Чтение онлайн

Лес встретил меня какой-то суровой настороженностью и мрачностью, будто предчувствовал опасность и готов был встретить ее во всеоружии. Или, по крайней мере, не теряя присутствия духа. Совсем как человек. И почему я не чувствовала этого, глядя через оконное стекло? Стоило ступить на влажную после дождя, покрытую блекло-зеленой травой землю, как я всей кожей, каждый квадратным сантиметром ее почувствовала близкую опасность и невольно втянула голову в плечи. Постояла с минуту неподвижно и, только убедившись, что ничего не происходит, рискнула отойти от автобуса, тем более что так привлекаю ненужное внимание, вон, водитель подозрительно косится. Поправив лямки рюкзачка на плечах, я отправилась вместе с остальными пассажирами в небольшое придорожное кафе у обочины.

Высокие сосны вершинами упираются в брюхо черным грозовым тучам. От шоссе отходит едва заметная в пурпурном мареве сумерек проселочная дорога и мгновенно теряется в лесу. По обе стороны от нее высятся заросли чертополоха, настоящие джунгли, и ярко-розовые цветки, кажется, наполняют вечерний воздух едва заметным свечением, в котором не было ничего ни от давешнего розового пламени, ни от обычного электрического света. Скорей, оно похоже на свет люминесцентной лампы, такое же холодное и неуютное. Да и чертополох какой-то изломанный, искореженный, как будто неведомая сила играючи плела из колючих стеблей диковинные косы. Асфальт под ногами украшает причудливая паутина черных трещин. И даже в бьющем в лицо ветре чувствуется стремление заставить меня развернуться и шагать в прямо противоположную сторону. Нехорошее место. Не нравится мне здесь.

Не понравилось мне и кафе с оптимистическим названием 'Последний поворот'. Кирпичное строение таращилось на мир злыми желтыми окнами, а гостеприимно распахнутая дверь казалась мне, особе впечатлительной, едва ли не калиткой в преисподнюю. Только вывески 'Добро пожаловать в ад!' не хватает. Я потрясла головой, отгоняя наваждение. Не помогло.

И в самом 'Последнем повороте' было не лучше. Пыль и паутина по углам, грязная пластмассовая мебель, меню с более чем скромным выбором блюд и огромные откормленные тараканы, нагло разгуливающие прямо по столам. И последним штрихом к этой жуткой картине были две молоденькие продавщицы, официантки по совместительству, с пустыми глазами, двигающиеся, как автоматы. 'Беги!' - кричало все внутри меня, но я, испытывая горячее желание последовать совету собственной интуиции, упрямо пристроилась в хвост короткой очереди в кассу. Желудок прямо узлом завязывается от голода, и сейчас я со священным трепетом смотрю на клеклый салат и заветренные бутерброды, хотя в нормальном состоянии предпочла бы перетерпеть голод. Как там Ворон говорил? Организму нужно восстанавливать ресурсы? Ну и восстанавливал бы без риска отравиться! Эх, такой же бестолковый, как и я. Пусть только попробует потом пожаловаться на хозяйку!

Посетителей кроме пассажиров так некстати сломавшегося автобуса в кафе не было. Устроившись за столиками, пассажиры вели неспешные разговоры о погоде, политике и телевидении - извечные темы на тот случай, когда невыносимо молчание.

Мне не повезло: единственное свободное место за столиком было в шаге от кассы, и пока я, не чувствуя вкуса, наспех заглатывала салат и бутерброды, взгляд то и дело натыкался на продавщиц в сомнамбулическом состоянии. Что же надо сделать, чтобы довести человека до такого состояния?! Нет, прав мой дар, нужно уносить отсюда ноги и как можно скорее. Хоть бы автобус побыстрей починили. Будто подслушав мои мысли, в распахнутую дверь кафе вошел флегматичный водитель и направился к кассе. То есть, не поедем мы еще долго. Я вздохнула и стала складывать самолетик из бумажной салфетки. А что делать? Вернуться домой через портал я не могу - не умею. Придется ждать вместе со всем и, может быть, даже до утра. Эх, не надо было никуда ехать, кожей чуяла.

Девочка лет восьми, сидевшая напротив, с любопытством таращилась на меня и тоже складывала из салфетки самолетик. Она явно скучала - ее мама была увлечена разговором с соседкой о консервировании огурцов - и я, в надежде отвлечься от внутреннего беспокойства, улыбнулась ей и поставила свой самолетик рядом с ее творением. Через десять минут весь стол превратился в аэродром. А еще через пять...

В виски вонзились раскаленные иголки, и я непроизвольно схватилась за голову. Потом появилось ощущение, будто стены смыкаются надо мной, стремясь то ли раздавить, то ли обрушиться на голову. Воздух превратился в плотную студенистую массу, которую невозможно вдохнуть. Опираясь дрожащими руками о столешницу, я встала и на подгибающихся ногах поплелась к выходу. Рюкзачок машинально прихватила с собой, и тут же пожалела: он был просто неподъемным, и я при всем желании не смогла повесить его на плечи. Пришлось тянуть по полу. Я и тянула. Каким долгим показался мне путь до входной двери! Но, стоило мне немного отойти от 'Последнего поворота', как боль мгновенно утихла, и я с наслаждением вдыхала холодный лесной воздух.

