Чтение онлайн

Блисс бросила испепеляющий взгляд на Шейна, чье лицо, однако, вновь приобрело обычное непроницаемое выражение. Едва ли он чувствует хоть малейшие угрызения совести, с досадой и презрением подумала она.

– Я вижу, агент О'Мэлли для вас – истинная находка!

– Да, он у нас в числе лучших, – согласился шеф. – Хотя его методы порой кажутся нетрадиционными, он всегда достигает хороших результатов.

– Как приятно сознавать, что твои налоги не выбрасываются на ветер, – заметила она ледяным тоном. Интересно, сколько таких вот подозреваемых он затащил в постель за годы своей деятельности? – А кому в действительности принадлежит тот дом, что я должна была декорировать?

– О, это правительственная собственность, – с готовностью отозвался Каннингем. – Мы обычно используем его для перевербовки шпионов, дельцов наркобизнеса, подготовки информаторов для ФБР.

– Без мебели? – удивилась Блисс. И тут же до нее дошло: – А, ее убрали по распоряжению агента О'Мэлли!

– Я уже говорил, что методы у него нетрадиционные. И довольно дорогостоящие. – Каннингем в свою очередь сверкнул на Шейна глазами. – Я только что получил счет за вчерашние маленькие шалости на аукционе.

– Я делал все возможное, чтобы удержать мяч в игре.

И в том числе спал со мной, подумала Блисс. В висках стучало с нарастающей силой. Как она ни старалась, в голове не укладывалось, что пережитое ими вместе вчера и сегодня для него совсем ничего не значило. Ей очень хотелось, просто необходимо было верить, что хоть частичка его сердца была по-настоящему затронута.

Но единственный способ узнать это – прямо спросить его, что нельзя сделать в присутствии Каннингема и Майкла. Оказаться же когда-либо с Шейном с глазу на глаз она не видела для себя ни малейшей возможности.

Отвергнув предложение Майкла послать за адвокатом, следующие три часа Блисс посвятила просматриванию записей о деловых встречах и документов на товар за целый год. Увы, неприятным сюрпризом стало для нее открытие, что весьма часто вещи, заказанные во Франции и Великобритании, доставлялись к ней вслед за крупными кражами ювелирных изделий.

– Вот почему вы были главной подозреваемой, – пояснил Каннингем. – Откровенно говоря, мы считали, что вы с бывшим мужем занимались этим на пару.

– Мы уже давно в разводе, – возразила она и прикрыла глаза, потому что перед мысленным взором вновь возникло мертвое тело Алана. Бессчетное число раз она желала ему смерти, рисовала эту смерть в своем воображении, но даже помыслить не могла, что такое и впрямь случится.

– Алчность весьма мощный мотив, – заметил Каннингем. – Согласитесь, то, что вы не желали смириться с супружеской неверностью мужа, вовсе не означает, что вас не прельщала возможность с помощью его махинаций заработать как можно больше не облагаемых налогом денег.

Скорбные мысли Блисс сменились новой вспышкой негодования.

– По-видимому, вы не очень-то хорошо меня знаете.

– Ну, разумеется, не так хорошо, как агент О'Мэлли, – гнусно ухмыльнулся тот, и у женщины руки зачесались залепить ему пощечину.

Она постоянно чувствовала на себе пронзительный взгляд Шейна, но упорно отказывалась отвечать на него.

– Заткнись, Каннингем, – угрюмо проворчал начальнику Шейн.

– Если бы вы действительно наблюдали за мной все это время, – продолжала Блисс, не обращая внимания на Шейна, – вы бы знали, что мы с бабушкой отнюдь не купаемся в роскоши. Почти каждое пенни, что я выручаю, снова уходит на магазин.

– Для хранения нелегальных средств хорошо служат офшорные банки.

– Но вы не могли найти в них моих счетов!

Она опустилась обратно в кресло и медленно покачивалась, пытаясь осмыслить все услышанное от Каннингема.

– Если вы действительно считаете меня способной на преступные действия, почему же тогда не подозреваете и в убийстве Алана?

– Потому что вы были с О'Мэлли.

– А вам не приходило в голову, что таким образом я просто создала себе алиби? Заранее устроила так, чтобы провести ночь за городом, а сама наняла киллера и заманила Алана в магазин?

– Блисс, – мягко осадил ее Майкл. – Не стоит говорить такие вещи в отсутствие адвоката.

– Почему же нет? Только подумай, Майкл, ты – единственный из моих знакомых, кто постоянно носит при себе оружие. Очень может быть, что ты и есть тот самый киллер. Это придает всему делу определенную долю иронии, не правда ли? Совсем неглупо с моей стороны – столкнуть друг с другом братьев О'Малли, сделать их обоих пешками в моих преступных замыслах! Правда, в этой теории имеется небольшой изъян, – горько продолжала она. – При таком раскладе я должна была бы знать, что Шейн – твой брат. А как мне было узнать это, коль скоро человек, представившийся мне Шейном Бруссаром, такой искусный лжец?

– Не все было ложью, – тихо вымолвил тот.

Не обращая на него внимания, Блисс обратилась к Каннингему:

– Скажите, я вам еще нужна? Мне действительно надо как можно скорее попасть домой. Зельда, должно быть, сходит с ума.

– Я позвонил ей и объяснил, что произошло, – сказал Майкл. – Я позвонил также доктору Вандергрифту, попросил его заехать и удостовериться, что у нее все в порядке.

– Ты поистине бесценный друг! – восхищенно пропела Блисс. Но приторная сладость тона странно контрастировала с холодной суровостью глаз.

Однако Майкл стойко выдержал ее взгляд.

– Я стараюсь им быть.

Что особенно раздражало Блисс в поведении братьев О'Мэлли, так это абсолютное нежелание даже в малой степени виновато заискивать и суетиться. Хотя каждый и признавал, что поступил дурно, но в обоих была сильна некая закваска непоколебимого достоинства и гордой уверенности в себе. И это бесило Блисс еще больше, вызывая желание запустить в них чем-нибудь тяжелым.

Теперь, когда все открылось, она поняла, почему то и дело проводила параллели между ними. Кроме чисто внешнего сходства, братья были схожи и характерами. И оттого все случившееся сбивало с толку и расстраивало.

Ведь Блисс давно привыкла считать Майкла безупречно честным человеком, который был вынужден оставить любимое дело, пожертвовать карьерой, но не поступаться принципами порядочности и чести.

Шейн же, напротив, оказался беспринципным лжецом, готовым на любую бесчестность – лишь бы добиться желаемого. Он явно был из тех, для кого цель оправдывает средства.

Почему же в таком случае ей видится в них внутреннее сходство? Ведь братья отличаются друг от друга как день и ночь? Блисс почувствовала, что от неразрешимости этой загадки голова разболелась еще сильнее.