Одержимость Буйного
Шрифт:
Боюсь сорваться в истерике. Но ведь Антон не посмеет меня убить. Если я нужна живой этому Шерхану, то он не посмеет мне ничего сделать. Вот только направленный на меня пистолет говорит об обратном. Кто его знает, вдруг выстрелит.
Мы останавливаемся перед старой заброшенной базой. Ну, точнее перед её останками. Чудом сохранившиеся полуразрушенные стены давно захвачены природой. Чуть дальше имеется площадка для взлёта и посадки.
Антон силой вытаскивает меня из машины. Красноречиво помахивает пистолетом возле лица, и я оставляю всякие попытки к сопротивлению.
Ноги становятся ватными, я едва волочу ими по земле. Мужчину это не напрягает. Он ведёт меня за шкирку, словно слепого котёнка. Не торопит, потому что знает, что полностью контролирует ситуацию.
Когда мы приближаемся к вертолёту, я не выдерживаю. Выворачиваюсь из чужой руки, но меня тут же ловят и прижимают к холодной обшивке. Я пытаюсь пинаться, вцепляюсь зубами в мужскую ладонь.
Но Антон держит меня крепко, не позволяет сделать ни одного лишнего движения. Под ленивый мужской смех, доносящийся откуда-то с боку, мужчина пытается запихнуть меня в кабину. Я упираюсь ногами и руками, шиплю сквозь зубы какие-то ругательства.
Выстрелы раздаются неожиданно. Я от испуга вскрикиваю и бьюсь в чужой хватке ещё сильнее и агрессивнее. Антон оборачивается, а я замечаю, что двое незнакомых мужчин лежат на земле возле вертолёта.
— Хищный, — в мужском голосе слышится неприкрытое недовольство. — Что такое происходит?
— У меня к тебе тот же вопрос, — Саша с оружием наготове приближается быстро. С ним ещё трое охранников. — Не умеешь ориентироваться на местности? Заблудился? Могу подсказать дорогу.
— Щенок, — Антон нехорошо скалится в ответ. Прижимает меня к себе и подставляет дуло к виску. — Ты всё портишь. Какого хрена ты поехал следом?
— Предпочитаю знать, с кем работаю. Пусть даже косвенно. Один звонок - и тебя сдали сами менты.
— Пиздишь, — Антон вжимает в мою голову оружие ещё сильнее. — Менты не станут работать с Буйным.
— Есть исключения, — Саша перехватывает пистолет поудобнее. — Кому-то в верхах ты перешёл дорогу. Кажется, твоё руководство недовольно.
Антон не успевает ответить. Саша стреляет на поражение, прямо в голову. Я громко взвизгиваю, когда крупное тело падает, увлекая меня за собой. При падении царапаю подбородок. Когда хаатка ослабевает, я скидываю с себя чужую тяжёлую руку.
Со всех ног бегу к Саше. Кошмар, сегодняшний день точно будет мне снится в кошмарах. С размаху влетаю в его грудь, цепляюсь перепачканными пальцами за мужскую спину.
Натужно всхлипываю, тело дрожит от пережитого страха и стресса. Всё, я на грани истерики. Чувствую, как в горле застревает ком. Воздуха становится катастрофически мало. Задыхаюсь без кислорода.
— Всё в порядке, — Саша нехотя поглаживает меня по спине. — Всё хорошо, слышишь? Давай, приходи в себя. Я отвезу тебя к Мятежному. Поедешь к нему?
Я поднимаю голову и начинаю часто кивать. Знаю, как Саша не любит прикосновения. Но мысленно прошу его потерпеть ещё немного. Мне необходимо успокоиться.
— Ч-что в-вообще происходит?.. — голос сильно дрожит и судорожно срывается. Я чуть отстраняюсь, двумя ладонями вытираю слёзы.
В голове набатом стучит одно слово: "Брат".
Я хватаюсь за него, словно за спасительную соломинку. Обхватываю себя руками, в попытке согреться.
— Когда мы приехали, поместье уже загорелось, — Саша делает какой-то жест пальцами, вынуждает одного из охранников остаться возле вертолёта. Чуть прижимает меня к себе, едва касается плеча. — Одичалый и поджёг. Думал, успеет продолжить игру по своим правилам. Но не получилось.
— А что Семён? Ника? Рекс?.. — немного прихожу в себя. Холодный серьёзный тон мужчины поневоле отрезвляет и заставляет прислушаться.
— Твоя подруга под защитой вместе с псом. Ничего серьёзного. Семён сейчас с Буйным, они продолжают брать штурмом поместье. Бойцов много, есть все шансы на успех.
— Антон сказал... — чуть тихо выдыхаю. — Что в лесу устроили... Поисковую операцию...
— Верно, — Саша достаёт из машины свою кожанку и накидывает мне на плечи. — До нас дошла информация, что вы сбежали. Было решено оцепить часть леса. Вторую девушку пока не нашли.
Я только сумбурно киваю. Меня сажают вперёд, поближе к печке. Я с удовольствием протягиваю озябшие ладони к единственному источнику тепла.
Значит, всё хорошо. Все живы. Эта мысль растекается приятным послевкусием по венам. Я прикрываю глаза.
Безопасность. Как мантру повторяю про себя, что я в безопасности...
74
Двухэтажный коттедж встречает ненавязчивой тишиной. Охрана пропускает меня без лишних вопросов. А вот Саша заходить отказывается. Выслушивает от меня сбивчивую благодарность, оставляет на попечение Ильи, и уезжает.
Значит, здесь живёт брат... Я с интересом осматриваюсь. Мне любопытно, как выглядит его дом. Часто ли он здесь находится или вечно занят своими делами?
Коттедж выглядит достойно. С хорошим качественным ремонтом и дорогой мебелью. Обставлен со вкусом, но без излишеств. Как и подобает уверенному в себе молодому мужчине.
Каждая вещь на своём месте. Как раз в характере Ильи. Наверное, он купил этот дом сразу после переезда. То есть, около трёх недель назад. Удивляюсь, что брат смог так быстро наладить партнёрство и начать заново бизнес.
Нет, я знаю, что он у меня очень деловой, деятельный и хваткий. Но всё равно удивительно, так серьёзно раскрутиться на новом месте за столь короткий срок.
Прохожу чуть дальше по коридору и слышу из-за приоткрытой двери приглушённые голоса. Не в моей привычке подслушивать, но второй голос кажется смутно знакомым. Настолько, что я вынужденно заглядываю в кабинет.
Тут же вытираю вспотевшие ладони о штаны. Глубоко втягиваю воздух, чувствую, как язык противно прилипает к нёбу. Глаза невольно округляются, я понимаю, что даже не могу схватиться за что-то, чтобы найти опору.
Там, за дверью стоит... Мой отец. Такой же высокий и статный. Только волосы тронула седина, а в руках появилась трость. Но в целом, он остался таким же, каким я его запомнила.
Я жадно разглядываю папину фигуру. Не могу войти, ноги прирастают к полу. Нетерпеливо облизываю пересохшие губы и настороженно замираю. О чём они говорят с Ильёй?.. Вспомнил ли он отца?
Судя по тому, как брат держится чуть в отдалении, я ловлю себя на мысли, что он вряд-ли вспомнил хоть что-то новое. Не представляю, какого сейчас папе. Знать, что твой сын выжил, но совершенно тебя не не узнаёт.