Чтение онлайн

Иногда ему казалось, что Лолита со снимка подмигивает ему, и Кравцов тихо улыбался в ответ, довольный тем, что она помнит и любит его.

По счастливой случайности, а может, и по воле того самого провидения, которое так много случайностей создало в последнее время в жизни Степана и Лолиты, в ту самую субботу Кравцов решил не пойти на работу, хоть немножечко позволить себе отдохнуть.

С утра он сходил на почту, забрал, как обычно, целую связку газет и журналов, и полдня провалялся на диване, что-то читая, что-то просматривая, а что-то сразу выбрасывая в стопку макулатуры.

Внезапно ему показалось, что кто-то позвал его. Позвал таким знакомым, до боли родным голосом, что Кравцов вскочил с дивана, странно и дико оглядываясь по сторонам.

В комнате, естественно, никого не было, и Степан Николаевич выбежал в коридор, решив, что, вероятно, не закрыл дверь, возвращаясь с почты.

Но замок был в порядке.

И вдруг он отчетливо понял, чей это был голос.

Его звала Лолита.

Как сумасшедший, пробежал он по квартире, заглянул даже в туалет и в ванную и, никого не найдя, обессиленно опустился на диван.

Подперев подбородок руками, он устало закрыл глаза, и в голове мелькнула ужасная мысль: «Наверное, я уже потихоньку схожу с ума! Не хватало только галлюцинаций и миражей! Не хватало белых коней, влетающих в закрытую форточку!»

Но зов вдруг повторился, и Кравцов почувствовал, как волосы на голове у него зашевелились. Степан Николаевич не был суеверным человеком, но ощущение присутствия Лолиты было слишком отчетливым, слишком сильным.

И тогда он все понял.

Он подошел к столу.

Прямо на него, улыбаясь, с фотографии смотрела Лолита. Она подмигивала и говорила ему что-то, но он не мог расслышать, что. Она обещала и предсказывала что-то, но ему не слышны были ее слова.

Он только почему-то чувствовал, что обещания, слетавшие с губ Лолиты на фотоснимке, были светлыми и приятными.

Он взял фотографию, вернулся к дивану и улегся, поставив карточку на груди.

Он смотрел на нее долго и внимательно, и вдруг начал говорить. Говорить громко, чтобы девушка там, под стенами старого замка, услышала его:

— Лита, милая, где же ты?.. Понимаешь, прошло слишком много времени. У меня уже кончаются силы, я устал ждать тебя. Я начинаю терять веру, надежду, что когда-либо увижу тебя. А так жить, жить без тебя в сердце, я не смогу.

Чтобы уйти от всех, требуется очень мало времени, на удивление мало. Я много путешествовал по жизни, прежде чем нашел себя, нашел тебя…

Что делает нас такими, какие мы есть? Это невозможно понять, невозможно узнать…

Мы отдаем себя любви, потому что она дает нам хоть какое-то представление о том, что понять совершенно невозможно. Все остальное — не имеет ни малейшего значения, в конце концов.

Есть только ты, есть только я. Между нами — любовь. И между нами — расстояние. Одно из этих понятий в формуле — лишнее. Должна остаться только любовь.

Вернись, Лолита!

Я жду тебя!..

Ему показалось, что девушка на фотографии снова подмигнула ему. И, чтобы лучше рассмотреть изображение, он встал, подошел к окну и откинул легкую гардину, подставляя фотографию под яркие лучи солнца.

Вот, сейчас он увидит, слышит ли она его. Сейчас он почувствует, отзовется ли она!..

И в этот момент в дверь позвонили.

Кравцов вздрогнул и, медленно-медленно переставляя ноги, пошел открывать.

На пороге стояла его старая знакомая — почтальонша из их отделения связи. Она с тревогой взглянула в лицо Кравцову и, будто прочитав в его глазах суеверный ужас, с беспокойством спросила:

— Степан Николаевич, с вами все в порядке?

— Конечно, Полина Сергеевна, все хорошо… А вот вас, собственно, что могло привести? Неужели я забыл утром забрать какой-нибудь очень интересный журнал?

— Нет, что вы! — рассмеялась старушка. — Вы всегда все забираете очень аккуратно… Тут вам только что телеграмму прислали, срочную, из Питера. Распишитесь вот тут…

Кравцов черканул, не глядя, где-то в ведомости и вмиг почувствовал, как покрылась ледяным потом его спина.

«Она! Она услышала!».

— Где же телеграмма, Полина… Сергеевна?

— Сейчас, голубчик, сейчас… Вот, читайте, наверное, вас это обрадует…

Негнущимися пальцами Кравцов развернул бланк.

Там была только одна строчка:

«ВСТРЕЧАЙ СЕГОДНЯ КРАСНОЙ СТРЕЛОЙ ТЧК ЛИТА».

Через две недели квартирку Кравцовых на Чистых Прудах огласил детский плач.

Это подавал голос привезенный из роддома Степан Степанович Кравцов.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.