ОБЖ, или Ошибки юности
Шрифт:
Кроме Марины в этот вечер в кафе работали еще двое: за стойкой, – Лена, двадцатилетняя девушка, и охранник, здоровенный мужчина, под неусыпным взглядом которого пропадала всякая охота похулиганить. Но хулиганить никто не собирался. Во-первых, потому что здесь из-за отсутствия крепких напитков не было пьяных. Во-вторых, у каждого кафе есть свои завсегдатаи. Здесь они были особенные. «Интеллигентные!»– как объяснила ей Лена. Она же сообщила Марине, что по средам и субботам в зале выступают барды со своими песнями. Марина справедливо рассудила, что именно это и привлекает сюда столько молодежи.
Лена вообще оказалась болтушкой. За считанные минуты Марина узнала, что Лена живет с мамой в однокомнатной квартире, что нигде не учится, потому что бог мозгами не сподобил, что у нее есть жених, ну не то чтобы жених, а парень, с которым она полгода встречается и которого, кажется, любит.
– А у тебя есть близкий друг? – спросила словоохотливая девушка, которую бог, может, и не сподобил мозгами, но хорошенькой внешностью не обделил.
– Нет.
– И не было?
Марина задумалась: как ответить? Он и с Петровичем придумали легенду, что ей семнадцать, чтобы не вызывать лишних разговоров. Марина на самом деле выглядела старше своих лет, может, из-за того, что была смуглой, а может, из-за выражения глаз: они смотрели на мир с некоторой настороженностью, которая приобретается вместе с жизненным опытом. Ну, как бы там ни было, большого опыта у Марины не было, а настороженность в глазах – была. И еще был Митя, вот только чувство к нему нельзя назвать любовью. Скорее, это была болезнь, но она давно прошла.
– В общем-то, ничего серьезного не было, – честно ответила Марина.
– Ничего, у тебя еще все впереди, – успокоила Лена. – Вон, смотри, парень только что присел за угловой столик. Симпатичный шатен.
– Ну и что?
– Что! Пойди обслужи клиента. Видишь, карточку изучает.
Марина одернула кофточку. Сегодня она уже обслужила с десяток таких клиентов. Опыт общения с посетителями появился, скованность прошла. Так отчего же так боязливо стучит сердце?
– Вы уже выбрали, что будете заказывать? – громко спросила Марина, оказавшись возле столика.
– Это трудно сделать. – На Марину насмешливо смотрели самые привлекательные светло-зеленые глаза, какие ей только доводилось видеть за ее пятнадцать лет. – У вас в кафе богатый выбор.
Марина неуверенно улыбнулась.
Шатен выглядел лет на двадцать с хвостиком.
Вряд ли она сможет его заинтересовать. «Да что это я, о чем думаю?»– спохватилась Марина и заметила, что парень внимательно изучает ее вместо того, чтобы изучать меню.
– Может быть, вы мне поможете? – сказал шатен с привлекательными глазами, наконец-то заглядывая в перечень блюд. – Салат, пожалуй, овощной, а вот дальше… Жаркое по-домашнему, – задумчиво прочитал он и снова взглянул на нее. – Как это?
– Ну, это свинина с жареной картошкой, луком и еще там грибы, и это все готовится в глиняном горшочке, слоями, – взволнованно затараторила Марина и внезапно замолчала.
– Надо же! – Парень улыбнулся, будто ему стало очень весело. – А куриное филе в тесте?
Издевается он, что ли, над ней! Марина выпрямилась, заправила за ухо блестящую прядь волос. Она носила удлиненное каре на прямой пробор. Ей очень шла эта прическа. Все так говорили!
– Курица как курица, – сухо сказала она, забывая о том, что клиент всегда прав, – жаренная в электрической печке.
– А гарнир?
– Свежие овощи, – так же лаконично ответила Марина.
– Хм! – хмыкнул шатен в замшевом пиджаке. Теперь Марина его рассмотрела: одет с иголочки. – Значит, овощи. – Он опять посмотрел на Марину пронзительным взглядом. – Но ведь овощи я уже заказал, в салате. Зачем же мне еще?
Марина молчала. Просто садист какой-то!
Он ей уже не нравился… Или нравился еще больше?.. Пойди разберись, когда на тебя все время смотрят.
– А вам что больше нравится? Жаркое или куриное филе? – спросил шатен.
– Жаркое.
– Тогда я возьму его.
– Слава богу, – процедила Марина.
– Что, простите?
– Ничего, я слушаю.
– Значит, так: жаркое в горшочке, салат из овощей, жульен, кофе черный.
Он молча смотрел на нее, продолжая держать меню открытым.
– Все? – спросила Марина, окончательно потеряв терпение.
– А вы можете мне еще что-нибудь предложить?
– Фирменное мороженое.
– Десерт не нужен. Сладкое расслабляет. – Парень –захлопнул меню и положил его на стол. – Жаркое придется подождать, – предупредила Марина.
– Сколько?
– Минут двадцать.
– А курицу?
– Тоже.
Парень ослепил ее белозубой улыбкой.
– Ничего, я никуда не тороплюсь. Пусть будет жаркое.
В подтверждении своих слов он развернул салфетку и бросил ее себе на колени.
Марина приказала себе: «Иди!» – и пошла, механически переставляя ноги в обтягивающих джинсах. Она чувствовала, как ее спину буравит насмешливый взгляд.
– Ну как? – возбужденно поинтересовалась Лена.
– Жаркое, жульен, салат из свежих овощей…
– Да подожди ты, я не об этом. Как он тебе? – Ленка перегнулась через стойку, чтобы еще раз «заценить» шатена, уткнувшегося в какой-то журнал.
– Никак! Бывают же такие зануды! – взорвалась Марина. – То про жаркое расскажи, то про курицу, то хочу овощи, то не хочу…
Ленка заливисто рассмеялась:
– Дурочка, он тебя «клеил» самым бессовестным образом! А ты и не поняла.
– Да? – Марина прижала руки к груди, стараясь унять бестолковое сердце, и торопливо взглянула на шатена. – Ты думаешь?
– Я знаю. Вот что. Я тебе завтра принесу книжку «Искусство флирта», почитай на досуге, – сказала Лена и пошла заниматься горячим.
«Клеился» этот шатен к Марине или не «клеился», так и осталось невыясненным, потому что он поел, расплатился и ушел себе восвояси. А Марина дождалась, когда ее сменит Таня, и пошла домой. По пути ей на глаза попались Лиза Кукушкина и ее симпатичный Кирилл. Целовались, голубки, никого не замечая: Марина прошла мимо, только подумала: «Значит, интервью у этого странного Кости прошло нормально».
– Бабуля, кто дома? – закричала Марина с порога. В ней била ключом нерастраченная энергия.
– Тише ты! – цыкнула на нее Генриетта Амаровна. – Юля заболела.
Марина опешила:
– Когда это она успела?
– Я приехала в восемь,– тихо рассказывала бабушка, – а она лежит вся красная: лицо в пятнах, глаза блестят. Слава богу, температуры нет.
– Может, у нее краснуха? – спросила Марина, рассуждая сама с собой: отчего это лицо у сестры красное и в пятнах?