Чтение онлайн

От портала я отказалась, от сопровождения тоже. Надо было многое, слишком многое осмыслить. А лучше всего этим заниматься в одиночестве. Я быстро пошла к остановке, до которой автобусу оставалось метров двадцать, но Ворон вдруг окликнул меня.

– Этот парень тебе не подходит, авэ, я это и без помощи дара вижу. Тебе нужен кто-то диаметрально другой, да и ему, кстати, тоже.

Я махнула рукой и влезла в автобус. Будто я и без Ворона того не знала. Жаль только, что 'диаметрально другой' - понятие растяжимое, а я предпочла не выяснять, что же имел в виду учитель. Ничего, сам объяснит, когда сочтет нужным.

До дома я добралась без приключений и, предвкушая сон в своей уютной постельке (за столом особенно не выспишься), преступно расслабилась, а зря: приключения, как оказалось, поджидали меня в подъезде родного дома в лице, точнее, в морде сенбернара Шерлока. Пес, отчего-то один, без Валеры и даже без ошейника, сидел у лифта и растерянно озирался по сторонам, словно пытался сообразить, что он здесь делает. Увидев меня, он негромко гавкнул, пушистый хвост быстро закачался из стороны в сторону, и пес даже сделал шаг ко мне, намереваясь лизнуть в лицо, но вдруг резко отпрянул, шумно втягивая ноздрями воздух.

– Привет!
– я протянула руку, чтобы погладить Шерлока, но тот отчего-то глухо зарычал и вздыбил шерсть на загривке.

– Спокойно, Шерлок, хорошая собачка, - пробормотала я, медленно отступая к лестнице.

Пес оскалил внушительные клыки и издал низкий грудной рык. Он что, не узнал меня? Или умом тронулся? Ой, в любом случае дело плохо, надо сейчас осторожно, не делая резких движений, выйти из подъезда и найти где-то телефон, чтобы позвонить Валере и отругать его за пса. Но я была бы не я, если бы сумела притворить задуманное в жизнь без накладок! Нечаянно я задела ногой брошенную на пол газету, вздрогнув от ее показавшимся таким громким шороха, и неуклюже взмахнула руками, стараясь удержать равновесие. Нет, я не упала, но псу этого оказалось достаточно. Глаза сенбернара, всегда добрые и умные, налились кровью, и пес присел на задние лапы, готовясь к прыжку. Правая рука сама собой потянулась закрыть горло, а левую я выставила перед собой. Удивительно, но страха не было, наверное, я не верила, что Шерлок, добрый и по-хорошему шкодливый пес, сейчас бросится на меня.

– Шерлок, - прошептала я - ты ведь не хочешь меня укусить, правда?

Пес не ответил, клыки, впрочем, тоже не спрятал. Я сделала еще один шаг назад, и вдруг спиной врезалась в кого-то. Человек с тихим аханьем отлетел к стене. Я, не убирая руки от шеи, обернулась через плечо и была немало удивлена, увидев бабу Магду, распластавшуюся на бетонном полу подъезда. Старушка, цепко ухватившись за неизменный ободранный ридикюль, пыталась одновременно подняться и собрать раскатившиеся по полу склянки.

В этот момент Шерлок с хриплым гавканьем бросился вверх по лестнице - только пушистый хвост мелькнул в лестничном пролете - а я облегченно вздохнула, радуясь, что пес сам справился с умопомрачением, и стала поднимать бабу Магду. Веса в ней, к счастью, было немного, но при этом я - сама не понимаю как - умудрилась приложить ее макушкой о прибитые к стене почтовые ящики. Старушка грязно выругалась и повалилась снова. Не ожидала я услышать ТАКИЕ выражансы от божьего одуванчика! Я даже от Валеры таких не слышала.

Рассыпаясь в извинениях, я все-таки поставила на ноги рассерженную бабушку Петра Копытенко и, пока та поправляла платок на голове и отряхивала юбку, ползала по полу, собирая то, что высыпалось из ее сумки.

– Да ладно, чего уж там, - буркнула старуха, когда я протянула ей полные склянок ладони.
– Уж прости, внучка, не со зла я на тебя накинулась. Вроде и ящик пустой внутри, ан по своей головушке-то чувствительно выходит.

Я снова извинилась, делая вид, что обращение 'внучка' меня не коробит, хотя на самом деле едва сдерживалась, чтобы не поморщиться. И, не глядя, ссыпала склянки в подставленную сумку.