Ветер усиливался, стало еще темнее - на землю уверенно опускалась ночь, придорожные заросли наполнились таинственными шорохами, но я все же предпочла остаться снаружи. Здесь, по крайней мере, есть чем дышать и не так остро ощущается непонятная угроза. Можно перевести дух и заодно сходить в автобус за теплым свитером и телефоном. Наверное, в кафе было слишком душно, к тому же кто-то схватился за сигареты. Однако, другие посетители, похоже, неудобств не испытывают.

Внезапно я представила, как завтра утром мама сидит у телефона и набирает номер моего сотового, но слышит лишь равнодушное 'абонент недоступен'. Перед ней бокал с валерьянкой, а в глазах глухая тревога. Холодный ком застыл в груди. Я быстро пошла к автобусу. Надеюсь, он не закрыт, вроде не должен быть. Старенький уже, механизм двери проржавел, один раз закроешь и все, законсервировано намертво. Мы и ехали-то с полузакрытой дверью. Помнится, сидевшие впереди парни всю дорогу глупо шутили по этому поводу... Надо позвонить домой, рассказать о поломке автобуса, и придется немного приукрасить действительность, чтобы не волновались родители. Например, гнусная забегаловка, 'Последний поворот', в моей версии событий предстанет маленькой уютной гостиницей...

До автобуса оставалось примерно метров десять, когда упругая волна горячего воздуха сбила меня с ног и яростно швырнула в пыль проселочной дороги.

Глава 6

Огненные языки осветили пурпурную мглу - весело и ярко горел автобус, как будто был целиком сделан из дерева. Отвратительный запах горелой резины разлился в лесном воздухе. Прикрыв лицо рукавом от жара, я быстро отползла подальше от опасного места и за лямку утянула рюкзачок. Извалялась в грязи, как поросенок, пересчитала спиной все камни на проселочной дороге и, похоже, упала неудачно: поясницу и среднюю часть спины пронзило болью. Ну да, если бы все обошлось без происшествий, то это была бы не я!

А почему так тихо? Почему я не слышу ничего, кроме яростного гула пламени? Не кричат испуганные птицы, не причитают лишившиеся багажа люди? И - еще одна странность - автобус уже взорвался, но предчувствие опасности не исчезло, наоборот, оно стало таким острым, что по коже побежали мурашки. Брр!

Я встала и, охая от боли, повесила на плечи рюкзачок и тут же едва не сбросила его. То место, где лежит хрустальный шар, было очень горячим. Но я не колдовала, это точно! Тогда почему?.. Ладно, потом разберемся, сейчас надо вернуться в 'Последний поворот', как бы меня не настораживало это место.

Потирая спину, я сделала, было, несколько шагов в направлении жуткой забегаловки, как вдруг из нее медленно вышли привлеченные шумом пассажиры, почему-то строем, равняясь в затылок друг дружке. И опять ни звука - ни возмущенных возгласов, ни стенаний, ни даже ругани. Люди, не замедляя ход, равнодушно мазнули пустыми глазами по огромному костру, в который превратился автобус вместе со всем содержимым. Колонна двигалась к автостраде... Будто не живые люди, а тряпичные куклы на ниточках! Как заколдованные... Так вот почему нагрелся шарик! Он защитил меня от воздействия заклятия, которое, похоже, отнимает у людей способность чувствовать и мыслить. И теперь мне предстоит решить, что делать дальше, причем очень быстро, а то я уже привлекаю ненужное внимание - у дверей кафе появились двое парней самого недружелюбного вида, про таких говорят: 'Лицо как булыжник'. И эти двое сверлят меня тяжелыми взглядами. И еще к ним присоединился... водитель злополучного автобуса, злой как черт. Наверное, из-за взрыва. Ой, кажется, происходящее здесь - хорошо организованное похищение, и эти трое в нем участвуют. Но злятся, потому что что-то в отлаженном плане пошло не так. Взрыв?

Водитель пихнул в бок одного из мордоворотов, и тот вразвалочку двинулся ко мне. Решение нашлось мгновенно. Навесив на лицо маску безразличия, я пристроилась в хвост колонны и, стараясь не сбиваться с общего темпа, пошла вместе со всеми. Шар в рюкзачке и не думал остывать. Не знаю, надолго ли хватит его действия, но будем надеяться, что зона действия заклятия безумного кукловода имеет свои пределы. Может быть, на другой стороне автострады? Или за ближайшими кустами? Или еще где-нибудь? Одно хорошо: несу в рюкзачке персональный обогреватель.

Колонна живых марионеток пересекла автостраду и в ускоренном темпе двинулась дальше в лес по едва заметной в свете горящего автобуса тропинке меж зарослей чертополоха. Как все-таки хорошо, что я, собираясь в эту злополучную поездку, догадалась облачиться в спортивный костюм! Брюки сейчас превратятся в лохмотья, но хоть ноги не исцарапаю. Всегда приходится чем-то жертвовать... Интересно, мысль, только что посетившая меня, тоже относится к раннему взрослению магов? Дара! Нашла о чем думать! Да-да, самое время...