Чтение онлайн

Изабелла, не сумев дочитать письмо до конца, со стоном повалилась на пол.

Когда она очнулась, то увидела возле себя хлопочущих придворных и личного врача королевы.

– Мадемуазель, вы пришли в себя? Вы можете сесть?– спросил врач.– Так, так, хорошо… Прекрасно, мадемуазель! Голова больше не кружится?

Изабелла слабо улыбнулась в ответ.

– Ох, и напугали же вы нас, дорогая,– ласково проговорила Леонора Галигай, но от Изабеллы не укрылось, с каким злорадством молочная сестра королевы смотрела на нее.– Носите всегда с собой флакон с нюхательной солью. Если с вами часто случаются подобные припадки, он вам очень пригодится. Хотите, я одолжу вам свой?

– Спасибо, вы очень добры,– прошептала девушка.

– Господа, мадемуазель де Монтрей нуждается в покое. Оставьте нас,– требовательно проговорила Мария Медичи, и придворные тотчас удалились, бросая на девушку заинтересованные взгляды.

– Я понимаю, что вам сейчас очень тяжело,– произнесла королева, когда за придворными закрылись двери.– Но вы не должны показывать де Ла-Гарду свои страдания, напротив, будьте беззаботны и веселы. Пусть он переживает, что потерял такую восхитительную возлюбленную! Вы согласны со мной?

– Да,– прошептала Изабелла, чувствуя, что опять теряет силы.

– Не вздумайте снова упасть в обморок,– предупредила ее королева.– Вас бросает мужчина, а вы, ах… и раскисли! Не смейте показывать ему свои истинные чувства, пусть подлый изменник никогда не узнает, как вы его любили!

– Да, вы правы,– подавленно проговорила де Монтрей.– Он не увидит моих слез и не заметит моей печали. Я буду веселой, чего бы мне это ни стоило!

– Ну, наконец-то,– обрадовалась королева.– И запомните: никаких объяснений с де Ла-Гардом, никаких! Этим вы только унизите себя в глазах общества, в моих глазах.

– Да…

– Вы видели его письмо, и этого вполне достаточно, чтобы считать его мерзавцем.

– Да, Ваше Величество.

– Он еще пожалеет, что женился на этой дурочке де Фуанси. Не понимаю, что он в ней нашел? Она не обладает ни вашим умом, ни вашей красотой, ни тонкостью, ни изяществом, присущим вам. Мужчины и глупы, и слепы, но они ошибаются, если думают, что женщина вроде вас сможет простить подобный обман! Вы должны быть сегодня на балу!

– Не знаю, смогу ли я,– проговорила Изабелла с сомнением.

– Обязательно сможете. Ведь вы бываете на всех балах, и, если вы пропустите этот, придворные, да и сам де Ла-Гард непременно догадаются об истинной причине. Нет, вы обязательно должны прийти и ослепить его своим блеском. На вашем лице не должно быть ни следа тоски и переживаний. Вы будете веселой и обольстительной, как никогда! И главное, не подпускайте де Ла-Гарда к себе и на пушечный выстрел, дайте ему понять, что с вами такие штучки не могут пройти безнаказанно! Изабелла, вы слышите меня?

Но Изабелла уже ничего не слышала. Руки ее безвольно опустились, и девушка, тяжело облокотившись на подлокотник кресла, предалась своим горестным раздумьям.

Анри стремительно вошел в залу, попутно задев плечом виконта де Фонтрая.

– Граф де Ла-Гард, ваши манеры последнее время сильно хромают!

– Пусть лучше хромают манеры, виконт. Лишь бы не захромали вы на манер д'Эскара,– ответил де Ла-Гард.

Напоминание о д'Эскаре поубавило спеси де Фонтраю, и он, очевидно решив, что Лувр не самое подходящее место для дуэли, отошел в сторону, пропустив угрозу графа мимо ушей.

Де Ла-Гард внимательно оглядывал присутствующих. Ему необходимо было рассказать Изабелле об утреннем разговоре с королевой, но из-за срочного поручения Ее Величества Анри не смог сделать этого сразу. Изабеллы не было в свите королевы, и тем не менее, она находилась здесь. Так утверждала ее служанка, которую Анри видел каких-нибудь полчаса назад.

Послышался приглушенный смех, граф повернул голову и наконец увидел возлюбленную. Она стояла в центре группы пышно разодетых дам и кавалеров и оживленно что-то рассказывала.

Бархатное платье, расшитое золотом и драгоценными камнями, плотно облегало узенькую талию и восхитительную грудь Изабеллы. И это пробудило в душе Анри сладостные воспоминания о минувшей ночи.

Взгляд юноши скользнул по немногочисленным дамам, рискнувшим стоять рядом с такой ослепительной красавицей, как его возлюбленная. Немногие были способны на этот шаг, ведь каждой женщине хотелось блистать собственным светом, а не отражать чужое сияние.

Наверное, де Ла-Гард еще долго бы предавался созерцанию этой картины, так тешившей его самолюбие, если бы не заметил, как герцог де Бель-гард коснулся своей рукой запястья Изабеллы. Неприкрытое вожделение сквозило в пылком взгляде де Бельгарда, устремленном на прекрасную рассказчицу. Это неприятно поразило де Ла-Гарда, и он, враждебно взглянув на герцога, направился в его сторону.

– Господа, прошу прощения, но мадемуазель де Монтрей обещала мне танец,– произнес он с любезной улыбкой.

– Как, граф, неужели вы собираетесь похитить нашу очаровательную де Монтрей? Она еще не закончила свой рассказ,– возразил ему кто-то из придворных.

– Продолжение вы услышите позже, господа,– ответил Анри тем же вежливым тоном.

– Ну, нет, граф. У вас ничего не выйдет,– заявил де Бельгард.– Мадемуазель Изабелла обещала вам танец, а нам – забавную историю, и раз она начала рассказывать, пусть закончит. Не так ли, Изабелла?

Анри почувствовал нестерпимые уколы ревности.

– Не волнуйтесь, господа,– весело проговорила девушка, обращаясь к придворным,– я не покину вас.

– Изабелла?…– Де Ла-Гард недоуменно взглянул на нее.

– Мне жаль, граф, но при всем уважении к вам я не могу прервать свой рассказ. Пригласите кого-нибудь посговорчивее, например, свою кузину де Фуанси!

Последняя фраза прозвучала, словно пощечина.

«Она уже знает,– понял де Ла-Гард.– Знает со слов придворных, а не от меня, я опоздал, и эта оплошность будет мне дорого стоить».

Руки его бессильно опустились, неловко поклонившись, он пошел прочь. Де Бельгард проводил поверженного соперника торжествующим взглядом.