Чтение онлайн

Я прикусила губу. Нам с графом совершенно ни к чему привлекать внимание. Кажется, придется менять планы. Затаиться на сутки или двое, сменить таверну и прибиваться к другим торговцам. Жаль.

– Думала, что это я устроил? – зловещий шепот на самое ухо заставил вздрогнуть и резко развернуться.

Рука привычно легла на рукоять ножа. Я прятала его под мышкой, в специальных ножнах. Развернулась и натолкнулась на насмешливое выражение на лице графа. Вот, хитрец! Я поджала губы и отвернулась, внутренне расслабилась. Прав он, я так и подумала.

– Ты слишком высокого мнения о себе, граф, я не думаю о тебе двадцать четыре часа в сутки, - хмыкнула тем не менее.

– Значит, твоя подвернутая лодыжка – это случайность, а не забота обо мне, и нашем инкогнито? – все также тихо прошептал мужчина, опаляя хмельным дыханием.

Вот, значит, чем он занимался – пил вино. В последние недели я замечала, что он стал прикладываться к кувшинам с кислым пойлом чаще, но не думала, что все так серьезно.

– Совершенно верно, - дернула я плечом, стараясь отогнать навязчивость некоторых, - пойдем в комнату, если ворвется стража, придется уходить без вещей, а наш бюджет ограничен.

– Плешивый выродок! – не дал мне закончить мысль один из драчунов.

В его руке блеснули осколки одного из кувшинов. Серьезно? Я поджала губы и напряглась всем телом. Если потасовка приняла такой оборот, то без стражи точно не обойтись.

Парень дернулся и рванул на своего противника. Толпа охнула и отхлынула, никто не хотел попасть под руку разошедшемуся драчуну. К тому же многие поняли, чем запахло дело, и принялись пробираться к выходу. Хоть снаружи не менее опасно: недалеко трещал прорыв, гуляли твари, буйствовала непогода.

Я перевела взгляд на второго парня, сверкнули яростью темные глаза. Кажется, я услышала скрип его пальцев, когда он сжал кулаки. Я прищурилась. Смуглый профиль показался мне до боли знакомым. Невольно потерла нос. Он ведь мне его когда-то сломал, в прошлой жизни?

На губах сама собой расползлась ухмылка. Пусть неизвестный простолюдин за меня отомстит. Не жалко. Даже имя всплыло на затворках памяти: Тама.

– Ты так смотрела только, когда меня в грязи валяли, - напомнил о себе граф и дернул меня назад.

Даже не заметила, что вышла ближе к центру, руки напрягла, будто готовилась оказать помощь в избиении. Тьфу! Совсем женственность растеряла с этими приключениями и всякими графами. Где там моя мечта о детишках и муже-хлебопашце или конюхе?

– Что такого тебе чернявый простолюдин сделал? – слова Нижинского заставили вздрогнуть и собраться.

Зареклась ведь перед ним душу свою не выворачивать, против меня же и использует.

– Мясо свежайшее из-под носа утащил, - буркнула я, но позволила себя увести вглубь трактира.

Нога ныла, настроение с каждым вдохом ухудшалось, еще и граф на ухо перегаром дышал. Стоило снова подняться в комнату, чтобы обсудить то, что там Нижинский планировал. Всякое желание его подкалывать испарилось.

– Как ты меня назвал? – злые слова остановили меня на полпути к лестнице, - жри свою шапку!

Я обернулась, граф тоже, оба пригляделись к тому, что происходило. За спинами купцов и простолюдинов разглядеть представление оказалось непросто. Но они замерли вдруг, меж потными телами наметился просвет. Тама нависал над своим обидчиком, как коршун над добычей. В темных глазах плескался яростный огонь, а в руках торчал кусок ткани. Шапка, которой он грозился? Обломок кувшина валялся неподалеку, но поверженному обидчику дотянуться до орудия возможности не оставили. Он лежал среди пыли и щепок, придавленный чужим весом, и осоловело моргал глазами.

