Чтение онлайн

Он не оглядывался назад, двигаясь в направлении спирального пандуса, ведущего на более высокие уровни Такарала. Тяжелые, лязгающие шаги Ансет эхом отдавались за его спиной, с каждым мгновением становясь все тише.

Нужно смотреть в будущее, в котором можно будет опереться на прошлое, но которое не будет омрачено им. То, которое он сможет разделить со своей парой, со своей Айви, независимо от того, как далеко от Такарала им предстояло отправиться.

Но сначала он должен был вернуться к ней. И он не забыл, где она сейчас — или с кем она там была.

Айви заверила Кетана, что принадлежит ему. Он не сомневался в ней, но все равно не мог избавиться от навязчивых мыслей. Что, если она хочет выводок — младенцев? Что, если она хочет быть матерью? Она могла бы выносить детенышей, только если бы спарилась с кем-то своего вида. Он никогда не смог бы исполнить это желание, если бы оно у нее было.

Его пальцы согнулись, мышцы напряглись, а когти на ногах заскребли по полу.

Мысль о том, что она может быть с другим мужчиной — прикасается, целует, совокупляется — зажгла огонь в его груди, который заставил его тело дрожать от ярости. Он стиснул челюсти и раздраженно фыркнул. Это была ревность, ненасытная и агрессивная, проникающая в его душу, как дождевая вода по нитям паутины.

И что бы это ему дало? На какого мужчину он мог направить свою ярость, кто стал бы ее законной мишенью? Это было бесполезно. Это истощало.

Это было удручающе настойчиво.

Кетан ускорил шаг, не обращая внимания на темные, тихие покои, мимо которых он проходил, не обращая внимания на приторный запах смерти, исходивший от самого камня, не обращая внимания на удаляющиеся шаги Ансет. Все, что он видел перед своим мысленным взором, — это Айви.

Она была всем, чего он хотел. Всем, что ему было нужно. Всем, чего он жаждал. Скоро они построят такую жизнь, которую хотят разделить, и Клубок может забрать любого, кто встанет у них на пути.

Но он не мог игнорировать новый звук, который слишком поздно проник в его мысли — тяжелые шаги, стук и позвякивание впереди.

Неизвестные обогнули следующий поворот, прежде чем Кетан успел нырнуть в одну из близлежащих погребальных камер, чтобы спрятаться. Королева Зурваши была во главе группы, ее безошибочно можно было узнать даже в мерцающем свете, преследующую Кетана, ее пурпурные шелковые накидки развевались вокруг нее, а украшения сверкали. Два Клыка шагали в шаге за ней, а три Когтя за ними — двое, которым Корахла приказала покинуть Гробницу Королев, и их спутник, что отделился от остальных вскоре после того, как Кетан вошел в Такарал.

Инстинкты Кетана взревели, разливая еще больше жара по его венам. Страх и ярость закружились внутри него с равной силой и свирепостью. Встреча с королевой всегда была возможной, когда он возвращался в Такарал. Он был дураком, надеясь, что его открытое присутствие здесь удержит ее на расстоянии, что это усилит ее предвкушение и убедит подождать до того дня, когда ему суждено будет выполнить свои обещания.

Очевидно, ему следовало причислить себя к тем, кого невозможно было обучить.

Не замедляя шага, Кетан выпрямился, расправил плечи и вздернул подбородок. Хищный взгляд Зурваши был устремлен на него, холодный и расчетливый, и ее походка оставалась прежней. Кетан сделал медленный, глубокий вдох. Он уже чувствовал ее запах; ее аромат тошнотворно дополнялся скрытым зловонием смерти.

Когда они приблизились друг к другу, Кетан сказал:

— Моя королева, я не…

Зурваши сделала выпад, обхватив рукой шею Кетан. По сравнению с ее хваткой жесткая хватка Ансет казалась нежной и осторожной. Он схватил ее за запястье двумя руками, вцепившись в него с нарастающей паникой, когда она подняла его и отшвырнула в сторону.

Тьма поглотила Кетана, когда королева шагнула вперед, но это было не из-за нехватки воздуха — он чувствовал слишком сильную боль, чтобы терять сознание. За огромной, внушительной фигурой Зурваши он заметил сине-зеленый свет, танцующий в коридоре, окруженном тенями. Она втолкнула его в погребальную камеру. Снаружи защебетали Когти; звуки их самодовольного веселья эхом разносились по туннелю, превращаясь в потустороннее чириканье злобных духов.

Ноги Кетана задергались, пытаясь найти опору, но королева только подняла его выше. Ее когти впились ему в шею по бокам.

Его грудь горела от нехватки воздуха, а шея пульсировала от боли. Он чувствовал, как силы покидают его мышцы. Тьма вторглась на задворки его разума, притупляя мысли.

Он не позволит Зурваши одержать неоспоримую победу. Кетан сделает все, что в его силах, чтобы вернуться к Айви, снова держать ее в своих объятиях, заявить права на будущее, к которому он так стремится.

Кетан потянулся за ножом, который он прикрепил к верхнему сегменту задней ноги. Против королевы он сработал бы немногим лучше, чем костяная игла против воображаемых монстров его юности, но она не убила бы его, не пролив немного своей собственной крови.

Его пальцы сомкнулись на рукоятке ножа.

Зурваши зарычала и повалила Кетана на спину. Сочетание его веса и ее силы создавало ощущение, что он разбился на сотни частей о твердый камень. Нож выскользнул из его рук и застрял в перевязи.

Боль была ошеломляющей, пронзающей его кости.

Она опустилась на него сверху, одной рукой схватила его верхние руки и закинула их ему за голову; оставшейся парой рук она развела его нижние руки в стороны. Ее вес только сделал его неудобное положение еще более мучительным — его спина и задние конечности были прижаты к полу, оказывая невыносимое давление на позвоночник.

Ее таз прижался к его. Ее шкура излучала тепло, сосредоточенное в ее щели. Кетан раздвинул жвала и зарычал, когда ее большие, толстые ноги потерлись о его, распространяя свой пьянящий аромат по его тонким волосам.

— Ты слишком долго отвергал мои желания, — ее голос вибрировал вокруг него, проникал в него, такой же агрессивный и настойчивый, как и ее запах.

Зурваши прижалась своей щелью к его, еще сильнее вдавливая его в пол. Холодный камень впился в его шкуру. Когда он открыл рот, чтобы заговорить, она крепче сжала его шею и заставила поднять подбородок.

— Это мой могущественный завоеватель? Это мужчина, которого я считала достойным меня, который заявил, что достоин этого сам? — спросила она, склонив голову.

Слабое свечение выделило края ее украшений, и в ее глазах блеснули искорки холодного золота. Она провела большим пальцем по его жвалам. Кетан щелкнул ими, но она была вне его досягаемости.

Ее ноги по-прежнему касались его, ее запах и жар преследовали его.

Внутренности Кетана скрутились в узел, и казалось, что его шкура вот-вот спрыгнет с тела и убежит глубже в тень. Но было ли на самом деле где спрятаться от нее?

Королева слегка приподнялась только для того, чтобы снова ударить его своим тазом, вызвав сильную боль в его костях. Он держал застежки плотно сжатыми; он не позволит своей щели раздвинуться даже на ширину нити. Ее запах, усиливающийся с каждым ударом сердца, заполнял его чувства, как приторный туман.