пробормотала Мила. Она листала свежий номер «Светской жизни», не отвлекая меня от очередных размышлений на тему Дана.

Мой мозг уже готов был взорваться, а я еще кофе не пила. Поэтому решила перезагрузиться и посплетничать с соседкой. Нужно отвлечься.

— Кто кого? — уточнила я, заработав при этом удивленный взгляд.

Обычно я пропускала подобные ремарки от Милы. Она давно перестала нуждаться в собеседнике, могла болтать и сама с собой.

— Так Ерохин, — с удовольствием выпалила Смирнова, — Полину эту проклятую.

Ну, супер. Отвлеклась, называется. Хотелось взять свои слова назад, ничего у Милки не уточнять. Но куда там. Ее понесло.

— Ты посмотри, как она ему лыбится. И он тоже хорош. Гад какой. Нет, Лен, ты глянь.

— Мил, я машину веду. Смотрю на дорогу, — объяснила ей как маленькой.

— Ой, ладно, — отмахнулась подружка, — На светофоре оценишь. Нет, как же она меня бесит! Крыса.

— Чего ты взъелась на нее? Какая разница?

Я старалась подобрать нейтральный слова, чтобы не выдать собственного волнения. Конечно, Милкина болтовня больше похожа на бред, но… Но и Дан не может быть таким идеальным. Обязан быть у него изъян. Хотя бы в виде Полины.

— Да сплю я с ним, Лен, — воскликнула возбужденная моим интересом Мила.

Хорошо, что дорога была знакомой и не очень загружена, иначе я бы въехала кому-нибудь в зад.

— С кем? — ушам своим не верила.

— С Даней же, ну!

— С Ерохиным?

— Ага.

Я крутила головой, глядя то на шоссе, то на Милу. Господи, врет ведь.

— Серьезно? — чудом удавалось говорить ровно.

Мила закатила глаза.

— Ну, да, — она напустила на себя отрешенный вид. Так всегда бывало, когда собиралась хорошенько похвастаться, — Он же тогда номер мой взял. Позвонил, мы встретились. Как-то сразу закрутилось.

— Любовь с первого взгляда? — не сдержала я сарказма.

— Какое там, — махнула рукой Симонова, — просто секс, Лен. Но он мне нравится. Если бы не эта Полина, может и… Эх.

— С чего ты взяла, что Полина?

— Посмотри же! — Мила сунула мне в лицо страницу с фото. — Смотри, как она ему глазки строит. Скалится, как будто он ее дантист. И Даня тоже…

— Что — тоже?

Я не разобрала толком их лиц, но на фотографии они стояли близко, кажется, разговаривали. Похоже это фото с того самого приема, где Ерохин скучал.

— Тоже ей улыбается. Как будто у них есть маленький грязный секрет. Теперь, похоже, Самойлову рога наставляют. Перемена мест.

— Ох, Мил, слишком много драмы.

— Я же знаю, Лен, — продолжала давить она, — Он и со мной, и с ней спит. Точно. Потому и встречаемся мы редко. Последнее время — вообще.

— И не противно тебе делиться?

— Противно. Немного. Но он в постели — просто ураган. Не могу отказаться. Да и смысл? Я девушка свободная. Он тоже не женат. А пусть и был бы. Вот, знаешь, пофиг.

О, я знала. Это я знала, как никто. Милу понять я могла по этой части. Оставалось только решить: верить ей или нет.

Я сразу стала припоминать дни, когда ее не было дома, сопоставлять факты, сверять время. Жидкости в голове снова кипели, грозя взорвать череп. Мог ли Дан быть таким? Спит он с Милой? Или с Полиной? Или с обеими? Больше похоже, что только с Милой. По ее версии вторая любовница — это я.

Абсолютно обезоруженная и размазанная этим разговором, я добралась до рабочего места. В обед пришло несколько смс от Дана. Скучал, вспоминал обо мне, звал к себе после работы. У меня не было сил ответить хоть что-то. Только вечером смогла наврать о планах и делах. Примерно так же я вела себя всю неделю. Рассмотрев хорошенько фото из пресловутого журнала, я не увидела ничего, что так расстроило Милу. Похоже, она заранее придумала себе эту историю, а фото притянула за уши, как необходимый факт.

В среду моя соседка заявила, что ночевать дома не будет, и я тут же позвонила Дану, чтобы напроситься в гости. Проверка на вшивость, да. Он очень натурально расстроился, потому что снова должен был лететь в Прагу. Совпадение?

Я так запуталась, что не знала, как быть. Ерохин прислал мне фотки с Карлова Моста, который наконец смог потоптать ногами. Но он ведь мог улететь утром, а вечером встретиться с Милкой. У меня не было доказательств, не было твердого убеждения на их счет. Я вообще не знала, что думать, поэтому снова сбежала. К родителям на выходные. Категорически запретив Ерохину приезжать, взяла тайм-аут.