Чтение онлайн

– Думаю, это все. Мы легко перелезем через стену с лошадиной спины. Я пойду в одиночку. Я не собираюсь думать ни о ком, кроме Недомерка и себя самого. Только о работе. А что будет, когда я выберусь наружу со статуэткой? Полагаю, ее не следует швырять на землю.

– Разумеется, не следует, - подтвердил Марлл.

– Отлично, - сказал Ганс.
– Я передам ее вам, как только мы выберемся за стены, потому что, пока мы в саду, я буду двигаться так быстро, как только могу. Ах, да - кто-нибудь должен будет остаться снаружи, чтобы присмотреть за лошадьми, верно? Если что-нибудь случится, я принесу фигурку сюда. Как зовут хозяина "Козла"?

Кто-то из фиракийцев ответил. Ганс обвел всех четверых взглядом, заметив ярость, плескавшуюся в глазах отвергнутого Малингазы.

– Завтра ночью, где-то к пятнадцати часам, вы получите то, что хотите. А я надеюсь поживиться чем-нибудь ценным. С этими словами Ганс повернулся и вышел.

***

Мигнариал заметила, что Ганс, придя домой, принес какой-то тючок, завернутый в конский желудок. Взгляд девушки стал озадаченным. Она была одета в соблазнительный ночной наряд, который купил ей Ганс, и выглядела вдвое привлекательнее любой женщины из ночных пивнушек. Когда Мигнариал подошла, чтобы поцеловать Ганса, тот не устоял.

– Все по-прежнему, - сказал Ганс и добавил; - Но это будет опасно.

– Ох! Зачем ты говоришь это мне?
– Мигнариал отступила на шаг.

– Надеюсь, что ты у видишь что-нибудь для меня. Девушка вздохнула.

– Ганс, я ведь говорила тебе - я не могу просто взять и сделать это для тебя. Это приходит само или не приходит совсем. Поверь, иногда мне не удается увидеть ничего даже для клиентов, которые готовы щедро заплатить.

– И тогда клиент превращается в сувеш, и ты пытаешься как-нибудь угадать, в чем дело.

– Угу.

– Вот-вот, - произнес Ганс, намекая, что грабить людей можно по-разному. Потом он взвесил на ладони тючок.
– Как ты думаешь, что это?

– Я не зна.., нет! Ганс! Ты был на крыше?

– Прямо над этим окном.

– Ганс! А я ничего не слышала!

– Он приходит, он уходит, а ты и не знаешь, что он был здесь, до тех пор, пока он не исчезнет с твоим.., носом!
– И Ганс быстро вытянул руку, притворяясь, что хочет схватить Мигнариал за нос.

Девушка отпрыгнула назад, заливаясь смехом.

– Ох, Ганс! Я так рада, что ты никогда не показывал мне свою коллекцию носов, милый.

– О, это было напрасно, - отозвался Ганс, распахивая плащ и откладывая тючок, чтобы развязать ворот.
– Понимаешь, Нотабль уничтожил мою коллекцию. Он съел все тридцать девять носов.

– Фи-и!

– Мяурр, - сонно произнес Нотабль, услышав свое имя.

– Видишь? Он говорит: "Да, съел".

– Фи-и!

– Что? Я снимаю тунику, а ты заявляешь "фи-и"? Я думал, тебе нравятся мои могучие мускулы.

– Похоже, у тебя хорошее настроение. Все вышло так, как ты хотел? Ты сказал, что собираешься проверить их.., милый, как мне нравятся твои ноги!

– Ты сидишь здесь, задрав подол по-самое-не-хочу, и еще осмеливаешься что-то говорить о моих ногах?

– Ха! Я думала, ты и не заметишь. А вот ты задрал свою тунику до самого подбородка, милый. Постой.., ты снова одеваешься?

– Да, и ты тоже, - ответил Ганс, натягивая узкие черные штаны.
– И надень плащ. Тебе нужно кое-что увидеть.

– Послушай, Ган... Шедоуспан, если ты думаешь, что я собираюсь лазить по стенам и крышам вместе с тобой, то забудь про это немедленно!

Ганс хмыкнул.

– Нет-нет. Я же сказал, что тебе нужно увидеть кое-что, Мигни. Просто выйди на улицу. Вместе со мной.

– О... Я прихожу домой, принимаю ванну, напяливаю тот ужас, который ты купил мне.., а ты хочешь, чтобы я надела плащ и вышла на улицу. Зачем?

Ганс натянул черную тунику.

– Чтобы тебя изнасиловали в переулке, - ответил он и прыгнул к Мигнариал.

Она вскрикнула, затем рассмеялась и выбежала в другую комнату. Согнав с лица улыбку, Ганс принялся размещать свои ножи. Ему очень нравилось, как выглядит Мигнариал в этом темном одеянии из газа и кружев.

Она вернулась в комнату, запахивая плащ.

– Таким ты мне нравишься, Шедоуспан. Ты ведь не собираешься пустить в ход эти ножи, верно?

Ганс покачал головой, сгибая и разгибая руки, к которым были пристегнуты ножны.

– Нет. Ты уже видела, как я их бросаю.

Мигнариал кивнула.

– Я помню, как в пустыне ты втолковывал мне, что никто не может промахнуться, метая эти звездочки. А потом мы целый час искали ту, которую бросила я!

– Никогда не сознавайся в этом. Все верят, что никто не может промахнуться, кидая звездочку, А я рассказал почти всей Фираке, что ты носишь за пазухой несколько штук. И даже вывесил несколько объявлений.

– Ага. И сам написал их?

– Оп-ля! Ну да, я то и дело слегка привираю. Ладно, пошли на улицу. Хорошо, Нотабль, и ты тоже. Видала? Он знает слово "пошли"! Идем, Радуга.

Радуга на самом деле не собиралась никуда идти, и Мигнариал взяла ее на руки. Нотабль стрелой вылетел в дверь, едва Ганс открыл ее, и рысью помчался вниз по ступенькам. К тому времени, как Ганс и Мигнариал вышли на лестницу, кот уже ждал их у наружной двери.

Несколько минут спустя, Мигнариал стояла в переулке, открыв рот и позабыв о Радуге, спящей у нее на руках. Она смотрела, как Ганс вскарабкался по стене до самой крыши. Он был похож на тень, движущуюся в лунном свете. Девушка затаила дыхание, когда Шедоуспан перепрыгнул с одной крыши на другую прямо над ее головой. Глядя вверх, она с удивлением отметила, что не услышала ни малейшего стука при его приземлении. Несмотря на то что прыжок занял какую-то долю секунды, он был таким беззвучным, словно Шедоуспан проплыл по воздуху, как перышко. Мигнариал по-прежнему смотрела вверх, но не видела никого и ничего.

– Эй, девочка, - раздался позади нее тихий голос. Мигнариал подскочила.
– Ты хочешь, чтобы тебя изнасиловали в переулке?

Мигнариал обернулась и увидела, как Ганс возник из тени и направился прямо к ней.

– Как ты.., ты просто.., о!

Ганс скользнул чуть в сторону, в глубокую тень, и эта тень поглотила его. Шедоуспан, Порождение Тени, исчез. По коже Мигнариал пробежали мурашки, и Радуга встрепенулась, почувствовав, как у девушки задрожали руки.

– Ганс? Это просто ужас. Ты.., ты еще здесь?