Один-ноль в пользу женщин
Шрифт:
Справившись с адресом, я пишу письмо. Перечитываю его, проверяю правописание, снова проверяю правописание и распечатываю текст, если есть бумага и порошок в картридже. В противном случае приходится бежать в ближайший магазин канцелярских товаров. Но сейчас июль и носиться по улицам в такую жару – не очень приятное занятие.
Распечатав письмо, я сама надписываю конверт. Программа с базой данных громко хохочет, глядя на мой ужасный почерк. Она вновь напоминает мне, что жизнь была бы гораздо легче, Найди я время и силы, чтобы открыть коробку и прочитать инструкцию по установке.
Что потом? Марка. Я привыкла к автомату, который сам наклеивает марки, – он стоял у нас в «Голд груп» в комнате, где готовились почтовые отправления. А сейчас? Я сама себе машина. Наклеить марку на конверт не такое уж большое дело. А на сто двадцать конвертов, которые я рассылала от имени салона «Серж» на прошлой неделе? Я только марки наклеивала полтора часа. Почту из ящика возле моего дома забирают один раз в день. Если я пропускаю это время, то вынуждена сама идти на почту, сортировать конверты по адресам и опускать их по два в прорези.
Вот сколько всего нужно сделать, чтобы отправить письмо.
Почему я не нанимаю никого или не приглашу практиканта? Нет времени подумать об этом. К тому же ужасно не хочется пускать незнакомого человека к себе домой. Так что пока я вынуждена делать все сама.
– С кем ты придешь ко мне на свадьбу? – спрашивает Грейс.
– Только не начинай. – Мы сидим у меня в гостиной и готовим рекламную рассылку для «Дзоги». Сегодня у Грейс выходной, и она хотела еще раз в деталях обсудить предстоящую свадьбу, но я сказала, что выслушаю ее, если она поможет мне с почтой.
– Передай мне ту пачку конвертов, пожалуйста.
Надувшись, Грейс передает мне последние двадцать конвертов.
– Лекси, не кричи на меня.
– Прости.
– Я опасалась, что, открыв свое дело, ты перестанешь встречаться с мужчинами. Я ведь это предсказывала!
– Да.
Сгибая пополам рекламные проспекты, Грейс складывает их в аккуратную стопку.
– Было бы здорово, если бы ты привела кого-нибудь на свадьбу. А так тебе придется танцевать с Лолой. Только у тебя и у нее не будет пары.
Стараясь изобразить полное безразличие, спрашиваю:
– Разве Лола будет одна?
– А кого она может привести?
Я опускаю глаза на конверт, который подписываю, и говорю:
– Думаю, никого.
Мы заканчиваем с почтой к ленчу, и я благодарю Грейс за помощь. Она отправляется в кафе «Оз» за салатами и возвращается со всем необходимым. Не хватает только вилок.
– В верхнем ящике на кухне есть палочки, – говорю я, просматривая электронную почту.
Старшенький
Я в полудреме сижу в кафе «Оз», жду, когда мне принесут кофе, и правлю очередной пресс-релиз. Я перестала заказывать большой стакан и перешла на очень большой.
Подперев кулаком подбородок, смотрю в окно. Жаркий августовский полдень. Мне нравится сидеть здесь в середине дня и наблюдать за происходящим на Риттенхаус-сквер. Хотя прошел уже месяц после моего ухода из «Голд груп», вне офиса я чувствую себя очень странно – постоянно кажется, что я прогуливаю.
– Лекси?
Поднимаю глаза и вижу Майка Дибьоно – Младшенького, сотрудника «Голд груп».
– Привет! – широко улыбаюсь я ему. – Как дела?
Он одет по-летнему и выглядит очень аккуратно в бежевых брюках с накладными карманами и ярко-голубой рубашке на пуговицах. На ногах легкие коричневые туфли. В присутствии Майка я чувствую себя очень неловко в шортах, футболке и шлепанцах. Хотя какая разница… Я показываю ему на стул напротив, и он садится.
– Как тебе удалось вырваться из заключения? – интересуюсь я.
– Время ленча. Я столько читал о новом меню кафе «Оз», что решил сам попробовать. Судя по всему, у них потрясающий специалист по связям с общественностью. – Младшенький широко улыбается мне.
Официант ставит передо мной кофе, и я благодарю его.
– Это весь ленч? – спрашивает Майк. Делаю глоток и вытираю молочные усы.
– Так я восполняю нехватку кальция.
Младшенький смеется.
– Удивительно, что мы сегодня встретились, – говорю я. – Только вчера я размышляла о превратностях судьбы. Когда ты видишь человека каждый день в течение многих лет, он становится частью твоей жизни, а потом ты вдруг оказываешься отрезанным от него. – Он кивает. – Знаешь, о ком я вчера думала?
Майк пробует угадать:
– О Марии? Мишель? Обо мне? Но ведь точно не о Сьюзен.
– Нет, конечно. О ее детях.
Младшенький удивленно поднимает брови, поэтому я решаю объяснить:
– Я знаю Джошуа и Эшли с младенчества. Видела, как они росли, и чувствую какую-то почти родственную привязанность. Как у них дела?
– Неплохо. Они проводят лето в «Кэмп Кольридж». Вроде бы все идет как надо.
– Отлично. Я рада это слышать. Спасибо.
Младшенький кивком головы показывает на бумаги передо мной:
– Над чем работаете?
– Правлю пресс-релиз.
– А кто его написал?
– Мой лучший сотрудник. Я сама.
– Лекси, вы не должны проверять собственную работу, – говорит Майк. – Позвольте мне. – Он протягивает руку за красным маркером, который я сжимаю в кулаке. Я с опаской смотрю на него, но все же отдаю маркер.
Через несколько минут Майк пододвигает ко мне две страницы текста.
– Это не лучшая ваша работа, – констатирует он. – Похоже, вы устали. И выглядите не очень. Честно говоря, ужасно выглядите.
– Спасибо. Ты по-прежнему Младшенький в «Голд груп», да? Никакого повышения?
– Зато я в курсе всего, что происходит в компании.
– Молодец.
– Итак, Лекси, сколько у вас клиентов?
– Пять.
– Оплата предварительная или сдельная?
– Не твое дело.
– Я бы хотел, чтобы было мое, – улыбается он мне.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Лекси, послушайте, я пытался набраться смелости и позвонить вам, но в жизни всякое бывает и вот вы сидите здесь, напротив меня. Так что я просто расскажу, о чем думал все это время.