Чтение онлайн

— А как не зайти-то? — испуганно несла околесицу я — Когда отсутствовала пару месяцев, была в путешествии дальнем, затем вернулась, и сразу сюда!

— Дальнем? Это где же вы так все путешествовали? — спросил другой полицейский, с осторожностью нюхая бутылку виски.

— Так, в Новгороде были, потом в Муром завернули, а уж оттуда в столицу! — бормотала Василиса, которая тоже чувствовала себя не в своей тарелке и отказывалась сходить с места, где лежало Донатиево богатство.

— Ууу! И вправду, прям вояж! — согласно протянул третий полицейский, переглядываясь со своим товарищами.

Господин Авдеев стоял возле выхода и закрывал лицо руками, намекая тем самым, что мы говорим что-то не то.

— Вояж? Какой вояж, товарищи милиционеры? Они ворвались к нам, тесаками своим угрожали! Деньги отобрали… — визжала наша личность — домовым пугали!

— А вот отсюда поподробнее! — оживился Дмитрий Константинович и подошёл ближе.

— Уж куда подробнее! — робко поддержала своего собутыльника вторая личность — ворвались, как оно есть. Мы чуть со страху не померли, сначала, когда оглобли свои под нос совали, а потом, когда домовой этот по столу бегал и ругался по-всякому.

— Слышь, ты завязывай давай со своим домовым! — грозно окрикнул тот парень, который писал что-то за столом — Ты про нападение с холодным оружием давай поподробней! Кто, когда, при каких обстоятельствах! И как избавились от него, самое главное?

— Виталь, ну ты что, всерьёз думаешь, что эти тихие парни выбили дверь и напали на пьянчуг? Так я вот этого знаю неплохо! Сколько лет тут прожил — ещё ни разу трезвым его не видел! И потом, что они там про домового-то плели? Белка, я думаю!

Авдеев так убедительно говорил своим коллегам, что я и сама немного стала сомневаться в том, что это наши ребята действительно могли проникнуть в чужое жилище.

— Да какая там белка? — со слезами на глазах сообщила личность — Вот те крест, и правда бегал тут лохматый такой, кричал да угрожал нам. Ну, испугались мы, конечно, с непривычки-то!

Товарищи поддержали хозяина квартиры, активно кивая головами и поддакивая.

— Ну, что я говорил? — победно кивая головой в сторону алкашей, гордо сообщил Авдеев.

Сотрудник, который писал протокол, положил ручку и с тоской стал смотреть на нас всех, не совсем понимая. То ли это статья за незаконное проникновение и угрозу убийством, то ли просто дружеская попойка. Но наша личность развеяла сомнения служивого, поскольку алкаш заметил вернувшегося Донатия:

— Хошь, землю есть буду? — с фанатичным блеском в глазах сообщил алкоголик — Вот он, домовой тот, который кричал и нам угрожал! Позади вас стоит, товарищ милиционер, и глумиться, главно! Спрашивает у соседки сверху, все ли вещи на месте!

— Вижу, охоронила припасы-то мои? — хмуро поинтересовался домовой, как только проник в жилище — Чует моё сердце, могут повязать вас тут всех! Соседи вон, вишь чо, полицию вызвали.

— А вы, значит, гражданочка, соседка будете этого беспокойного гражданина? — тот полицейский, который писал протокол, обрадованно схватил ручку, счастливый уже оттого, что смог уцепить рациональное зерно.

— Соседка! Да! — согласилась я и осмотрелась по сторонам.

Донатия и след простыл. Но меня сейчас крайне тревожит, куда ребята успели спрятать своё «холодное оружие», поскольку они оба стояли возле окна с самым независимым видом.

— Сидели, распивали спиртные напитки, затем, в результате внезапно вспыхнувших неприязненных отношений хозяин квартиры счёл вас незванными гостями, предложил удалиться, после чего ваши друзья Собигор и Далемир напали и нанесли незначительные телесные повреждения? — с надеждой спросил сотрудник, у которого не клеился протокол.

— Всё не так было! Пили, правда, который день! Затем ворвались эти вот… угрожали, ну, мол, руки отрубят за воровство, и что княжье слово им не указка, про домового вы уже слышали! — обвиняюще тыкая в Вадима пальцем, поведала испитая личность.

— Слышали, как не слышали! — расстроился мужик, стоящий у порога.

— Гражданочка! — взвыл ничего не понимающий сержант — Вы хотите написать заявление о проникновении и воровстве в вашу квартиру?

— Я? Ннет, ничего такого… — заикаясь, ответила я, после того, как Авдеев сделал мне страшные глаза.

— А где, говорите, оружие то, которым вам угрожали? — вкрадчиво поинтересовался третий полицейский, ничего интересного не нашедший в углах квартиры личности.

— Исчезло, вот тебе крест, исчезло! — заплакала личность.

— И оружие исчезло, и домовой с ним заодно? Так, может, он и прихватил мечи эти? — уточнил всё тот же мужик, и внимательно посмотрел в глаза личности.

— Да нет, вроде… сам-то он небольшенького роста — шумно высмаркиваясь, наш местный алкаш показал рост домового высотой около двух табуреток — не мог он упереть мечи, сразу видно, тяжёлые они были!

— Конечно, куда уж ему, один бы прихватить, куда уж два… — ласково похлопал по плечу алкаша сотрудник ППС.

Тот сержант, который пытался писать протокол, скомкал очередной листок, и в бешенстве достал новый.

— Поступило заявление от гражданина по поводу угрозы жизни от незнакомых людей. Прошу дать пояснения по делу и предоставить документы и личные вещи для досмотра — с остервенением начал строчить тот, кивнув тихо стоящим возле окна ребятам.

Те переглянулись и промолчали, поскольку у Авдеева скоро должен был случиться инсульт, настолько бурно он пытался жестикулировать за спинами своих коллег.

— Ребята, там вызов на Ижорском проезде — с нотками безнадёги сообщил Дмитрий Константинович.

Но те лишь отмахнулись от него.

— А что это вы, гражданочка, в руках за вещички держите? — спросил тот, который терроризировал нашу личность.

— Мои вещи! — я крепко прижала к себе Донатиеву собственность, испугавшись, что полиция её отберёт, как какой-нибудь вещдок — Только чеков на покупку у меня нет!

— Господь с вами, какие чеки? То есть, вы утверждаете, что спустились сюда для того, чтобы распивать алкогольные напитки и прихватили с собой вот… эти вещи? — сержант оторвался от протокола и устало посмотрел на меня.

— Яя, да! Я переживала, вдруг похолодает, а я уже и в тулупчике! — я разволновалась пуще прежнего, быстро засунула ноги в калоши, и напялила на себя облезлую дублёнку.

— То есть, бухать вы решили до крещенских морозов? — уточнил сержант, который больше ничего не записывал, а рассеянно выводил какие-то каракули на протоколе.

Авдеев согласно покивал головой, поэтому, испугавшись того, что у ребят документов нет, и не будет, я выпалила:

— До них, всегда так пьём!

Затем Авдеев отрицательно закивал головой.