Чтение онлайн

Итальянские и русские винтовки областной милиции

Исключив из состава милиции дежурный взвод, отпускных и больных, П.А. Бондалетов имел для организации караульной службы примерно сто человек, в то время, как суточный наряд в городские караулы, патрули и охрану казарм доходил до 50 человек 255 . Если по каким-то причинам общая численность в строю уменьшалась, то командиру милиции приходилось «из законного суточного отдыха брать несколько часов для отнесения более легких домашних нарядов. В таких условиях люди сильно переутомлялись, спали на постах, занятия с ними приходилось лишь по самой сокращенной программе 256 … люди были совершенно не обучены действиям в поле и даже не проходили ни одного упражнения стрельбы боевым патроном». Старых солдат, в особенности фронтовиков, в милиции почти не было, а некоторые из них были ненадёжны. Пятеро из них были даже арестованы, поскольку их подозревали в ведении большевистской пропаганды 257 .

Помимо областной милиции Областной Совет мог положиться на небольшие вооруженные команды, а именно: отряд городской милиции под командованием Д.Ф. Клингофа 258 , добровольная боевая дружина, под командой штабс-капитана Б.С. Геллерта 259 . Она была создана после Февральской революции преимущественно из учащейся молодежи, и насчитывала в своих рядах 30 человек.

Помимо неё имелись боевая дружина якутской молодежи, которую возглавлял член Областного совета Р.И. Оросин 260 , и якутские казаки. Их полк состоял из нескольких команд. Одна из них под начальством А.И. Казанцева находилась в Якутске. 20 – 25 человек из её состава несли караульную службу в городе, получая за это паёк 261 . Прочие казаки занимались своим хозяйством и мелкой торговлей и в случае опасности на две-три недели могли утроить численность своего контингента, вооружив его нарезными берданками. Указанные выше подразделения изрядно поживились после роспуска местной военной команды, обзаведясь сотней итальянских винтовок, снаряжением и амуницией. Таким образом, для обороны Якутска могло быть привлечено до 250 человек, не считая 50-60 казаков.

В ожидании красных военные силы Областного совета разворачивалась в расчёте на зимние условия и бездорожье. Так, за станцию Иситскую был выдвинут отряд Б. С. Геллерта. Из Якутска к нему был послан в качестве подкрепления отряд прапорщика Панкратьева 262 . 8 июня был создан Комитет обороны, в который вошли начальники всех боевых отрядов и дружин и их помощники. По сообщению П.А. Бондалетова возникло собрание, состоявшее из полутора десятков человек. Хотя он был избран его председателем, но реальной военной власти не имел. Хотя Областной совет считал, что Советская власть в Сибири висит на волоске и не найдёт достаточно сил средств для экспедиции, комитет принял некоторые меры для усиления обороны Якутска: были приведены в повышенную боевую готовность казачья и дружины, а также был отозван со ст. Иситской отряд Панкратьева, помимо этого был произведён оружия и велась запись горожан и казаков в ополчение 263 , а в девяноста верстах по Вилюйскому тракту в Малтанском наслеге была заложена резервная база, куда завезли 600 пудов продовольствия. В Олекминском и Вилюйском округах также началось формирование дружин 264 .

На вооружении защитников Якутска имелась «артиллерия». Она была представлена салютной пушкой, которую возили по городу в повозке, демонстрируя готовность к обороне. История её появления связана с экспедицией барона Э.В. Толля и его шхуной «Заря». В сентябре 1902 года орудие вместе с другим имуществом экспедиции было выгружена в бухте Тикси. В ту же навигацию пароход «Лена» доставил её в Якутск, где вместе со всем остальным имуществом экспедиции оказалась на складах А.И. Громовой. При мобилизации о ней вспомнили и приняли на вооружение. По-видимому, её первоначально планировали установить на борту парохода «Лена», который отстаивался в Шестаковке и был мобилизован на нужды обороны. Узнав об этом, матросы сняли парораспределительный золотник, в следствие чего пароход пришел в город почти сплавом. По распоряжению Областного Совета экипаж был частично заменен, а командиром был назначен надёжный капитан 265 . Однако членам старого экипажа 266 удалось снять и спрятать второй золотник, обездвижив пароход.

На рассвете 26 июня отряд А.С. Рыдзинского, увеличившийся до трёхсот шестидесяти человек, неожиданно атаковал и захватил Олекминск. Его эскадра состояла из четырех пароходов 267 , трёх барж и катера «Запорожец», который шел впереди неё на две – три версты. Простояв в городе несколько суток и наложив на местную буржуазию контрибуцию в 50000 рублей, экспедиция двинулась дальше. В Олёкминске был оставлен гарнизон из 3-й роты, а её командир Лесневский был назначен комиссаром округа. Рано утром 29 июня «Запорожец» проскочил мимо Покровска и высадился на берег, чтобы перерезать телеграфную связь. Вслед за этим последовал десант, который после короткого боя занял село и захватил в плен нескольких дружинников Геллерта, оставленных для охраны телеграфа.

