Один неверный шаг
Шрифт:
У нее невольно приоткрылся рот.
— Неужели вы всерьез так думаете?
Майрон вытащил из кармана пистолет и приставил ко лбу пожилой женщины.
— Если я сейчас услышу хоть одно слово лжи, то убью вас на месте.
Взгляд Мэйбл почти мгновенно трансформировался из изумленного в холодный и сосредоточенный.
— При вас есть передающая или записывающая аппаратура?
— Нет.
— Впрочем, какая разница? К моей голове приставлена пушка. Я скажу все, что вам угодно знать.
Он толкнул ее стволом, заставив пройти в дом, и захлопнул за собой дверь. Украшенная цветами фотография Хораса все еще стояла на каминной полке. Майрон посмотрел на портрет старого друга, потом повернулся к Мэйбл.
— Вы лгали мне, — произнес он. — Причем с самого начала. Все, что вы рассказали мне, было ложью. Анита никогда вам не звонила. Она мертва вот уже двадцать лет.
— Кто вам об этом сказал?
— Чанс Брэдфорд.
Мэйбл пренебрежительно хмыкнула.
— Нашли, кому верить.
— А «жучки»?
— Что такое?
— Артур Брэдфорд поставил ваш телефон на прослушивание, снабдив «жучками». Надеялся, что Анита позвонит вам. Но мы оба знаем, что этого не было.
— Это ничего не значит, — сказала Мэйбл. — Возможно, он пропустил эти звонки.
— Не думаю. Но это еще не все. Вы говорили, что Хорас звонил вам на прошлой неделе, после того, как ушел из дома и начал скрываться. При этом он якобы строжайше запретил вам его искать. Но, повторяю, на вашем телефоне стояли «жучки». Почему тогда Артур ничего об этом не знал?
— Видимо, опять облажался со своей прослушкой.
Майрон покачал головой.
— Я только что нанес визит тупому здоровяку по имени Марио, — продолжил Майрон. — Поднял парня с постели среди ночи, чем немало его удивил, после чего применил к нему средства устрашения и давления, что, разумеется, меня не красит. Зато он много чего мне порассказал. О том, в частности, что пытался выдоить из вас со своим костлявым партнером нужную им информацию — все в точности, как вы мне сказали. Но он клялся всеми святыми, что даже пальцем вас не тронул, тем более не бил кулаком в глаз. И я ему верю. Поскольку вас ударил не Марио, а Хорас.
Как-то раз Брэнда назвала Майрона сексистом, после чего он задался вопросом, нет ли у него других предрассудков. Например, расовых. Как выяснилось, были и вот теперь схватили его за задницу. Кто такая Мэйбл Эдвардс? С его точки зрения, милая пожилая чернокожая леди. В руках вязальные спицы, на шее — цепочка с очками для чтения. Большая и добрая. От нее так и веяло материнским теплом и участием. Иными словами, зло приняло самую что ни на есть политкорректную форму, и он, будучи при всех своих предрассудках человеком политкорректным, клюнул на эту приманку.
— Вы сказали, что переехали в этот дом вскоре после исчезновения Аниты. Хотелось бы знать, где вдова из Ньюарка нашла для этого средства? Правда, вы упоминали, что ваш сын работал, когда учился на юридическом факультете в Йеле, но за временную работу платят мало, и даже если вы купили дом в рассрочку, его денег не хватило бы для выплаты ежемесячных взносов или процентов по займу.
— Не понимаю, к чему вы клоните…
Он продолжал держать ее на мушке.
— Вы с самого начала знали, что Хорас — не отец Брэнды, не так ли? Как-никак Анита считалась вашей ближайшей подругой. Я уж не говорю о том, что какое-то время вы вместе работали в поместье Брэдфорд. Вы просто не могли об этом не знать.
Надо отдать ей должное: держалась она смело.
— Положим, знала. А дальше что?
— Значит, знали и о том, что Анита собралась бежать. Наверняка она сообщила вам об этом — разумеется, под большим секретом. И если бы в «Холидей-инн» с ней что-то случилось, она наверняка позвонила бы вам. Вам — а не Хорасу.
— Все может быть, — сказала Мэйбл. — Раз уж наш разговор носит исключительно гипотетический характер, то почему бы и такое не предположить?
Майрон вдавил ей в лоб ствол пистолета с такой силой, что она буквально рухнула на стоявший у нее за спиной диван.
— Отвечайте: вы убили Аниту из-за денег?
Мэйбл улыбнулась. Как всегда, улыбка у нее была искренняя, невинная и даже отчасти простодушная. Но теперь Майрону казалось, что этот невинный изгиб губ скрывает дьявольский оскал убийцы.
— Гипотетически, Майрон, у меня имелось множество мотивов, чтобы ее прикончить. И деньги, несомненно, один из важнейших, так как четырнадцать тысяч долларов — весьма значительная сумма. Но не забывайте и о сестринской любви. Ведь Анита собиралась бросить Хораса и оставить его с разбитым навеки сердцем. Я уж не говорю о том, что она хотела забрать с собой Брэнду и, возможно, намеревалась рассказать мужу, кто в действительности отец девочки. Хорас наверняка понял бы, что я хранила эту тайну на протяжении многих лет и даже словом ему об этом не обмолвилась. Представляете его реакцию? — Она подняла глаза на пистолетный ствол. — Короче говоря, мотивов у меня хватало, и я от этого не отказываюсь.
— Как вы убили ее, Мэйбл?
— Езжайте домой, Майрон.
Майрон снова вдавил пистолетный ствол ей в лоб. Сильно. Потом еще сильнее.
— Как?
— Что вы подразумеваете под этим вашим «как»? — Теперь слова слетали с ее губ, будто плевки. — Гипотетически это легкая работа. Ведь рядом с Анитой находилась дочь. Предположим, я продемонстрировала бы ей пистолет, а потом сказала, что если она не будет в точности следовать моим инструкциям, то я убью ее ребенка. Так что Анита, будучи хорошей матерью, обязательно бы меня послушала. Обняв дочь в последний раз, она велела бы ей выйти в коридор. А я использовала бы подушку, чтобы заглушить выстрел. Все очень просто, не правда ли?
Майрона обожгла новая вспышка ярости.
— И что произошло потом?
Мэйбл заколебалась. Майрон снова вдавил ей в лоб ствол пистолета.
— Я отвезла Брэнду домой. Анита оставила Хорасу записку, где сообщала, что уходит от него и что Брэнда не его дочь. Я порвала ее и написала новую.
— Значит, Хорас так никогда и не узнал, что Анита планировала забрать Брэнду с собой?
— Совершенно верно.
— И Брэнда никогда ничего по этому поводу не говорила?
— Ей было пять лет, Майрон. Она не поняла, что произошло. Лишь рассказала своему папочке, что я забрала ее и увезла от мамочки. Но совершенно забыла об отеле. По крайней мере я так считала.
В воздухе воздушным шаром повисло молчание.
— О чем вы подумали, когда узнали об исчезновении тела Аниты?
— Решила, что в номер заявился Артур Брэдфорд, обнаружил ее труп и… поступил так, как поступают все члены его семьи — избавился от ненужного хлама.
Ярость снова опалила грудь Майрона.
— Но вы нашли способ, как использовать свое знание. Подсунули им своего сына Теренса в надежде, что он сделает политическую карьеру под крылышком у Брэдфордов.
Мэйбл покачала головой.