Чтение онлайн

Теперь он думает обо мне иначе?

От дверного стука я оборачиваюсь и вижу входящую Амалию. Это её первое путешествие на автобусе, уверена, что она, вероятно, немного нервничает. Я улыбаюсь и жестом приглашаю её сесть рядом. Захлопнув за собой дверь, она садится рядом со мной у окна.

– Кого-то ждешь? – тихо спрашивает она.

Я киваю и смотрю на неё.

– Могу я рассказать тебе секрет?

Она кивает.

– Конечно.

– У меня есть человек, с которым я дружу, и, ну, он всегда следовал за автобусом последние несколько раз, когда я путешествовала. Это вроде как наша маленькая традиция, а сегодня его здесь нет.

– Может, он застрял в пробке? – пытается она меня подбодрить.

Я улыбаюсь ей.

– Да, возможно. Как тебе твоя первая поездка в автобусе?

Она сияет.

– Прекрасный автобус. У меня отличное спальное место.

– Знаю, что это отстойно, быть там с группой, но если ты когда-нибудь захочешь прийти сюда, ты более чем желанный гость. Я не против компании.

Она кивает.

– Расскажи мне подробнее о твоём друге.

Она скрещивает ноги и смотрит на меня, а моё сердце переполняется радостью. Я так рада, что у меня есть друг, которому я могу довериться здесь, в автобусе, и в течение всего турне. Мне редко выпадает возможность поговорить с людьми. Конечно, я разговариваю со Сьюзен каждый день, и Исаак приходит перекинуться парой слов, но, в основном, я одна. Здорово, что Сьюзен дала Амалии шанс.

– Ну, – говорю я, – он байкер.

Её глаза расширяются.

– Настоящий байкер?

Я с энтузиазмом киваю.

– Да, он такой сильный, и очень мне нравится. С ним можно говорить обо всем, а еще я чувствую себя в безопасности, пока он рядом.

– Он горячий? – улыбается Амалия.

– Даже слишком горячий, – хихикаю я.

Мы смеемся вместе.

– Как вы с ним познакомились?

– У меня был плохой день, не так давно, и я улизнула, чтобы получить немного тишины и покоя, и сидела на этом фонтане. Он тоже сидел там, хотя я и не понимала этого, и заговорил со мной. Не думала, что когда-нибудь увижу его снова, но однажды байкер следовал за моим автобусом, и я привлекла его внимание маленькими символами. Это было довольно забавно, и заставило меня рассмеяться. Он приходил на мои концерты, и оказалось, что это был тот же человек, что и в ту ночь у фонтана. Он действительно помог мне почувствовать себя лучше. Он делает это постоянно.

Амалия прижимает руку к сердцу.

– Твой собственный Спаситель.

– Да, – улыбаюсь я. – Пожалуй, можно и так сказать.

– Это была бы хорошая песня, – подбадривает она.

– Вообще-то я записала несколько текстов. Ты хотела бы взглянуть?

Девушка кивает и хлопает в ладоши. Со смехом я иду, беру свою тетрадь с песнями и протягиваю ей. Амалия с энтузиазмом берёт её и смотрит на текст, читая его.

– Мне это нравится, – говорит она. – Ты должна её закончить.

– Таков мой план, я хотела бы включить некоторые из моих душевных композиций в следующий альбом. Все, что я сейчас пишу, делается ради фанатов и лейбла. Я хочу, чтобы мои собственные слова были вложены в это.

– Я могу тебе помочь, – предлагает она.

Я лучезарно улыбаюсь ей.

– Это было бы потрясающе.

Мы проводим следующий час или около того, работая над песней, придумывая кучу текстов. Но грохот мотоцикла останавливает меня на полпути, и я вскидываю голову, чтобы увидеть Маверика, катящегося за автобусом, расслабленного на своём байке, большое тело, выглядящее так, будто ему нет дела до всего мира. Амалия толкает меня несколько раз, и я смотрю на неё.

– Это он? – спрашивает она.

Я киваю, ухмыляясь.

– О-о-о-о, – щебечет она. – Он такой красивый!

