Чтение онлайн

Ребята, покряхтывая, то и дело останавливаясь на передышку одолели вторую после девчонок четверть поля.

– Передых нужен, – простонал Слава.

– Согласен, – тут же брякнулся прямо на полосу Петька. – Лучше бы сейчас деду помогали. Надеюсь, мы тут не задержимся. Дедушке Ефиму нашему помощь вообще-то также нужна.

– О дедушке вспомнил… А ведь на речку все удрать мечтали, а я между прочим радовался подмоге из города. Вот и по делом сейчас, – съязвил Славик. И добавил. – Хозяйку-то ведь тоже сейчас не бросишь с девчонками.

– И это верно.

– Что перекур, салаги, затеяли? – присел к братьям Родион, который уже практически справился со своей задачей, растаскав навоз по пашне.

– А ты как хотел, попробуй-ка землю повспахивать.

– Пить хочется, надо, наверно, до речки дотопать, – еле шевеля языком, проговорил Славик. – К тому же хозяйка просила. Да и сами попьем.

– Лежи, отдыхай, коняшка, силенки восстанавливай. Я схожу, – сказал Радик.

– Я помогу, – встал, опираясь о землю, Петька. – Будем коромысло брать? – он покрутил в руках дугу, которую прежде видел только на картинках в детских книжках. Примерил на плечи. – Да ну ее.

– Я также думаю, – отмахнулся от коромысла, как от безделушки, Радик. – Что воды не донесем что ли.

И братья, взяв по ведру, поспешили в знакомом направлении журчащей под угором речки. Озираясь по сторонам, переглядывались, вроде и местность та же, но дворы другие, избы, изгороди.

Вот она, знакомая с детства речушка, по которой они бродились с детства. Только настроение какое-то не столь беззаботное. Еще утром, приехав к бабушке и деду, они только и мечтали о рыбалке, об открытии в теплый майский день купального сезона. Но сейчас братья просто оба, не сговариваясь, припали к воде, набирая ее в ладошки и проглатывая. Казалось, ничего вкуснее они не пивали. Утолив жажду, наполнили ведра прозрачной речной водой.

Когда возвращались по улицам к дому, к которому несли воду, навстречу им возле одного домика с потемневшими бревнами и покосившейся крышей, к ним подбежал чумазый мальчонка лет семи в одной майке, которая, по всей видимости, прежде была снята с дяди.

– Помогите. Не проходите, – останавливая нас рукой, встал нам пути ребятам ребенок.

– Но у нас нет с собой денег, – растерянно проговорил Петька.

– Даже если бы были, вряд ли в годы войны на наши деньги кто-либо что-то купить сумеет, – добавил справедливо Радик.

– И еды нет, – развел руками Петька. – На хоть бейсболку – он снял с себя головной убор.

– И водолазку, – Радик снял с себя вещь из плотной вискозы, оставшись в олимпийке, радуясь тому, что он привык с детства одеваться, как капуста, а значит, есть возможность поделиться «лишним».

– А сам не замерзнешь? – спросил брата Петька.

– Ему нужней, – ответил Родион.

– Где твои родители, – обратился он к мальчику.

– Мама работает в поле. Папку на фронт забрали, – махнул куда-то в неведомом направлении ребенок.

– А ты без присмотра остался?

– Сестра ушла хлеб искать. А я тоже убежал из дома. Вдруг кто подаст.

– Если нам его к хозяйке привезти, – предположил Петька.

– Ты видел, что они сами крапивные лепешки делят… – неуверенно протянул Радик. – Думаю, они не обрадуются. Хочешь делать добро – делай его сам, а не взваливай на чужие плечи.

– Вот именно.

– Что ж делать-то будем? Вот бы домой попасть, всего набрать и принести им всем, – выпалил Петька.

– Хоть бы нам вообще домой когда-нибудь попасть, – добавил Радик, которому уже становилось совсем не по себе от обстановки в которую попали. – Слушай, давай сейчас мимо дома пойдем, попробуем вход отыскать к бабушкиной половине, может, очутимся сразу в том месте и времени, где живем взаправду.

– Хорошая идея, только…

– Что только? – раздраженно произнес Радик, который ощущал, как желудок, напившись, напоминает о времени подступившего по расписанию обеда.

– Да у нас же Славка на пахоте. К тому же хозяйка обрадовалась, что мы поле ей перекопаем.

– И то верно. Славку здесь одного оставлять никак нельзя. Пропадет парень. И хозяйке дали слово – надо выполнять. Взялся за гуж – не говори, что не дюж… – и Радик снова приподнял наполненное водой ведро.

– Мальчик, ты пойди домой, тут холодно, мы постараемся вернуться, что-нибудь придумаем, – виновато проговорил Петька, словно сам не веря своим словам.

– Зачем зря обещаешь, – оборвал младшего брата Родион. – Если не уверен, то и не болтай.

Заморосил дождь, земля с каждой каплей становилась все более липкой, а пашня – тяжелой. Теперь в упряжке работал Родион, отмеривая своими широкими шагами, ботинками, вязнущими в пахоте, метр за метром. А сзади уже шел Славик. Казалось, что половина полосы уже позади. Еще поднапрячься, и останется всего лишь треть. Но только чтобы поднапрячься, когда уже дюжая часть сил была отдана земле, приходилось нереально потрудиться.

Когда у него стали заплетаться ноги, а руки опускались под тяжестью «плуга», ему на смену снова поспешил Петька. Только теперь он уже скорее плелся, утопая в глине.

– Дойду до избы. Занесу воды, – сообщил Слава. – И может там в чем помощь моя нужна будет.

– Побегай, конечно, – ответил Родион за обоих. – Отдохни и подсоби. На месте разберешься. Но в западню-то не пытайся уж без нас.

– Понятен. Солдаты своих и в тылу не бросают, – ответил Славик.

В избе на кухне сестры – с темной длинной косой и рыжими кудряшками чистили картошку.

– Обед, барышни, готовите. Это очень кстати. Хоть картошка у вас есть, и то пища, лучше лепешек.

– Эту картошку нельзя есть.

– А что она ядом пропитана для гостей или золотой присыпкой? – попробовал пошутить Слава и судя по реакции девушек – у него это получилось неудачно.

– Мы ее высушиваем в печи, и в колхоз сдаем, а оттуда солдатам на фронт попадает, – пояснила девушка с длинной косой, внимательно посмотрев в глаза Славе. – Себе только очистки и смеем оставить, – добавила она печально.

То ли от ее разъяснения и своей неудачной шутки, то ли от этого прямого взгляда он ощутил, как щеки его зарделись. Чтобы как-то исправить свое положение, он предложил:

– Давайте помогу. Есть еще ножик?

Юная хозяйка с широкой косой подала ему предмет. И он принялся чистить картофель, нарочито срезая с очистками больше от картофелин, чтобы было чем семейству поужинать…

Родион терпел без смены, тянул плуг, стиснув зубы. К низине земля казалась более рыжей и вязкой и все больше напоминала глину, отчего напрягаться приходилось все сильнее. В какой-то момент закружилась голова, и ему показалось, что земля его засасывает. Петька вовремя бросил плуг и подхватил теряющего сознание брата. Оттащив его к избе, прислонил к стене дома, сам просился в избу.