Чтение онлайн

– Я тоже рад, – холодно кивнул он.

Положив куклу на закрытый багажник, она обхватила его обеими руками и прижалась щекой к его груди.

– Спасибо, Шейн, – пробормотала она, уткнувшись в его рубашку. – Ты не мог придумать подарка щедрее. Целый ювелирный магазин не сравнится для меня с этой куклой. Я никогда не забуду.

Да, именно так. И когда отвратительная правда выйдет наружу, этого она тоже никогда не забудет. И никогда не простит.

Не привыкший к сложным и болезненным переживаниям, не знающий, как выпутаться из собственной липкой паутины лжи и хитрости, Шейн почувствовал, что его захлестывает гигантская волна страха, огорчения и ярости.

Повинуясь внезапному порыву, он запустил пальцы обеих рук в огненно-рыжий шелк волос, приподнял голову Блисс и с силой прижался ртом к ее рту, будто желая расплющить.

В машине по дороге обратно он едва перекинулся с ней парой слов, а Блисс, в свою очередь, старалась ничем не показать своего разочарования. Все будет хорошо, говорила она себе. Шейн Бруссар, быть может, сам еще этого не понимает, но она-то чувствует, что нравится ему не на шутку, и все больше с каждым часом. Так же, как и он ей.

Эта уверенность согревала и успокаивала ей сердце.

– Ты не подкинешь меня к магазину? – попросила Блисс, когда они миновали мост перед въездом в город. – Хочу заскочить туда на минутку, прежде чем поедем к нам обедать.

– Разумеется. – Голос звучал отрывисто и грубовато, почти раздраженно. Ах, если бы он не воспринимал все это так болезненно! Если бы мог испытывать хотя бы часть той счастливой приподнятости, что испытывала она!

Шейн забыл, что испытал все это там, в доме над озером. И тогда Блисс радостно наблюдала, как его отпускает странная настороженность, озадачившая ее с первых минут их встречи, как он открывается навстречу живым и подлинным чувствам. Открывается любви.

– Послушай, – промолвила она, – если ты не хочешь приходить к нам на обед, Зельда не обидится.

– Я же сказал, что приду.

Она пожала плечами:

– Ну и отлично.

Черт возьми! Он все-таки обидел ее, перед тем как навеки исчезнуть из ее жизни. Поворачивая на знакомую улицу, Шейн уже откровенно презирал себя.

– Боже мой, что это?!

Блисс в изумлении уставилась на вереницу полицейских машин, выстроившихся перед антикварной лавкой. Мигалки на крышах все еще вспыхивали красным и синим цветом. На тротуаре, вдоль огораживающей вход ярко-желтой ленты, собралась толпа зевак.

Шейн сквозь зубы выругался. Вероятно, Каннингему надоело ждать, пока его подчиненный разыщет эти бриллианты, и он решил взять дело в собственные грубые руки.

– Должно быть, магазин ограбили, – предположил он вслух. Ах, если бы дело ограничилось только этим! Похоже, все куда серьезнее.

– Средь бела дня? – недоверчиво спросила Блисс. – О Господи! – вдруг с округлившимися глазами воскликнула она, в ужасе поднося руку ко рту. – Ради ограбления не прислали бы столько полиции. Если что-то с Лайлой, я никогда себе не прощу!..

– Не будем делать поспешных выводов, – попытался успокоить ее Шейн.

Но прежде чем он успел договорить, Блисс уже выскочила из машины и бросилась через дорогу. Изрыгнув очередное яростное проклятие, он припарковал машину и поспешил вслед за ней.

Пока Шейн перебегал дорогу, увертываясь от проезжавшего такси, Блисс оказалась уже у дверей. Но тут на пороге возник Майкл и, схватив Блисс в охапку, помешал ей пройти внутрь. Пожалуй, никогда еще не был Шейн так обрадован при виде брата, как в этот момент. Она пыталась вырваться из его цепких объятий, но, несмотря на всю ее решительность, борьба была неравной.

– Что случилось? – воскликнул подоспевший Шейн.

Но прежде чем Майкл успел ответить, к ним приблизился человек в помятом, мокром от дождя костюме.

– Вы мисс Форчен? – Он предъявил полицейский значок. – Я – детектив Марк Робертс из отдела по расследованию убийств и хотел бы…

– Из отдела?.. Что, мою помощницу?.. – Блисс с усилием сглотнула, подавляя болезненный спазм. – Неужели Лайлу… – Слово никак не выговаривалось.

– С мисс Миддлтон все в порядке. Доктор осмотрел ее и отослал домой.

– Значит, ограбление? – с облегчением вздохнула она, пытаясь припомнить условия имущественной страховки. Но голова отказывалась соображать. Она знала, что в полиции Нью-Орлеана, как, впрочем, и повсюду, не хватает людей, но чтобы посылать специалистов из отдела убийств на место обычного ограбления…

– Внутри все перевернуто вверх дном. Так что пока мы этого не знаем, и тут вы можете нам помочь. Но боюсь, мы имеем дело и с убийством, мисс Форчен.

– Как «с убийством»? – Она ничего не понимала. Если Лайла цела, а Майкл стоит рядом с ней, кто же мог быть в магазине?

– Это Алан, Блисс, – тихо произнес Майкл.

– Алан?! – Она оторопело уставилась на него. – Алан кого-то убил? – Немыслимо. Конечно, он негодяй и мошенник, но его оружием всегда было обаяние.

– Алан убит, – уточнил Майкл.

– Убит?! – И это тоже не укладывалось в голове.

– Выстрелом в голову с близкого расстояния, – уточнил детектив Робертс. – Боюсь, мне придется спросить вас, мисс Форчен, где вы были между полуночью и десятью часами утра, когда мисс Миддлтон открыла магазин.

– Она была со мной, – ответил за нее Шейн. – Мы провели ночь за пределами города.

– А ваше имя, простите?

Понимая, что игра окончена, Шейн обменялся с братом быстрым взглядом.

– Мое имя Шейн, – медленно произнес он. – Шейн О'Малли.

Он знал: ему вовек не забыть этого возгласа – потрясенного, страдальческого вскрика Блисс, которую точно ударили в самое сердце. Как не забыть и выражения скорбного отчаяния, застывшего в ее огромных, не умеющих лгать глазах.

Через два часа полицейские, закончив допрос, уехали, увезя с собой труп. Но Блисс еще долго будет видеться леденящая кровь картина – распростертое в луже крови мертвое тело Алана.

– Ты не понял, – промолвила она, продолжая разговор. – Я не желаю говорить с тобой, Шейн. Нам нечего сказать друг другу. – Женщина крепко прижимала к себе уцелевшего, к ее радости, Геркулеса.

– Это неправда! Я понимаю, тебе хочется обозвать меня всеми гадкими словами, какие есть на свете, но поверь, любимая…

– Не смей называть меня любимой! – Крепко стиснутые на груди руки выражали инстинктивное стремление отгородиться от него.

– Ну хорошо. – Он поднял руки, уступая.

Блисс резко повернулась и отошла прочь от человека, в которого имела глупость так безоглядно влюбиться и который так подло ее предал. Случайно взгляд упал на темное пятно на полу – на то место, где покоилась голова Алана. Перед глазами поплыли белые точки.