Чтение онлайн

Удар. Сильный, жестокий, отчаянный. Мой кулак прилетел прямо в правый глаз Скотта. Мужчину немного повело, но он тут же выпрямился обратно. Не замахивается в ответ, только уничижительно смотрит.

— С вещами на выход. Сегодня, — выплевываю каждое слово, а внутри все с таким диким скрежетом переворачивается, что до сих пор не верю, как это, блять, могло произойти.

Но Митчелл не уходит. Буквально поджигает меня горящими в гневе глазами. Под нижним веком поступает отчётливое красное пятно. Затем складывает сжатые в кулаки руки в карманы и рявкает:

— Ключи, — давит бесстрастным лицом, но взгляд выдает все эмоции. — Сюда давай.

— Мне кажется, что ты уже поимел неплохую компенсацию… дружище, — меня крутит от этого слова, будто в мясорубке, — какая тачка? Ты, после всего, что было, просто кинул меня. За спиной вертел всю эту хуйню. Пиздуй из компании, Скотт. Чтобы я завтра тебя здесь не видел. И я это делаю только из-за тех лет, что считал тебя семьёй. Иначе мы будем разговаривать по-другому, тебе ясно?

Подхожу вплотную, не разрывая зрительного контакта. Мы одного роста, поэтому топим глаза в глаза, молча договаривая все, что не озвучиваем в слух.

Митчелл дергается всем телом, так и не ответив на вопрос, и быстрым шагом выходит из кабинета. Достаю телефон и отправляю всем соответствующие сообщения: отцу, что есть серьезный разговор, эйчару — о кадровых решениях. А хули тянуть. Я все равно не вывезу.

Уезжаю домой на такси — за руль не в состоянии. Время близится к полночи, я на заднем сидении заливаюсь виски с горла, чтобы просто перестать чувствовать. Все, что произошло за последние двое суток забыть бы к хуям. Снова быть самым счастливым рядом с любимой женщиной, иметь лучшего друга и быть уверенным в его преданности, просто, сука, жить. А не отъебывать себе весь мозг.

На входе предупреждаю Клинта, что придет Диана, хотя понимаю, что вряд ли это случится. Как вспомню ее глаза, так выть хочется. Как орала мне в лицо, что она дура. Что устала от баб вокруг, что не может. А я, блять, без нее подохну. Единственная, кто на плову меня способен удержать. Все сделаю, чтобы рядом была. Все. Как ни в ком никогда в ней сейчас нуждаюсь. Но даю ей это, мать его, пресловутое время. Доверяю, блять. А внутри сам себя закапываю.

Наваливаю громкости на акустике, после чего тяжелые аккорды рока сотрясают стены пентхауса, и просто бухаю. Глотаю бурбон, словно воду, пытаясь отключиться. Но не работает.

Скидываю одежду и врубаю холодную воду в душе, встаю под струи, и нихрена не помогает. Гниль предательства расползается по нутру, оставляя плесневелые глубокие раны. В ушах гул, но не от разрывающей пространство музыки, а от собственного ничтожного положения. Это только моя вина. Моя. Я не уследил. Слепо доверял.

Двери кабины открываются позади, и маленькие теплые ладошки обнимают мой торс, мигом усмиряя внутреннего зверя. Он тут же припадает к ногам своей хозяйки, упиваясь жаждой ласки. Ее запах дурманит все мои рецепторы, заполняя все существо собой.

Регулирую воду и разворачиваюсь к своей женщине, которая, не смотря на все то дерьмо, что льется из меня и вокруг тоннами, рядом. Она нужна мне — она отдает себя. Целую ее, наслаждаюсь нежной кожей, а потом встречаюсь с карамельными глазами.

— Что случилось, Джейми?

Чувствует меня, маленькая. С первого взгляда, вздоха чувствует. Утыкаюсь ей в шею лицом и первый раз за вечер озвучиваю то, что съедает меня изнутри:

— Диана… Как я мог все это проебать? Как?!

