Чтение онлайн

– Пойдем, а то опоздаем.

– Нет, ты видела? – не унималась подруга. – Столько силы! И он даже не запыхался, никакой бледности или усталости – а ведь должен быть хотя бы наполовину опустошен!

– Видела я, видела, – раздраженно пробурчала я, быстрыми шагами направляясь в сторону теплицы. Как бы мне не хотелось это признавать, но заявления Алана уже не казались такими фантастичными, как вчера. Финн подходил на роль убийцы идеально.

– Это лубрикус профитум, – любовно поглаживая листики пышного деревца, вещала госпожа Арабелла. – Его особенность в том, что он обладает способностью двигаться, поэтому его крайне сложно сорвать или пересадить.

В теплице было влажно и жарко, но мне казалось, что я попала в Рай. Вокруг было столько растений: диковинных и не очень, хищных, сладкопахнущих и источающих дурной аромат, с острыми листьями и пышными бутонами или вовсе неприметные. И все они говорили со мной! Я слышала их шелест, тихий зов, напоминающий отдаленный шепот моря или шуршание листвы. Но ответить не могла – госпожа Арабелла вела лекцию, рассказывая о свойствах редких трав, и делала это интересно и увлекательно. Заслушалась не одна я – студенты столпились возле большого стола, заставленного горшочками, удобрениями и садовым инвентарем, разглядывая лубрикус профитум. Цветок выглядел обычно – пышный низкий кустик с сердцевидными листочками, которые постоянно пребывали в движении, и мелкими соцветиями в виде бледно-голубых звездочек. Зато обладал удивительным эффектом – по словам госпожи Арабеллы, если заварить листья растения, то получится сонный отвар, способный отправить человека в мир снов за считанные минуты – достаточно одной чайной ложки.

– А цветы лубрикуса используются при сильном магическом истощении, – продолжала лекцию госпожа Арабелла. – Если их растереть и…

Рини, стоявшая сбоку от меня, еле слышно простонала и интенсивно принялась обмахиваться блокнотом.

– Как тут жарко, я сейчас сварюсь! Может, отпроситься в туалет? – жалобным шепотом протянула подруга.

Один из целителей шикнул на Рини, прижав палец к губам. Рини в ответ высунула язык.

– А сейчас мы будем пересаживать лубрикус профитум из горшков в землю, – повысила голос госпожа Арабелла, смерив нас негодующим взглядом. Растение активно зашевелилось. – Ведите себя тише. И будьте аккуратны: ничего не трогайте и не ешьте без моего разрешения.

Сзади раздался шорох, а потом сдавленное булькание. Обернувшись как по команде, мы узрели Лили, которая прижимала ладонь ко рту, а на глазах ее наворачивались слезы.

– Простите, госпожа Арабелла…Я не хотела…

– Деточка, – ахнула преподаватель, стремительно направляясь к Лилиан. Черные юбки Арабеллы взвихрились и мелькнули прямо перед моим носом – несмотря на возраст, скорость целительницы не уступала гепарду. – Что ты съела?

– Вишню, – уже прорыдала Лили, заливаясь слезами. – Я очень люблю вишню, и увидела несколько плодов…Подумала, что ничего страшного, если съем одну… Простите, госпожа Арабелла!

Рот Лили и в самом деле был перепачкан красным соком. Однокурсники возмущенно шептались, кто-то из целителей ехидно ухмылялся, видимо, зная о свойствах растения.

– Я же говорила: ничего не есть! – всплеснула руками госпожа Арабелла. Глаза Лили напоминали размером чайные блюдца: огромные, испуганные, блестящие от слез.

– И что теперь будет? Я умру? – шепотом спросила стихийница. На середине фразы голос ее дрогнул, и она вновь заревела.

– У Эрдосской Вишни другие свойства, – ехидно ответил Майк. Розалин возмущенно шикнула на него.

– Нет, милочка, – покачала головой преподаватель. – От Эрдосской Вишни еще никто не умирал. Счастье, что ты съела только одну ягоду. Значит, эффект будет недолгим.

– Какой эффект? – насмерть перепуганная Лили переводила взгляд то на госпожу Арабеллу, то на однокурсников.

– Эйфория, – рассмеялся Майк. – Сейчас тебе станет так хорошо, как никогда не было.

Фраза получилась довольно двусмысленной, девочки покраснели, а Чарльз Крассен и парни довольно заулыбались, награждая Лили сальными взглядами.

– Может, поспорим, что я лучше Эрдосской вишни? – крикнул некромант. Госпожа Арабелла осуждающе сдвинула брови, Лили вздохнула с облегчением, а я недовольно посмотрела на Майка: мимолетная симпатия к нему улетучилась после этого высказывания.

– Чарльз Крассен, сопроводите Лили в госпиталь, – распорядилась госпожа Арабелла. – Все остальные принимаются за пересадку лубрикуса. Живо!

Студенты встрепенулись, и послушно бросились к растениям. Я подошла к своему образцу, легонько дотронулась до зеленого листочка, и прикрыла глаза.

«Здравствуй, Слышащая», – прошелестел в голове голос.

«Лубрикус?», – уточнила я.

«Да. Нас много, но мы говорим от его лица».

«Кто это: мы?».

«Все саженцы», – отозвался голос. – «Помочь тебе?».

«Да, пожалуйста», – попросила я, и, следуя инструкциям растения, аккуратно выкопала саженец и пересадила его возле клумбы с пышными розами.

– Амеллин, подойдите сюда, – позвала госпожа Арабелла, внимательно наблюдающая за студентами. Я направилась к преподавателю, замечая завистливые взгляды однокурсников – некоторые из них до сих пор не знали, как подступиться к бойкому растению.

– Слушаю, госпожа Арабелла.

Я встала напротив преподавателя, не зная, куда деть перепачканные в земле руки.

– Ты говорила с лубрикусом?

– Да.

– Хорошо, – госпожа Арабелла рассмеялась. – У меня будет к тебе небольшая просьба. Дело в том, что… Рини! Снимите кольцо, оно вам мешает. Да и вы можете его потерять.

Рини, возящаяся со своим саженцем, замерла и виновато посмотрела на госпожу Арабеллу.

– Я не могу его снять, – глухо ответила подруга. – Оно досталось мне от мамы.

– Рини, кольцо запачкается, или вовсе соскользнет, – терпеливо повторила преподаватель. – Положите пока в ящик моего стола – там оно будет в целости и сохранности.

– Нет, – заупрямилась Рини. Я посмотрела на ее руки – колечко было непримечательным: из темного серебра, украшенное светлым фиолетовым камушком. Меня поразила другое: ногти Рини – длинные, ухоженные и аккуратные, никак не вязались с образом простой девушки из бедной семьи. Однако подруга с энтузиазмом принялась рыться в земле, и я успокоилась – никакая белоручка так бы не поступила.

– В общем, – вернулась к теме разговора госпожа Арабелла. – Есть одно растение – мальвин Эфенд. Оно из соседней страны, и очень капризно. Мне привез саженец мой приятель, и мальвин вроде прижился, но в последнее время чахнет. Чтобы я не делала – все без толку! Может быть, вы сможете поговорить с ним?

– Конечно, я попробую, – с готовностью кивнула я. – Где оно?

– После того, как занятие закончится, я отведу вас, – пообещала преподаватель. – Спасибо, Амеллин. Так, аккуратнее с корнями, Майк! Розалин, не надо бояться – лубрикус не кусается.