Знакомая картина заставила подавить нервный смешок. Почти полгода назад Тама точно также валял меня по полу, а я нападала на него с разбитой бутылкой. Хорошо, разбойнику тогда не попалось под руку шапок. И мне не пришлось их есть.

Все сумбурные воспоминания мигом исчезли из моей головы, а тело напряглось, будто перед броском, сжалось в пружину. Я ощутила знакомое беспокойство. Воздух вокруг уплотнился, стал вязким, а время замедлилось.

– Прорыв, - одними губами произнесла я и выхватила нож.

Граф замешкался, но быстро снял с пояса кнут. За то время, что мы вместе путешествовали, он стал доверять моему предчувствию. Я не ошиблась и в этот раз. Прямо посреди таверны, в том самом месте, где выясняли отношения буйные головы, из ниоткуда образовалась воронка. Сначала маленькая, не больше сантиметра размером. Никто из зевак, да и сами драчуны, не заметили.

Только прорыву много не надо: миг, и все вокруг тряхнуло. Люди попадали на пол, кто-то заверещал, послышались стоны. На секунду я залюбовалась, впервые видела разрыв яви так близко. Воздух будто трещинами разошелся, а в самом центре набирала скорость серая воронка. Она искрилась, закручивалась, то в одну, то в другую сторону, гипнотизировала.

– Граф, - крикнула я в попытках перекрыть нарастающий гул и крики испуганных людей, - быстро наверх, бери наши пожитки. Уходим прямо сейчас, пешком. Кажется, живых к утру тут не останется.

– Раскомандовалась, - проворчал Нижинский, но без огонька, он тоже заворожено наблюдал за воронкой.

– От тебя сейчас проку меньше, чем от меня.

– С твоей ногой я бы поспорил.

Я поджала губы и махнула на него рукой. Как же прав этот надменный тиран! Стоило на миг отвлечься, как искрение достигло своего пика и распалось с тихим хлопком. Вот тут-то и началась самая настоящая паника. Из растрескавшегося воздуха полезли они – черные сущности. На призванных или неупокоенных духов эти твари не походили ничем. Покрытые графитовой оболочкой то ли звери, то ли люди, высокие, мощные. Узкие черепа, удлиненные резцы и горящие зеленым пламенем провалы вместо глаз вызывали дрожь во всем теле. Я все еще помнила встречи с безумным волком-духом – твореньем чьих-то рук. Только призванный дух не вызывал и трети того ужаса, что будоражили в груди твари.

– Прорыв! – завопил кто-то.

Остальные его поддержали. Пришлось прижиматься к одной из покосившихся колонн, чтобы не затоптали обезумевшие люди. Я их понимала, раньше прорывы случались только на улицах или разрушенных землетрясениями домах.

Те, кто замешкался, быстро оказались в когтистых лапах. Одна из тварей насела на недавнего драчуна-обидчика сверху. Парень барахтался, плакал, кричал, сучил руками, только причинить вреда сущности не мог.

Те, кто прорывался к нам из нави, мира духов, тел не имели. Они могли нас трогать и убивать, наши же оружия проходили сквозь них. Исключение составляли заговоренные клинки и кнут графа. Отчего-то одним взмахом он мог откинуть тварей прочь. Я же своим ножом могла их поранить.

Прижала упомянутое оружие к груди и сосредоточилась. Всех мне не положить, но парочку я могла достать и отогнать обратно к прорыву.

Сердце невольно сжалось, когда тварь сложила подобие губ в трубочку и припала ко рту противника Тамы. Будто в поцелуе, только меня затошнило от такого действа. Твари высасывали душу и внутреннюю энергию, если она имелась. Поэтому мы с графом для них являлись лакомыми кусками. Он – носитель священного наследия, если слухи не врали. Я – потомок травниц, как под рябиновую настойку любила напоминать тетя. Она взяла меня к себе после смерти родителей, я тогда была совсем крохой. Поэтому верила той на слово.