Чтение онлайн

Эпоха реакции, наступившая после Венского конгресса, и появление антисемитской литературы, авторы которой в большинстве своем принадлежали к немецкой интеллигенции, повлекли за собой некоторую переоценку ценностей в передовых кругах образованного еврейства. Мечта о том, что благодаря распространению идей Просвещения произойдет быстрое сближение евреев с христианами, развеялась.

Просвещенные молодые евреи, {519} обладавшие широкими познаниями в области европейской культуры и приобщившиеся к окружающей среде, стали задумываться над причинами враждебного отношения к ним со стороны большей части христианского общества. Они видели корень зла в том, что христиане не знают истории еврейства и не имеют правильного понятия о его подлинной сущности.

Так возникли, с одной стороны, стремление приноровить концепции иудаизма и связанный с ними уклад жизни к понятиям, господствовавшим в европейском обществе, а с другой - желание ознакомить христианскую общественность с богатством духовного наследия еврейства. Для достижения этих целей необходимо было раскрыть источники еврейских религиозных воззрений и обычаев. В 1819 г. было основано "Общество для культуры и науки евреев", положившее начало развитию современной научной иудаистики. Среди молодых людей, стоявших во главе этого общества, был Леопольд Цунц (1794-1886 гг.), прозванный впоследствии "отцом еврейских наук". Некоторое время состоял в нем также Генрих Гейне. Однако вскоре члены общества убедились в том, что их старания не в силе изменить отношение христианской среды к евреям. В 1824 г. оно распалось, и некоторые из его руководителей перешли в христианство, чтобы обеспечить себе университетскую карьеру.

Цунц, Гейгер, Штейншнейдер были основоположниками научного подхода к исследованию еврейской культуры. Маркус Иост (1793-1860 гг.) и Генрих Грец (1817-1891 гг.) заложили основы еврейской историографии. Все они писали на немецком языке. Нахман Крохмал и Соломон Иуда Рапопорт были первыми, писавшими свои научные труды на иврите. В середине XIX в. были основаны семинарии нового типа для подготовки раввинов с широким общим образованием. Эти семинарии были не только учебными заведениями, но и научно-исследовательскими институтами. В конце XIX в. возник даже план основания "Академии еврейских наук". Некоторые реформаторы надеялись, что эта академия сможет стать верховным авторитетом в делах религии.

Среди сторонников Просвещения были, однако, и такие, {520} кто скептически относился к полной ассимиляции. Так, например, выдающийся еврейский ученый в Италии Шмуэль Давид Луццатто (1800-1865 гг.) выступил с критикой не только крайнего рационализма, господствовавшего в кругах просвещенных евреев его времени, но и рационалистического подхода великих еврейских мыслителей средневековья, как Маймонид и Ибн-Эзра.

По мнению Луццатто, нет возможности синтеза между эмоциональным началом, преобладающим в иудаизме, и рационалистическими основами эллинской культуры. Поэтому он сомневался в том, что евреи смогут слиться с европейскими народами и эмансипироваться посредством отказа от векового национального наследия. В Германии вдохновителем и руководителем неортодоксального движения был Шимшон Рефаэль Гирш (1808-1888 гг.). Он верил в тождественность религиозных идеалов иудаизма с общечеловеческими этическими идеалами и не отрицал положительных сторон эмансипации для еврейского народа. Вместе с тем Гирш признавал избранничество Израиля, но в его понимании носителем его был не народ в целом, а отдельная личность. Согласно его теории, каждый еврей может занять почетное место в семье всего человечества, именно выполняя божественные заветы, осуществляя таким образом свою особую миссию. По его взглядам иудейство явление не исторического, а метафизического порядка (Учение Гирша было одной из попыток идеологически обосновать возможность существования евреев, как особой религиозной группы в условиях эмансипации.).

Идеи Просвещения, проникшие из Западной и Центральной Европы в страны Восточной Европы, выражались в несколько иной форме, в соответствии с условиями в этих странах.

В Восточной Европе не было среди евреев значительной общественной прослойки, которая сблизилась с окружающей средой и его культурой. В отличие от своих западных соплеменников восточноевропейские евреи не чувствовали себя стоящими ниже христианского общества, среди которого они жили. Культурный и образовательный {521} уровень не только крестьянства, но и горожан в этих странах был весьма низким, и не было в нем той притягательной силы, которая могла бы побудить евреев к стремлению заменить свое традиционное культурное наследие духовными ценностями иноплеменной среды и к поискам путей для сближения с ней.

