Чтение онлайн

–  Конечно. – Айви бросилась в заднюю комнату, чтобы налить Уинстону его любимого чаю, а он тем временем задумчиво продолжал листать страницы древнего манускрипта.

Девушка размешивала в чае его обычную ложку сахара, как Артур рассмеялся.

–  Что там такое? – крикнула она.

–  Иди скорее, посмотри! Бросившись к нему, Айви едва не пролила чай на прилавок.

–  Так что же там, Уинстон? Усмехнувшись, он поднял на лоб очки.

–  Нет, Айви, ты только посмотри. Просто потрясающе! Похоже, одна из леди из Виткомб-Кипа считала себя ведьмой!

Удивленная, девушка осторожно взяла в руки книгу и, нахмурившись, стала читать.

–  Та-ак… Чтобы изменить погоду…– медленно начала она, с трудом разбирая витиеватые буквы, –…надо встать лицом к западу и произнести следующие слова…

–  Ну, продолжай же, – торопил ее Уинстон. – Они очень поэтичны!

Девушка медленно прочитала:

–  Если это написала не ведьма, то поэтесса, – заметил Уинстон.

Айви дотронулась до страницы, раздумывая о женщине, записавшей эти строки в книгу. Интересно, когда это было? Неужто она и впрямь верила, что наивное заклинание может повлиять на природу?

–  Поздравляю тебя, – заговорил вновь Артур. – Ты купила настоящее сокровище.

–  Правда? – Девушка медленно села, чувствуя, что зарделась от удовольствия.

Некоторое время они сидели молча, попивая ароматный чай, вдыхая запах корицы и елки и наслаждаясь уютом «Очарованного времени», а из магнитофона лилась песня в исполнении Бинга Кросби, мечтающего о белом Рождестве.

Айви погладила свою драгоценность. Вот удача так удача! Ей невероятно повезло. У нее было удивительное чувство, что когда она дотрагивается до книги, то почти физически ощущает свою связь с давно умершими женщинами, словно они были ее предками, ее семьей.

Девушке было так хорошо в своем чудесном магазинчике, в котором воплотилась ее давняя мечта об уютном, спокойном прибежище. И у нее был друг – Уинстон, настоящий старомодный Джентльмен, который помог ее мечте осуществиться…

–  Господи, у меня теперь есть все, что я хочу, – взволнованно проговорила Айви. – Я – самая счастливая женщина на свете.

–  Не стану спорить, – согласился с ней Артур, – твое приобретение и вправду на редкость удачно. Но ведь есть еще множество других вещей…

–  Каких, например? – смеясь, перебила его Айви.

–  Ну всяких… Всяких пустяков… Существуют счета в Швейцарском банке… Или путешествия, поездки в Европу… Можно иметь хороший дом… Да мужа и детей, в конце концов!

Они оба расхохотались.

–  Может быть, когда-нибудь… Но пока дела идут слишком хорошо, чтобы менять что-то, – возразила девушка.

–  Только не затягивай с этим, – посоветовал Уинстон серьезным тоном, хотя на губах его все еще играла добрая улыбка, – а то останешься… старым холостяком, вроде меня. – Поставив чашку на стол, он взял свое пальто и перчатки. – Я, пожалуй, пойду, а то еще чего доброго опоздаю на концерт – сегодня играют мою любимую симфонию. Ну, а ты…

Повернувшись к окну, он изумленно застыл на месте. Айви проследила за его взглядом.

Шел снег. Это был внезапный, сильный снегопад, о котором даже не заикались синоптики. Казалось, на землю обрушилась белая лавина, сквозь которую едва проступали размытые огни уличных фонарей. Мостовые, машины, деревья – все скрылось под снегом. Даже огромный каменный лев, караулящий галерею Уинстона, казалось, нацепил на себя пышный белый парик.

…А Бинг Кросби по-прежнему желал им белого Рождества…

Уинстон удивленно приподнял брови от такой неожиданной перемены погоды.

–  Жаль, что ты поставила эту кассету перед тем, как читать заклинание. Пожалуй, нам надо было послушать «Апрель в Париже» или что-нибудь еще более теплое!…

Айви тревожно взглянула на книгу, лежащую на ее столе, а затем перевела взгляд на Артура.

Он шутил, разумеется.

–  Айви, послушай, не стоит волноваться! Не будь такой глупенькой! Это просто совпадение. Странно, конечно, признаюсь, но не поверишь же ты, что это заклинание старой ведьмы переменило погоду!

–  Да нет, конечно, – слабо улыбнулась девушка. – Мы это отлично знаем. Просто сегодня такой странный день.

–  Вовсе не странный, а очень даже хороший, раз ты совершила такое удачное приобретение, – поправил ее Уинстон. – Ну ладно, мне еще ехать, поэтому я пойду. И уж просто на всякий случай, предосторожности ради – не читай этого заклинания еще раз. Меня просто в дрожь бросает, когда я думаю о том, что может произойти, – рассмеялся он.

–  Прекратите! – взмолилась Айви, перекладывая книгу на угол стола. Довольно развлекаться, пора заняться делами. – Желаю вам хорошо провести время, Уинстон. Завтра увидимся.

–  Не раньше, чем прекратится этот снегопад, – произнес Артур, пробираясь по заснеженной мостовой к своей галерее. Затем он взглянул на небеса с таким видом, словно хотел бросить им упрек в том, что ему придется вести машину по такому снегу.

Айви наблюдала за тем, как он переходил улицу: ветер засыпал белой пылью его седые волосы, рвал на нем дорогое пальто, обрушивая на землю все новые и новые снежные заряды…

Девушка вернулась к делам. Пересадив игрушечных мишек в старинную детскую кроватку, она повесила на стоячую вешалку несколько шляп с перьями, а затем поправила серебряную чернильницу, сверкавшую на столе.

В магазин зашла молодая пара. Смеясь и отряхивая друг с друга снег, молодые люди купили лампу за триста долларов.

Айви не без зависти смотрела, как юноша и девушка, довольные собой и своей покупкой, поцеловавшись, вышли в снежную мглу. Теперь они пойдут домой, устроят старинную лампу на почетном месте в доме, а через много лет, вспоминая этот вечер, будут смеяться и говорить: «Помнишь, как мы купили эту лампу? Это было как раз накануне Рождества, шел такой сильный снег…» «Однажды…– пообещала она себе, – когда у меня будет время…»

Открыв ящик кассы, Айви радостно поглядела на триста долларов. Затем ее взгляд упал на книгу – таинственную и заманчивую. Оглядев пустой магазин, девушка напомнила себе о необходимости продолжать работу. Потом она еще раз посмотрела на книгу.

«Ладно, – сказала она себе, – только пятнадцать минут. Ничего не случится, если я отвлекусь на четверть часа». Налив себе горячего чаю, она уселась за стол.

Айви стала медленно перелистывать страницы, поднося к ним совсем близко хрустальную лампу – чтобы получше разглядеть поблекшие буквы.