Чтение онлайн

– Перестань так на меня смотреть, Скарлетт. Я поцелую тебя, и мы оба знаем, что я не должен этого делать.

Я сглатываю.

Потом облизываю губы.

– Черт, – бормочет он, подплывая ближе.

Инстинктивно я плыву назад, и пока он приближается, я продолжаю двигаться назад, потому что, чёрт возьми, это опасно во многих отношениях. Если он схватит меня, я не смогу остановиться, и это никому не поможет. Я снова сглатываю, не сводя с него глаз, и он делает выпад, прежде чем я успеваю что-либо сделать, обхватывает меня за талию и прижимает моё крошечное тело к своему. Я чувствую каждый твёрдый изгиб, когда прижимаюсь к нему, включая твёрдую длину его члена, упирающегося в мой живот.

Огонь взрывается внутри меня.

– Маверик, – шепчу я. – Я не должна... мы не должны этого делать...

– К черту то, что мы должны и чего не должны делать.

Затем он прижимает свои губы к моим. На мгновение я всё ещё в его объятиях, не в силах пошевелиться или ответить. А потом, когда его запах проникает в мои чувства и моё тело вбирает в себя невероятное ощущение его губ на моих, я не могу остановиться. Я приоткрываю губы в судорожном вздохе, и его язык вторгается внутрь. А потом я целую его. Наши языки танцуют, губы сжаты вместе. У него невероятный вкус, немного похожий на пиво, совсем как у мужчины. Его рука опускается и обхватывает мою задницу, и он прижимает моё тело к своему, впиваясь пальцами в мою плоть.

Я протягиваю руку, впиваюсь пальцами в его волосы и притягиваю его ближе, хотя он никак не может приблизиться ко мне. Я стону от ощущений, которые пронзают моё тело, когда он прижимает меня к себе, используя мою задницу, чтобы направлять его движения. Стон срывается с моих губ, когда поцелуй становится более интенсивным, и на мгновение, в моей похотливой дымке, всё, что я хочу сделать, это поднять ноги, сдвинуть трусики в сторону, и позволить ему трахнуть меня прямо здесь, в озере, глубоко и жёстко.

Но я не могу этого сделать.

Я отстраняюсь, тяжело дыша, и задерживаю взгляд на его глазах, которые настолько полны похоти, что Маверик выглядит так, будто думает о том же, о чем и я.

Я отпускаю его волосы и касаюсь своей распухшей нижней губы. Это был самый лучший поцелуй, который я когда-либо получала в своей жизни. Моё тело дрожит при одном воспоминании об этом. Он отпускает мою задницу, и я немного плыву назад, медленно возвращаясь в реальность. Я не должна была проводить с ним время наедине, не говоря уже о том, чтобы целовать его с такой яростью. Мне нужно быть осторожной. Наши миры никогда не смогут соединиться вместе. Я это знаю.

Я настраиваю себя на мир боли.

– Мне очень холодно, – говорю я, улыбаясь ему. – Хочешь выбраться отсюда?

Его глаза так напряжённо смотрят на меня, и я знаю, что он хочет что-то сказать, но не делает этого. Вместо этого он кивает, и мы плывём к берегу озера, выбираясь наружу. Мне холодно, поэтому я нахожу место на солнце и сажусь. Он присоединяется ко мне, капли воды на большом теле блестят под сильными лучами солнца.

– Здесь так спокойно, – тихо говорю я, решив, что лучше избегать разговоров о поцелуе.

– Да, – бормочет он тихим и низким голосом, всё ещё хриплым от поцелуя.

– Ты с нетерпением ждёшь встречи со своими друзьями по клубу?

Он фыркает.

– Друзья. Да, дорогая, с нетерпением жду этого. Мой президент приедет.

– Твой брат? – спрашиваю я, широко раскрыв глаза. – Правда?

– Да.

– Могу я с ним встретиться? – щебечу я, а потом захлопываю рот. – Я имею в виду, нет, извини...

– Ты его увидишь, без сомнения. Он будет присматривать за тобой. Можешь встретиться с ним, если хочешь. Я уверен, что ему это понравится. Он твой поклонник.

Я краснею.

– Он мой поклонник?

– Думаю, как и большая часть Америки – да, детка.

Верно.

В чем-то он прав.

– Что ж, я рада, что с тобой будет твой брат. Это должно быть хорошо после стольких лет в дороге, в одиночку.

– Честно говоря, я не против побыть один. Но прошло много времени с тех пор, как я его видел, и после твоих выступлений я должен ехать домой, так что, думаю, сейчас самое подходящее время, чтобы вернуться в привычное русло.

Я киваю.

Он протягивает руку и берет меня за подбородок.

– Пора идти, милая. Скоро собак-ищеек выпустят.

Я улыбаюсь.

Но моё сердце уже замирает.

Потому что я не хочу туда идти.

Я просто хочу остаться здесь навсегда. С ним.

И это чертовски пугает меня. 

Мы прибываем в Сиэтл раньше, чем ожидалось, так что у меня есть несколько часов до начала подготовки к концерту. Маверик сказал, что его брат и ещё один член клуба прибудут сегодня, и он встретится с ними в баре вниз по дороге, недалеко от того места, где я остановилась, чтобы они могли обсудить безопасность. Кроме этого, я ничего о нём не слышала. Это меня немного беспокоит, поскольку я чувствую, что поцелуй сделал нас обоих немного отстранёнными.

Это вполне понятно, но всё равно отстойно.

У меня осталось всего несколько концертов, прежде чем я смогу, наконец, вернуться домой на ранчо и немного подышать свежим воздухом. Это не совсем покой, но лучше, чем жить в этом автобусе и в гостиничных номерах.

Раздаётся стук в дверь, и я зову того, кто пришёл. Я в своём гостиничном номере, но дверь открыта. Я поднимаю глаза и вижу, что Амалия входит, улыбаясь.

– Эй! – радуюсь я. – Ты волнуешься из-за сегодняшнего шоу?

Она кивает, слегка потирая живот.

– Я немного нервничаю, – признаётся она.

– Не стоит, – говорю я, вставая и подходя к ней, положив руки ей на плечи. – Ты удивительная, и я буду рядом с тобой. Мы собираемся взорвать этот парк.

Она кивает, но я вижу, что она нервничает. Я знаю, каково это. Я все ещё нервничаю перед выступлением, но сейчас мне комфортно. Я помню, каково это – быть больным перед выступлением, задаваясь вопросом, как ты собираешься пройти через это без рвоты по всей сцене. Я также знаю, что лучше всего отвлекает от этого.

– У нас есть несколько часов до начала концерта, не хочешь прогуляться?

Она прищуривается.

– Тебе разрешили выйти?

Я ухмыляюсь.

– То, чего они не знают, не повредит. Мы не уйдём далеко. Маверик в баре дальше по дороге, мы могли бы пойти и поздороваться, если хочешь.

Она улыбается, и я начинаю видеть, что в моей Амалии есть немного дикой черты, скрытой глубоко внутри.

– Окей.

Я хлопаю в ладоши и мечусь по комнате, хватая сумочку, шляпу, солнечные очки и телефон. Из этого отеля намного легче выбраться из-за установки, и я уже придумала способ проскочить мимо охраны. Кроме того, они слишком заняты, наблюдая, кто входит, а кто выходит. Я беру Амалию за руку, и мы спускаемся на лифте в вестибюль. Охрана ждала перед отелем, но самое лучшее в этом отеле – три массивные раздвижные двери. Если мы выскользнем в конце коридора и быстро уйдём, держась поближе к стене, они ничего не заметят.