Ода чуждых земель
Шрифт:
— Кто они? — спрашиваю я, уставившись на пару. Женщина, кожа которой очерчена светом, кажется, сделана из такого же темного камня, как и мой браслет. Мужчина, которого она обнимает, сделан из мерцающего песчаника, и кожа будто светится изнутри.
— Возлюбленные, — отвечает Дес. — Двое из наших древних богов. — Он указывает на мужчину. — Это Файриен, Бог Света, а она — Никсос, Богиня Тьмы.
Никсос… почему это имя кажется мне знакомым?
— Согласно мифам, — продолжает Дес, — Файриен был женат на Гайе, Богине Природы, но его настоящей любовью всегда была Никсос, женщина, с которой ему запрещено было быть. Их любовь друг к другу — это то, что заставляет день следовать за ночью и ночь за днем. Здесь, на Земле Снов, им, наконец, разрешено быть вместе.
Я гляжу на скульптуру еще какое-то время, доедая чурро. Хоть это и миф, их трагедия все равно трогает меня. Я ненавижу обреченные любовные истории. Жизнь и так полна душевной боли.
Взгляд покидает статую и переходит на здоровый каменный мост длиной не меньше двух футбольных полей, огни которого, освещающие дорогу, блекнут вдали в затуманенной тьме.
За мостом можно разглядеть еще один плавучий остров.
— Что там за ним? — спрашиваю я, кивая на землю. Там что-то есть, что-то коварное и захватывающее, что взывает мою темную сторону.
Дес хмурится.
— Мемнос, Земля Кошмаров.
— Мемнос, — повторяю я, уводя глаза вдаль. Помню, как Дес перечислял мне имена всех парящих островов недели назад. — Мы его посетим? — интересуюсь я.
Торговец мнется.
— Помнишь чудовище?
Как его можно забыть?
Я киваю.
— Это одно из многих существ, которое называет Мемнос своим домом.
Дрожь охватывает меня. Принято к сведению.
— Я, в конце концов, покажу тебе остров, но сейчас… — Он вновь берет меня за руку, проницательно глядя, — прямо сейчас мы посвятим время себе.
ГЛАВА 10
На следующее утро я просыпаюсь в номере на Филлии от того, как волосами Дес щекочет мне спину и проводит дорожку из поцелуев вдоль позвоночника. Я вяло растягиваюсь, слегка улыбаясь. После волшебного времяпрепровождения на Филлии мы решили снять комнату в отеле рядом с главной площадью, где хвастались номерами и сменой обстановки.
Никто из нас не упомянул, что Дес до сих пор, должно быть, искажает нашу внешность. Оставаться в отеле, как обычная пара, совсем не то, что короли и королевы могу себе спокойно позволить.
Поцелуи прекращаются на пояснице. Моментом позже Дес кусает меня за ухо.
— Я уже говорил, как тебе идет утренняя прическа? — говорит он низким и сиплым голосом. Я смеюсь в подушку, поднимая руку и отталкивая его мясистое тело. Он перекатывается и хватает меня, крадя поцелуи с моих губ. Я начинаю моргать, открывая сонные глаза.
— Эта моя любимая часть, — произносит он, глядя на меня сверху вниз.
Я все еще пытаюсь разбудить себя.
— Что именно? — интересуюсь я.
— Будить тебя каждое утро. — Он касается кончиком пальца моего носа. — Особенно, когда ты такая сонная и очаровательная.
Я подавляю зевок.
— Почему ты такой… бодрый?
Вместо того чтобы ответить, он соскальзывает с меня. Я же плюхаюсь обратно на матрац, и глаза уже начинают закрываться. Меня опять пробуждает прикосновение теплой руки на спине. И затем чую запах.
Спасение, а точнее — кофе.
Я немного приоткрываю глаза, и вот; дымящаяся кружка кофе всего в нескольких сантиметрах от лица.
И я тянусь за ним.
— А-а, — говорит Дес, отодвигая кружку. — Если хочешь его, тебе придется встать с кровати. — И, воодушевляя меня дальше, покрывала сами сползают с моих плеч до самых лодыжек.
Я хватаюсь за края и натягиваю их обратно. Но они снова соскальзывают. На этот раз я дергаю более решительно.
А знаете? К черту Деса и его кофе. Как только я подкладываю одеяло под руки, оно опять ускользает прочь. Я хватаюсь за него, играя в некую веселую игру «перетягивание каната» с неодушевленным объектом.
— О, боже, Дес, серьезно?
Он облокачивается на один из прикроватных столбиков, делая глоток того, что предполагалось быть моим кофе.
— Не имею понятия, о чем ты.
Лживый ублюдок.
— Ладно, — стону я, перекатываясь на кровати. Я встаю и топаю к нему. Старательно игнорируя его великолепный неприкрытый стан и волосы, что затянуты в глупый сексуальный «мужской пучок», я ухватываю чашку кофе из его рук и направляюсь на балкон.
— Было бы мило сказать «спасибо», — произносит он, следуя за мной.
— Как и извиниться, — возражаю я через плечо.
К большому удивлению, он на это никак не отвечает.
Вкусно пахнущий завтрак уже лежит на маленьком мозаичном столике, который занимает значительную часть балкона. Я усаживаюсь, облокачиваясь на стул, и делаю глоток напитка. Святые небеса, он такой вкусный. Это почти стоит потерянного сна.
Напротив меня садится Дес, его огромная фигура контрастирует с маленьким стульчиком. Он поднимает чашечку эспрессо и утонченно пьет из нее. Вообще, вид этой маленькой чашечки в его руке должен рассмешить меня, однако, я любуюсь им из-под обода своей кружки. Его лицо до боли привлекательное. Как и эта широкая грудь, мускулистые оголенные руки. Почему он всегда выглядит так чертовски классно? Особенно, когда я уверена, что выгляжу, будто меня сбили на дороге.
Это еще одна причина, по которой мир несправедлив.
Дес пристально смотрит на мою тарелку, где исходил пар от буррито.
— Ты не собираешься поесть?
— Почему ты заставляешь меня позавтракать? — спрашиваю я с подозрением. Он ставит эспрессо на стол, осторожно посмотрев.
— Это вопрос с подвохом?
— Это кажется необычайно приятным.
— Сейчас ты просто пытаешься меня обидеть.
Возможно. В прошлом Дес постоянно брал меня завтракать без всяких условий. Так почему я чувствую, что сейчас они есть? Я делаю еще один глоток, перед тем как поставить чашку на стол.
— Ты серьезно разбудил меня так рано, чтобы накормить?
— Не так уж и рано, — отвечает Дес, уходя от вопроса.
Он, возможно, прав. Звезды мерцают над нами, как и в прошлую ночь, когда мы заснули.
— Почему ты хочешь, чтобы я позавтракала? — повторяю я.
— Потому что я люблю тебя, — говорит он. — Разве у всего должна быть цена?
Мое сентиментальное сердце немного тает от признания, но я слишком долго и слишком хорошо его знаю, чтобы доверять этим широким серебряным глазкам.