Чтение онлайн

Можно было списать все на характер Калинина. Бывают такие люди, больше конечно старики, у которых к концу жизни начинаются проблемы с психикой, которые тащат в дом абсолютно все. Так же и одаренный мог создавать мусор из своей головы, засоряя комнату конструктами. Но некоторые детали дали понять, что Калинин в своем уме.

Возле камина я увидел элементы разделяющих конструктов — так называемые отворяющие двери. По сложности он мог сравниться с заклятиями, которые создавал сам Император и чтобы их знать, нужно было обладать огромными знаниями. У дальней стены приметил конструкты удерживающие. Такие делают, чтобы весь конструкт бы стабилен и не задрожал от каких-то внешних воздействий. И еще множество других, скрепленных между собой невидимыми нитями.

— Что он тут собирался делать? — спросила Катя, тоже, наконец, увидев общую картину произошедшего.

— Не собирался, — покачал я голов. — Уже сделал.

И кивнул в сторону лестницы.

Каждый конструкт имеет подобие оболочки, невидимой, едва ощутимой. По своей сути она не несет никаких функций, только ограничивает область создания конструкта. Когда он только создается, оболочка имеет упругую суть, иногда даже дает слабый отблеск. Но когда конструкт срабатывает, оболочка, высвободив его, превращается в подобие паутины, которую сорвали с дерева. Она морщиниться и через некоторое время исчезает.

Вот и теперь у лестницы лежала пустая оболочка. И судя по ее размерам конструкт был грандиозным.

— Что-то не нравится мне это все, — произнесла Катя.

Я был с ней солидарен.

Мы прошли в другую комнату, но и там не обнаружили хозяина. Обыскали весь дом. Тщетно. Однако когда вышли во внутренний дворик дома, нашли кое-что еще более интересное.

— Это что такое? — спросила Катя, глядя на стоящее в самом центре сада изваяние, похожее на дверной косяк.

Только сделано все было из камня, выложено аккуратно, украшено рунами. В пространстве между камнями, где должна была стоять дверь, слабо поблескивали искры, и воронкой закручивалась полупрозрачная тьма.

— Это портал…- произнес я севшим голосом.

Теперь понятно для чего Калинин готовил столь причудливый и мощный конструкт. Чтобы создал портал нужно много сил, особенно тому, у кого нет такого Дара. А уж портал в иные планы бытия — и подавно. А не сомневался, что портал был именно таким — слишком знакомыми были эманации, исходившие от него.

— Он создал портал? Зачем?! — спросила Катя.

— Не знаю. Но сдается мне, что не для того, чтобы посмотреть на великолепные виды Гранады.

Девушка вопросительно глянула на меня, но мне было не до объяснений. Тут явно что-то происходило запрещенное, что пытались скрыть — а иначе зачем устраивать все у себя дома? Но вот только что? И зачем портал? Чтобы кого-то скрыть? Или напротив, явить этому миру? Ответов я не знал, но их нужно было как можно скорей выяснить.

— Кажется, версия с похищением Кристалла Калининым имеет под собой почву. Думаю, именно он это и сделал, — сказал я.

— Но зачем?

— Версий может быть много, — пожал я плечами. — Только представь, что можно сделать с такой силой! Искушение очень…

Я не договорил. Что-то неуловимое, зыбкое, пронеслось мимо меня, прикасаясь на уровне даже не тела, но ауральных сфер. А потом пространство прямо впереди меня начало словно бы расслаиваться. Дерево, стоящее впереди, раздвоилось. Но не самом деле, это была зрительная иллюзия, вызванная чем-то, что сейчас происходило. Чем-то явно нехорошим.

Пространство тем временем начало еще больше искривляться, дрожать.

— Александр! — опасливо сказала Катя.

— Вижу, — ответил я, отходя назад.

Наверняка это было вызвано конструктом. Как известно чем он больше, тем больше будет мусора оставаться впоследствии, даже в виде таких вот причудливых эффектов. Сама ткань бытия болезненно реагирует так на то кощунство, что здесь произошло.

Пространство начало сжиматься в форму круга, потом вдруг резко дернулось, издало сухо треск и выплюнуло из себя нечто.

Я дернулся, готовый в ту же секунду начать отбиваться. Но в бой вступать не пришлось.

— Матерь божья! — только и смогла произнести Катя, подходя к черному мешку.

Я же не сразу понял, что это. И только когда пригляделся, то понял, что это человек. Неведомая страшная сила исковеркала тело до безобразия, словно бросив в адские жернова. Кости человека были переломаны все, не было живого места и абсолютно все конечности были повернуты в неестественные стороны. Казалось, что только одежда не давала этому изувеченному телу распасться на куски.

Но еще более удивительным было другое. Человек был еще жив.

Мы подскочили к бедолаге, но даже побоялись его трогать, что не причинить еще большую боль. Спасать его и накладывать оздоровительные конструкты было уже бесполезно — смерть зависла над ним и ждала. Человеку оставалось жить минуту-другую.

— Я-к-х… — протянул он, раскрыв черный от запекшейся крови рот.

— Что произошло? — спросил я.

— Он предал… — хрипло протянул незнакомец.

— Кто — он? Как вы оказались между слоями реальности?

— Он предал… — повторил незнакомец, закатывая глаза.

Я вдруг почувствовал, что от бедолаги исходит едва заметный шлейф. Протосила! Он был рядом с тем, что источало эту протосилу!

— Кристалл! — воскликнул я, схватив человека за грудки.

Тот сморщился от боли.

— Где Кристалл?

Изувеченный не ответил. Вместо этого он вновь повторил:

— Пес предал меня.

И сипло жутко рассмеялся.

— Где Кристалл? — начина терять терпение, прорычал я.

Но незнакомец продолжал смеяться. Однако смех его вдруг резко оборвался, бедолага выгнулся и затих. Он был мертв.

Кольнуло под сердцем. Мне вдруг стало стыдно, что я так жестко с ним поговорил. Может быть, он вообще не понимал, о каком Кристалле говорил. Бедолага вполне мог случайно оказаться не в том месте не в тот час. А эманации протосилы просто прилипли к нему. Либо нечто, имеющая эту самую протосилу, перемолола незнакомца, невольно оставляя на не своим следы.

Но все сомнения развеяла Катя.

Она осторожно осмотрела незнакомца, достала из внутреннего кармана кошелек. Открыла его. Достала документы. И лишь холодно произнесла:

— Посмотри.

Я взял водительское удостоверение. На фотографии был запечатлен сорокалетний мужчина, уже седой. Ровный высокий лоб, глубоко посаженные глаза. Без сомнения лежащий перед нами был этим человеком, чей документ мы сейчас смотрели. Напротив графы «ФИО» значилось…

— Калинин! — воскликнул я.