— Ох… Родной… — крепко обнимает и целует мой висок. Дышит часто, при этом стараясь дарить мне успокоение. — Ты не можешь все контролировать…

— А должен. Должен, твою мать! — отстраняюсь, хватая ее за хрупкие плечи. Сжимаю, не в силах контролировать себя. — Он просто нагрел меня на миллионы, понимаешь?! Друг! Брат! Да, сука, мы столько вместе пережили! Я был уверен в нем больше, чем в себе! Да я, блять, за ним никогда в жизни ничего не проверял, потому что ДО-ВЕ-РЯЛ! ДОВЕРЯЛ!

Кричу, не в силах унять свою боль и унижение. Беспомощность вырывается наружу в громких интонациях и матах. Диана только лишь смотрит, поджав губы. А меня трясет так, будто на электрическом стуле через меня разряды пускают.

— Это моя вина. Моя. Я должен контролировать все. Я! А что получилось по итогу? Какой из меня босс, если я просто безалаберная скотина?!

— Джейми… Ну-ну… Тише… — нежные руки касаются моих щек, — тише…

— Ты мне нужна, Диана… Так нужна… — девушка притягивает мое лицо к своему и утыкается лбом в переносицу. — Нужна…

— Я с тобой, родной, всегда с тобой.

Ночью мы любили друг друга так, как никогда прежде. Думал, что все, что можно было показать, уже вытащил на поверхность. Нет. Сегодня я буквально задыхался от нежности, которую дарила мне Диана, и от любви, которую сам к ней испытывал. Да, любил. Не трахал, как обычно. А любил. Люблю. Сдохну за нее. Тащило сердце так, будто на грани. Каждая ласка подкидывала, словно на американских горках сейчас нахожусь, а не в постели с женщиной. Самой лучшей женщиной. Моей.

Скотт освободил кабинет — утром первым делом я его проверил. Обговорил с кадрами такое скоропалительное увольнение, не вдаваясь в подробности. Остался отец. Созвонились, папа попросил встретиться завтра. По телефону говорить ничего не стал, но Тернер старший понял, что дело серьезное, только лишь по моему убитому голосу.

Попросил, чтобы Диана весь день работала со мной. Не могу ее отпустить. Какое-то ощущение тяжелое, что наше счастье хрупкое и недолговечное. Сегодня вечером решил ей все рассказать. И будь, что будет — пусть даже возненавидит. Зато этот дамоклов меч не будет висеть надо мной угрозой. Но чтобы она не решила, не отпущу ее.

— Как мы сегодня проведем вечер? — в конце рабочего дня утыкаюсь носом в шею своей женщины, втягивая потрясающий аромат ее кожи. Никогда бы не подумал, что стану диким фетишистом.

— Мы поужинаем. И что-нибудь посмотрим. Кстати, готовишь сегодня ты. Удиви меня, — Диана танцующе развернулась в моих руках, чмокая в пульсирующую вену возле кадыка. Ее любимое место. Ловко ловлю в плен ее губы, забирая один из чувственных поцелуев.

— Без проблем. Обсудим один момент, — не зацикливаю внимание на разговоре, чтобы не нагнетать обстановку раньше времени. — А что потом? — снова целую, но уже в нос. — Меня интересует более приятная часть.

Девушка тихо смеётся, обнимая меня за плечи и притягивая к себе, а я готов слушать этот звук вечно. Она проводит своей рукой по моим волосам, поправляя челку, следует по щеке и останавливается указательным пальцем на губах.

— А об этом вы узнаете после ужина, мистер Тернер, проявите терпение.

— Когда дело касается моей любимой женщины, то терпение и я — вещи не совместимые, милая, — подхватываю ее на руки и усаживаю на стол, целуя настолько сильно, насколько могу себе позволить. Диана отвечает мне со всей только ей присущей нежностью. Даже не смотря на все происходящее дерьмо, сейчас я счастлив. Невероятно.