Поэтому группы просвещенных евреев в Восточной Европе находились под влиянием не их собственного окружения, а культурных центров на Западе, в первую очередь Берлина и немецкой культуры вообще. Языком светского образования в их среде до 60-х годов XIX в. был немецкий, но языком их культурного творчества продолжал быть иврит. Так была заложена основа новой еврейской светской литературы, которая была предназначена не только для сравнительно немногих поборников Просвещения, но также для более обширного круга читателей, знающих иврит. Стремясь повлиять на широкие массы, некоторые еврейские писатели перешли и на народный разговорный язык - идиш.

Другая отличительная особенность просветительного движения в Восточной Европе заключалась в том, что оно не стремилось к религиозным реформам. Здесь не было широких слоев, требовавших реформы с целью облегчить им слияние с христианским обществом. Немногие крайние ассимиляторы либо крестились, либо, оставаясь формально евреями, окончательно отрывались от еврейства. Даже те, кто восставал против религиозной традиции, не осмеливались высказать своего мнения открыто.

Только в новых районах еврейского поселения, на Левобережной Украине и в Новороссии, главным образом в Одессе, уже в сравнительно раннюю эпоху заметно ослабло влияние религии. В конце 60-х и в течение 70-х годов XIX в. некоторые еврейские писатели, в том числе Л. Гордон и М. Лилиенблюм, подвергали беспощадной критике фанатичную преданность мертвой букве закона и религиозной обрядности. Однако в кардинальных вопросах еврейской жизни, как-то: поднятие общего культурного уровня и моральное и экономическое оздоровление еврейского народа, не было расхождения между деятелями Просвещения на Западе и на Востоке.

Основоположником просветительного {522} движения (Гаскалы) в России считается Ицхак Бер Левинзон, который в своей книге "Теуда беисраэль" ("Миссия в Израиле", 1828 г.) предложил ряд преобразований в системе еврейского воспитания и указывал, ссылаясь на древних мудрецов, на пользу, которую принесли бы еврейскому народу переход к занятию сельским хозяйством и физическим трудом вообще, а также знание европейских языков.

Уже в 20-х и 30-х годах деятели Просвещения основали новые школы - в Варшаве, Умани, Одессе, Кишиневе и Риге, - в большинстве которых преподавание велось на немецком языке. Они предложили также ряд планов для создания еврейских сельскохозяйственных поселений. Начиная с 60-х годов, просветители усердно трудились над распространением знания русского языка и русской литературы и поддерживали студентов-евреев, учившихся в русских университетах. В этих целях было создано в 1863 г. "Общество для распространения просвещения между евреями в России".

В конце 60-х и в течение 70-х годов в лагере еврейских просветителей России стало ощущаться некоторое разочарование в чудодейственной силе Просвещения.

Многие выдающиеся деятели движения, лозунг которых гласил "будь евреем в своем шатре и человеком выйдя из него", убедились в том, что этот подход практически неосуществим и что молодое поколение, воспитанное в духе идей Просвещения, на которое возлагались главные надежды в деле возрождения нации, встает на путь ассимиляции и отделяется от своего народа и от источников его существования в тысячелетия его истории.

Они поняли, что их движение не в состоянии разрешить проблемы еврейского общества, которым они намеревались руководить. Были и такие, кто стал критиковать даже основные идеи Просвещения, как, например, Перец Смоленскин (1842-1885 гг.), обрушившийся на Мендельсона, на берлинскую школу просветителей и на реформаторов, видевших в еврействе только религиозную секту и отрицавших его национальную сущность. По мнению Смоленскина, евреи национальная формация, но так как у них нет своего государства, то они стали "духовной {523} нацией". Краеугольным камнем еврейства, утверждал он, являются еврейский язык (иврит) и вера в национальное освобождение. Тот, кто не признает этого, изменяет своему народу. В 1868 г. Смоленский покинул Россию и основал в Вене журнал "Гашахар" ("Заря"), в котором он вел борьбу одновременно на два фронта: против косных ортодоксов - "мракобесов" - и против отступников от отцовского духовною наследия.

В те же годы в лагере еврейских просветителей в России появилась радикальная группа, находившаяся под влиянием идей Чернышевского, Писарева и других русских передовых писателей. Члены этой группы обвиняли еврейскую просветительную литературу в оторванности от современной действительности и в том, что она полна бесплодных изысканий, в то время как истинное ее назначение должно заключаться в ознакомлении читателей с идеями материализма. Задача литературы - разъяснить народным массам, что изучение естественных наук следует предпочесть начетничеству и схоластическому умствованию в области "еврейской мудрости". Самые выдающиеся представители этой группы - Авраам Ури Ковнер в 60-х годах, Моше Лейб Лилиенблюм и Иегуда Лейб Левин в 70-х годах. Левин находился также под влиянием социалистических взглядов, распространенных в этот период в некоторых радикальных русских кругах.