– Я пса испугалась немножко - зачем-то соврала я - я и не заметила, что в подъезде есть еще кто-то.

Баба Магда разразилась тирадой на тему 'поразведут кобелей себе на погибель' и 'куда смотрит правительство' (последняя, я полагаю, приравнивается к извечным русским вопросам 'что делать?' и 'кто виноват?'). Я ее не слушала - мне показалось, что под ковриком перед дверью квартиры, у которой мы сейчас, собственно, и находимся, что-то блеснуло. Решив, что это еще одна склянка бабы Магды, я запустила руку под коврик и вытащила шприц, наполненный чем-то прозрачным.

Баба Магда вдруг осеклась и с невероятной для ее артритных пальцев ловкостью выхватила у меня странную находку. Я и не поняла, был ли он, шприц, вообще.

– Это лекарство, деточка, - добродушно прошелестела она, но на самом дне бесцветных глаз старухи мелькнула злость. Или мне снова показалось?
– Диабет у меня, приходится инсулин колоть.

Я пожала плечами. Не хочу спрашивать, отчего на шприце не было защитного колпачка, сохраняющего иглу стерильной. И что-то мне подсказывает: в нем не инсулин. Тогда что?

– Вот, возьми на счастье, внучка, - баба Магда протянула мне маленький мешочек из холста.

Я машинально взяла предложенное, и едва не отшвырнула мешочек. Пальцы и ладонь на миг обожгло, будто я голой рукой выхватила пылающий уголек из костра.

– Там браслетик тряпочный, травка ароматическая да свечка, - продолжала тем временем старушка.
– Браслет надо трое суток на левой руке носить, не снимая, три ночи свечу жечь и в ее пламя травку кидать по веточке. Это сильный заговор на любовь, сама делала. Знаю, одна ты, вот сердечко и не на месте. Талисманы помогут, только исполни в точности то, что я сказала. Я так своего первого мужа приворожила.

И, сделав хитрое лицо, старушка резво выбежала из подъезда. А я, едва не скрипя зубами от злости, целую минуту стояла у мусоропровода, пытаясь подавить желание швырнуть мешок с 'талисманами' в его вечно голодную пасть - элементарно из вежливости. Не удалось. Талисманы отправились в мусор, а я, прыгая через ступеньку, побежала вверх по лестнице. Да, у меня нет личной жизни, да, я ни с кем не встречаюсь и не присматриваю платье для бракосочетания! Но отчего все вокруг считают себя вправе твердить, что это не правильно, жалеть меня из-за этого, выказывать фальшивое сочувствие и считать круглой дурой?! А теперь еще и всякие заговоренные на приворот штуки подсовывают! Докатилась! Нет, обычно я в таких случаях мило улыбаюсь, пропускаю все мимо ушей и перевожу разговор на другую тему. Но уже третий день как моя жизнь перевернулась с ног на голову, так чего ж не сломать еще одну традицию? О, кто-то сегодня уже говорил о традициях, и этот кто-то - Ворон, мой учитель, - настоятельно советовал мне не брать ничего от чужих людей, к числу которых относится и баба Магда. И приворот - это не любовь, даже не бледная тень ее. Это что-то, не имеющее к тому светлому чувству никакого отношения, суррогат, отравляющий душу. Это нечестно, по отношению, в первую очередь, к себе. Я так думаю, по крайней мере. А даже если б мне и было, кого привораживать... Нет, не хочу так! Я тряхнула волосами. Выбросила и выбросила, нечего голову забивать. Вот сейчас уютно устроюсь на своем диванчике и сладко усну. Без сновидений!

Шерлок, спокойный и добродушный как прежде, встретил меня на нашей лестничной площадке. Он флегматично оглядел меня с ног до головы и завилял хвостом. Сейчас уже ничего не напоминало об оскаленных клыках и угрожающей позе. Пес не собирался нападать на меня. А на кого тогда? Кроме меня и бабы Магды на первом этаже не было никого. А если вспомнить о шприце... Тогда получается, что храбрый пес защищал меня от старухи! Ничего не понимаю. А зачем старухе колоть мне... что там было, в этом шприце? Ой, чувствую кожей, ничего хорошего тот несостоявшийся укол мне не сулил. Но зачем бабе Магде нужно было воткнуть в меня эту иглу?