План штурма Якутска был разработан при участии Х.А. Гладунова, как хорошо знавшего город и его окрестности. Согласно нему, командирам рот были даны следующие задания: «т. Стоянович должен был обойти город со стороны дач Сергеляха 268 и выйти к Никольскому кладбищу, тт. Буллах и Одишария – к тюрьме и к Мархинской дороге, т. Янковский – по Набережной улице к женской гимназии, а Даниш – по Полицейской улице к реальному училищу, а оттуда по Логу на соединение с Янковским. Рыдзинский со своей частью, составлявшей резерв и связь, должен был войти в город по Большой улице со стороны Сергеляха». Большевистская ячейка в Якутске была также привлечена к штурму города. Трое её членов были посланы для установления связи со штабом, а остальные разделились на «пятки» 269 , которые должны были поддержать атаку красногвардейцев на тюрьму и перерезать телефонную связь.

Якутск, реальное училище

На следующее утро так же, без единого выстрела, большевики высадились в пяти верстах от Табаги на берег. Роты Буллах и Одишария на лодках, буксируемых «Запорожцем», направились к тюрьме, а остальные подразделения двинулись маршем по суше. Шесть пулеметов, оба бомбомета и запасы патронов были погружены на взятые в Табаге подводы. Каждый из 327 красноармейцев был снабжен 250 патронами, а умеющие обращаться с гранатами получили по 2 русских или же швейцарских ударных гранаты. На подходе к городу красные роты стали разворачиваться в боевой порядок. Поскольку бой планировалось вести в сумерках белой ночи, красногвардейцы для опознания друг друга повязывали на фуражках белые повязки.

Около 22:00 красные бойцы внезапно атаковали Якутск с трёх направлений со стороны Богородицкой церкви (юга), от Мархинской дороги к тюрьме (севера) и со стороны Залога и лодочного причала у Преображенской церкви (востока). Едва раздались первые выстрелы, силы защитников стали сосредотачиваться в центре города. Тем временем, красные при поддержке местных большевиков быстро овладели тюрьмой 270 и освободили арестованных членов Совета рабочих депутатов. На восточном участке они атаковали казначейство и заняли его только после обстрела из бомбомётов. Продвигаясь вперёд, атакующие достигли Преображенской церкви и женской гимназии, где засели стрелки-якуты. Их огонь был настолько густым, что наступавшие по Набережной улице цепи большевиков, потеряв несколько человек убитыми 271 и ранеными были вынуждены залечь. Натолкнувшись на ожесточённое сопротивление, они послали за помощью. Отряд Стояновича, который должен был наступать с Сергеляха к Никольскому кладбищу, заблудился и застрял у озера Ытык-Кель, опоздав к началу боя.

Защита Якутска оказалась плохо организована. Даже утратив связь, Бондалетов, мог, уяснив направление главного удара красных, собрать свои силы в единый кулак и контрактовать, но не сделал этого 272 , а приказал отходить. Особенно стойкое сопротивление оказали якутские добровольцы, своевременно не получившие приказа об отступлении. Их упорное сопротивление сдержало атаки красных и позволило основным деятелям Областного Совета обороны, собравшихся на совещание, вовремя покинуть город. Вместе с ними была вывезены пушнина 273 и мамонтовая кость. Во время отступления некоторые отряды защитников в панике вели дружественный огонь по своим 274 . Общие потери сторон, включая случайных прохожих, разнятся. По разным данным они составили от нескольких десятков до сотни человек 275 . Бой за Якутск 30 июня 1918 года стал первым в истории Гражданской войны в Якутии случаем открытого противостояния между белыми и красными. К тому же это был первое боевое крещение якутов, которые не имели навыка военной службы (по «Уставу об управлении инородцев» (1822 г.) они не отбывали всеобщую воинскую повинность).

. Покинув город, защитники Якутска двинулись по Вилюйскому тракту в Малтанский наслег, где на реке Кемэкэмэ была устроена «база» 276 .

В ночь на 1 июля к ним присоединились В. Н. Соловьев и члены Комитета Обороны. Пройдя сорок вёрст по тракту, отряд стал разлагаться, а уездные милиционеры засобирались в город. При ревизии выяснилось, что у части отряда нет шинелей и других необходимых вещей, поскольку многие бойцы пошли в бой в одних рубахах, а патронов на винтовку осталось не более полусотни. В этих условиях комитет постановил, что в данных условиях для области ничего не может сделать. Его члены сочли разумным предпринять меры к самосохранению, почему каждому милиционеру предоставлялось право поступить по своему усмотрению. В результате этого решения на третий день большая часть бойцов разбрелась из отряда.

Оставшиеся 33 «белогвардейца» двинулись на базу, постепенно сокращаясь в своём числе. Две трети из них достигли 5 июля. Здесь остатки защитники вновь разделились. Клингоф и Геллерт переправились на противоположный берег Лены и укрылись в Мегинском улусе вблизи от города, В.Н. Соловьев и прапорщик Панкратьев остались на месте, а Бондалетов с группой милиционеров отправился далее по Вилюйскому тракту, где на следующий день был арестован красногвардейцами и отправлен в Якутск. 7 июля, посланный вдогонку за отступившими защитниками Якутска мархинский летучий отряд 277 обходными путями достиг базы земской милиции на реке Кемэкэмэ и без сопротивления захватил находившихся на ней лиц. Часть из них бежала в тайгу, а остальные, включая Бондалетова и Клингофа, попали в плен. На складе были захвачены продукты 278 , но пушнины и мамонтовой кости там не оказалось. Бондалетов показал, что члены Областного совета отправились на юг. Вслед за ними были посланы восемь красноармейцев, а остальные вернулись в Якутск.