– Он, правда, такой. Смотри.

Я ухмыляюсь и поднимаю вверх символ мира. Он улыбается, поднимает руку с руля и возвращает его мне. Амалия хихикает и машет ему рукой. Он машет в ответ.

– Он немного устрашающий, правда? – спрашивает она меня, когда мы смотрим на него.

Я смотрю на неё.

– Да, это так, но это хороший страх. Из тех, что заставляют тебя чувствовать себя в полной безопасности, когда он рядом.

– Мне бы не хотелось его раздражать, – она усмехается. – Он огромный.

Мы обе смеёмся, и я не могу стереть глупую улыбку со своего лица.

Он пришёл.

Конечно, он это сделал.

Что заставило меня думать, что он этого не сделает?

Я хочу увидеть его.

Я расхаживаю по комнате, меня тошнит от того, что я застряла в этом пространстве, не могу никуда пойти и ничего не могу сделать. Я устала проводить всё своё время в автобусе или в отеле. Конечно, я могу улизнуть на несколько часов? Сьюзен ушла за покупками, и я расстроена. Я не могу пойти с ней; в ту же секунду, как я выхожу на улицу, люди атакуют меня. И, конечно, я могу скрываться достаточно хорошо, и большую часть времени они позволяют мне выйти, когда я надену правильную маскировку, и обычно это всегда срабатывает, но сейчас они вообще не хотят меня выпускать.

Из-за Трея.

Чёрт бы его побрал!

Я беру телефон и пишу Маверику.

С: Ты занят? 

Он отвечает через минуту.

М: Просто пью пиво. А что? 

С: Хочешь утащить меня на прогулку? Мне тревожно! 

Ему требуется некоторое время, чтобы ответить, но, в конце концов, он это делает.

М: Где ты остановилась? 

Я даю ему адрес, и он говорит, что будет через десять минут. Счастье переполняет меня. Я поклялась, что не буду слишком много общаться с ним один на один, но, черт возьми, он единственный человек, который может вытащить меня из этого проклятого пространства на некоторое время, и я бы солгала, если бы сказала, что на самом деле не очень хочу его видеть. С тех пор как я рассказала ему о Трее, мы не проводили много времени вместе. На самом деле, я бы даже сказала, что он избегал меня, поэтому я очень рада видеть, что он готов взять меня с собой.

Я одеваюсь в джинсы и майку, затем хватаю пальто, чтобы натянуть его на плечи, и большую широкополую шляпу и солнечные очки. Обычно это помогает. Большинство людей не склонны даже смотреть так пристально. Люди узнают меня, только когда я останавливаюсь перекусить или пытаюсь поесть в ресторане, или иду в такое людное место, как торговый центр. Я хватаю телефон, выскакиваю из номера и бегу в вестибюль. Охрана стоит в холле, наблюдая за каждым, кто входит или выходит.

Проклятье.

Я совсем забыла о них.

Я оглядываюсь и замечаю аварийный выход в конце коридора. На самом деле вы не должны использовать их, и я почти уверена, что они получают сигнал тревоги, когда вы открываете дверь. Это вызовет тревогу? Лифт со звоном открывается, и оттуда выходит семья. Их шестеро, двое родителей, четверо детей в возрасте от шести до четырнадцати лет. Я могла бы слиться с ними.

Риск того стоит.

Я снимаю шляпу, тёмные очки и подхожу к ним.

Самая старшая девочка, подросток, становится забавно белой, и её руки прижимаются ко рту.

– Пожалуйста, не кричи! – я улыбаюсь. – Привет, как дела?

– О, боже мой! – девушка смеётся. – Я что, сплю?

– Ты абсолютно не права.

– Можно мне взять у вас автограф?

Я улыбаюсь родителям девочки, и они ободряюще кивают. Остальные трое детей просто пялятся на меня, разинув рты. Девочка-подросток протягивает мне свою сумку для бассейна и ручку, и я подписываю её.

– Слушай, я могу сделать для вас кое-что получше и заказать билеты на мой концерт в Сиэтле завтра вечером, если вы сможете прийти.