Чтение онлайн

Не показывая своего беспокойства Кэти, я припарковалась у дома, и она выскочила из машины, устремляясь прямо к Стэну и без умолку болтая.

Я открыла багажник, чтобы достать корзину для пикника, и вздрогнула, когда Алекс неожиданно появился позади меня.

Я прижала руку к сердцу, и почувствовала, как бешено оно стучит под моими дрожащими пальцами.

— Ты напугал меня, — сказала я, стараясь улыбнуться.

Алекс слегка поморщился и сунул руки в карманы своих шорт.

— П-прости, — пробормотал он.

Мы неловко смотрели друг на друга до тех пор, пока он не склонился надо мной, взяв в одну руку корзину для пикника, а в другую пляжные полотенца, и направился к озеру. Стэн неторопливо последовал за ним, а Кэти пошла рядом с ними.

У меня не оставалось другого выбора, кроме как перекинуть сумку через плечо, запереть машину и тоже отправиться вслед за ними.

Дорожка к озеру была из толстого слоя мелкого песка, создававшего облачка пыли, и вскоре мои белые кроссовки стали светло-коричневыми.

На Алексе были шлепанцы, синие шорты и свободная футболка. Тем не менее, я могла видеть, как были напряжены его плечи, и он казался более взволнованным, чем вчера. Если бы Кэти не болтала со Стэном, не обращая внимание на угнетающее молчание между нами, то я бы развернулась и ушла.

Но, по крайней мере, пейзаж стоил того, чтобы сюда приехать.

Гладь озера переливалась на солнце, а рябь плескалась о берега. На ярко-голубом небе не было ни облачка, а в кронах деревьев гулял легкий ветерок. Это было крайне мило, гармонично и невероятно умиротворяюще.

Я бросила взгляд в сторону Алекса, который недовольно поджал губы, наблюдая за мной из-под нахмуренных бровей. Заметив, что я смотрю на него, он отвернулся.

Я незаметно проверила свой телефон, убедившись, что сигнал хороший, это успокоило меня. Алекс заставлял меня нервничать.

Он поставил корзину для пикника на большое покрывало, и я увидела три контейнера-холодильника и переносной гриль рядом с небольшим костром. Все было готово для приготовления пищи. Вдобавок, он купил набор розовых бумажных тарелок, украшенных радугами, и такие же одноразовые стаканчики. Даже пластиковые ножи и вилки были розовыми. Я осознала, что все это он сделал специально для Кэти.

Моя тревога в момент улетучилась, и я улыбнулась, подумав о том, как он рылся в супермаркете в поиске всего розового.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я. — Это невероятно. Я серьезно, Алекс. Спасибо.

Я была вознаграждена едва заметной улыбкой, когда он пожал плечами. Затем он опустился на колени, чтобы установить сковородку над огнем, и сел на корточки, когда она начала нагреваться. Он обложил костер плоскими камнями, а рядом поставил ведро с водой. На покрывале лежало три маленькие подушки, надувной мяч и несколько игрушек для Стэна. Я видела, что он очень старался сделать для нас этот день запоминающимся.

— Мам, Стэн хочет поплавать. Можно?

Стэн зевнул и плюхнулся на покрывало, положив голову на зеленую подушку, нисколько не заинтересованный в водных процедурах или в какой-либо другой активной деятельности.

— Думаю, что Стэн предпочел бы пообедать и вздремнуть, — отметила я. — А мы с тобой позже обязательно искупаемся.

— Ну, мааам! — Умоляюще воскликнула она.

— Я искупаюсь с ней, — спокойно сказал Алекс.

— Но ты же занят готовкой, — возразила я, указывая на холодные хот-доги и вегетарианские бургеры, выложенные в ряд возле шипящей сковородки.

— Это подождет… и не думаю, что хорошая идея купаться сразу после еды. — Он замолчал, переводя взгляд с меня на Кэти, словно опасаясь, что сказал что-то не то. — Если ты не возражаешь…

Кэти посмотрела на меня таким образом, что я сразу поняла — сопротивляться бесполезно. Но я бы и не сказала, что была против.

— Хорошо, — ответила я с улыбкой, — если Алекс не возражает поплавать с тобой прямо сейчас…

Чтобы я не сказала дальше, мои слова все равно потерялись бы в восторженном визге Кэти, которая бросилась на Алекса.

Я чуть не рассмеялась, увидев удивление на его лице, когда моя восьмилетняя дочь повисла на нем, словно маленькая коала. Он определенно был не из тех людей, кто часто общается с детьми, но все же сумел собраться и осторожно погладил Кэти по голове, как обычно гладил Стэна.

Я одобряюще улыбнулась, и он, казалось, немного расслабился.

Кэти подпрыгнула на одной ноге, скидывая с себя сандалии, затем ловко выскользнула из шорт и футболки и осталась в розовом купальнике, который казался почти неоновым.

Я повернулась, чтобы кое-что сказать Алексу, но слова застряли у меня в горле, когда я увидела, когда он снял свою футболку и сделал шаг в сторону озера.

Он был идеален. Его тело было безупречным. Оно было лучше, чем я его помнила. Гладкая, загорелая кожа, рельефные мышцы и длинные, стройные ноги. Редкие волосы на груди, которые я уже видела ранее, при свете солнца казались почти золотыми, а там, где у большинства мужчин находился пивной животик, у Алекса была настоящая «упаковка из шести банок», рельеф из четко выраженных мышц брюшного пресса. А потом он протянул свою руку Кэти, и моя последняя оборона рухнула.

Они вошли в воду вместе, держась за руки. Кэти передвигалась осторожно на цыпочках, ощущая, как прохладная рябь воды касается ее колен.

Ее отец пропустил все: когда она начала говорить, когда сделала первый шаг, когда пошла в школу. Он не читал ей по ночам и, насколько мне известно, не разу не ходил с ней купаться во время своих ежемесячных визитов, которые чаще всего бывали отменены или отложены.

Я улыбнулась, когда Кэти плеснула водой в Алекса, ведя себя смелее, чем ее мать. Ее детский смех разносился в умиротворяющей тишине озера.

Он усмехнулся, вытирая капли с лица, и вошел глубже в озеро, пока вода не дошла до его мускулистых бедер. Он нырнул, оставив за собой едва заметные круги, и вновь показался из воды через десять метров, тряхнув волосами. Я зачарованно наблюдала, как блестят его руки и грудь, как капли воды стекают по его телу, но все затмила его улыбка, широкая и счастливая, которая поразила меня в самое сердце.

И в тот момент, когда озеро переливалось на солнце, а воздухе витал аромат костра, я осознала, что навсегда запечатлею в памяти это воспоминание об Алексе. Блеск в его глазах говорил больше, чем он мог сказать словами.