Чтение онлайн

Он вернул ей плоскогубцы.

— Спасибо. — Сабрина бросила инструмент на пол перед пассажирским сиденьем. — Ценю твою помощь, — добавила она, избегая встречаться с ним взглядом.

— Всегда пожалуйста.

Корт всмотрелся в ее четкий профиль, вспоминая ее нежную кожу, каждый изгиб и выпуклость на ее теле. Впервые они занимались любовью, когда Сабрина только что закончила школу.

Вообще-то Корт не собирался это делать, хотя желал ее так, что почти чувствовал ее вкус на языке и губах. В восемнадцать лет большинство парней не задумываются, где и с кем заниматься сексом, лишь бы только заниматься. Но Корту было не все равно. Сабрина была для него чем-то большим, нежели очередная строчка в списке побед. По каким-то причинам, слишком сложным, чтобы Корт хотел в них копаться, она значила для него очень много. К тому же он прекрасно знал, что был бы у нее первым. Корт, конечно, видел, что в глазах Сабрины вспыхивают звезды, когда она смотрит на него, и ему не хотелось пользоваться ее чувствами. Но в конце концов вышло так, что ни ему, ни ей не достало сил остановиться. А через неделю он уехал из Монтаны.

Он бросил Сабрину. И она его не простила — за тот ли раз или за следующий. Он — эгоистичный мерзавец.

Сожаления застряли комом в горле Корта, мешая дышать. Он сглотнул. Он знал, что причинил Сабрине боль, но в тот раз просто не мог остаться. Сейчас тоже не может, но может, по крайней мере, попытаться загладить вину.

Глядя прямо перед собой, Сабрина застыла за рулем неподвижно, как статуя. Корт не сразу понял, что она больше ничего не скажет. Ему пришлось сделать первый шаг.

— Что случилось с ранчо «Дабл Кей»?

Сабрина стрельнула глазами в его сторону.

— Что ты имеешь в виду?

— Куда подевались все лошади? В прошлый раз я не видел ни одной.

Раздражение во взгляде Сабрины сменилось болью.

— У меня есть лошади, ты их просто не видел.

— Где же тогда они были?

Сабрина промолчала.

Корт ощутил какую-то смутную тревогу. Она просочилась под перегородку, которую Корт установил в своем сердце между тем, что оно хотело чувствовать, и тем, что ему полагалось чувствовать, по мнению его хозяина.

— Брин, не хочется говорить тебе неприятные вещи, но, по-моему, ранчо в плачевном состоянии. Дом давно пора покрасить, изгородь кое-где не мешало бы отремонтировать. Скажи, кто у тебя работает на ранчо?

Боль исчезла из ее глаз так же быстро, как появилась, сменившись еще одной вспышкой гнева.

— Я сама забочусь о ранчо, хотя это не твое дело.

Тревога Корта усилилась. Он положил руки на край открытого окна.

— У тебя совсем нет наемных работников?

— Нет.

Сабрина снова уставилась на дорогу прямо перед собой.

Корт попытался вспомнить, что говорил Дэниэл Остин.

— Ты продала всех лошадей? Неужели ваши дела пошли так плохо? Где твоя мать? Я думал, она снова вышла замуж.

Обрушив на Сабрину град вопросов, Корт заработал негодующий взгляд.

— Неужели надо обязательно заводить этот разговор прямо сейчас? Мне пора ехать.

Не дав Сабрине опомниться, Корт рванул на себя дверцу, перегнулся через руль, выхватил ключи из замка зажигания и быстро выпрямился, отпрянув от гнева, полыхнувшего в ее глазах.

— Что ты делаешь, черт возьми?! Отдай сейчас же ключи! — в ярости потребовала Сабрина.

— Ни за что. — Корт на всякий случай проворно отступил подальше от машины. — Больше ты от меня не сбежишь. Брин, хочешь ты того или нет, но нам надо поговорить.

— Корт Броуди, немедленно верни мне ключи!

Сабрина вышла из машины и встала напротив него лицом к лицу. Ее высокая гибкая фигура чуть ли не вибрировала от гнева, который Корт видел в темных горящих глазах.

— И не смей говорить, что я от тебя сбежала. Ты сам большой мастер сбегать.

Последнее колкое замечание Корт предпочел игнорировать и спокойно объяснил:

— Как только мы поговорим, я сразу же верну тебе ключи.

— Ладно, тогда я пойду пешком.

Бросив эти слова в лицо Корту, как бросают камни, чтобы отогнать собаку, Сабрина целеустремленно зашагала по дороге. Корт догнал ее и пошел рядом.

— Валяй, я пойду с тобой. Мне сегодня все равно больше нечем заняться.

Признав свое поражение, Сабрина круто развернулась и пошла обратно к машине. Если Корту втемяшится что-нибудь в голову, он упрется так, что не сдвинешь. Придется, видно, потерпеть его общество до тех пор, пока она не сможет снова завести машину. Но говорить он ее не заставит. Она, конечно, благодарна ему за помощь, но ей нечего ему сказать. Если хочет, пусть говорит сам хоть до посинения, это ничего не изменит.

Сабрина видела, как он увез Бенсона. Охранник Джед сказал, что Бенсон — предатель. Поведение Корта означает только одно: он полностью попал под влияние Джошуа Нили. Корт изменился, и, что бы его ни изменило, он уже не тот человек, которого Сабрина знала, которого любила почти всю жизнь.

Корт остановился рядом с Сабриной и прислонился бедром к ее машине.

— Расскажи, что происходит на ранчо.

Его негромкая просьба прозвучала так искренне, что Сабрина чуть было не поверила, что ему не безразличны ее проблемы. Она закрыла глаза. Какая-то часть ее — наверное, самая глупая — цеплялась даже за самую крохотную надежду, но Сабрина сказала себе, что Корт не может интересоваться ее жизнью, он лишь строит из себя героя. Этакого рыцаря в сверкающих доспехах.

Открыв глаза, Сабрина снова встретилась с его якобы искренним взглядом и подавила в себе первую инстинктивную реакцию.

— Все, что происходит на моем ранчо, больше не твоя забота. Да и моя жизнь тебя не касается. Мы с Чарли прекрасно справляемся сами.

— Значит, твоя мать больше не занимается ранчо, — не унимался Корт, нисколько не обескураженный ее отпором.

Сабрина выразила свое раздражение долгим вздохом.

— Мать живет со своим новым мужем во Флориде. Мы с Чарли сами управляем ранчо.

В серых глазах Корта мелькнула тень сомнения. Сабрина догадалась, что он вспоминает, в каком плачевном состоянии находится дом и хозяйственные постройки. И он прав, краска на доме облупилась, да и забор действительно надо подремонтировать. Но она делает все, что в ее силах. Корт не понимает, как трудно ей заниматься всем этим одной, и она не собирается ему ничего объяснять. У Сабрины защипало глаза, но она мужественно боролась со слезами. Она не намерена подвергать себя еще большему унижению, расплакавшись на плече у Корта… какой бы заманчивой ни казалась эта мысль.

— Значит, ты продала лошадей, чтобы выжить?

Корт угадал. Сабрина едва не поморщилась, как от боли. Три поколения ее семьи выращивали лошадей на ранчо «Дабл Кей», а теперь от всего стада остались только две кобылицы, которые, правда, должны вскоре ожеребиться. А еще Сабрина осталась с тысячей дел, сделать которые самостоятельно она не может или не знает как, а чтобы нанять того, кто мог бы выполнить эту работу, у нее нет денег. Посмотрев на солнце, Сабрина спохватилась, что уже поздно. Ей вечно не хватало времени. Она взялась за ручку дверцы.