Чтение онлайн

Но если появились хоть малейшие подозрения, надо выбираться из опасной зоны. Коннор огляделся и решил, что начнет выбираться с площади, когда в очередной раз раздадутся бурные аплодисменты. В этом случае меньше вероятности, что кто-нибудь заметит, как он продирается сквозь толпу.

– Я только что видел того человека, – сказал Сергей.

– Где? – спросил Джексон.

– Вон, стоит лицом к Зеримскому шагах в двадцати от трибуны. У него другой цвет волос, и ходит он как старик. С тебя десять долларов.

– Как ты его заметил с такого расстояния?

– Он единственный, кто пытается уйти с площади.

Джексон вручил мальчику десятку в тот самый момент, когда Зеримский подошел к микрофону.

– Товарищи, – голос у лидера партии оказался зычным, – мне выпала большая честь выступить перед вами в качестве вашего кандидата. С каждым днем я все более убеждаюсь…

Коннор вновь увидел в толпе Митчелла. Он был к нему на несколько метров ближе, чем в прошлый раз.

– Подавляющее большинство наших сограждан хочет более справедливого распределения достояния, созданного их талантом и тяжелым трудом.

Как только митингующие принялись аплодировать, Коннор быстро переместился вправо. Когда аплодисменты утихли, он замер как вкопанный.

– Почему этот человек следует за твоим другом? – спросил Сергей.

– Потому что он – дилетант, непрофессионал, – ответил Джексон.

– Товарищи, – продолжал Зеримский, – посмотрите вокруг. По улицам Санкт-Петербурга разъезжают «мерседесы», БМВ и «ягуары». Но кому они принадлежат? Горстке представителей привилегированного класса.

Когда публика снова зааплодировала, Коннор еще на несколько шагов продвинулся к краю площади.

– Кажется, я его засек, – сказал милиционер в штатском.

– Где, где? – взволнованно спросил Болченков.

– Северная оконечность площади, около пятидесяти метров вглубь, замер на месте. Он не похож на человека с фотографии, но, как только раздаются аплодисменты, он передвигается слишком быстро для своего возраста.

– Вижу, – сказал Болченков. Спустя несколько секунд добавил: – Да, возможно, это он. Пора его брать. И как можно быстрее.

Эшли Митчелл стоял теперь всего в каком-то шаге от Коннора, который старательно делал вид, что не замечает его. Через несколько секунд начнется продолжительная овация, когда Зеримский расскажет о том, как он конфискует нечестно нажитые капиталы – это обещание всегда вызывало наибольшее воодушевление толпы. Коннор спокойно улизнет, а потом добьется того, чтобы Митчелла перевели на бумажную работу в какое-нибудь кишащее москитами болото.

– Не забывайте, – продолжал Зеримский, – что Россия снова может стать величайшей мировой державой.

Митингующие разразились аплодисментами. Коннор резко двинулся вправо и сделал уже три шага, когда милиционер схватил его за левую руку. Секундой позже другой подлетел к нему справа.

Коннор позволил повалить себя на землю. Правило первое: если при тебе нет ничего компрометирующего, не сопротивляйся при аресте. Толпа расступилась вокруг трех лежавших на земле мужчин. Митчелл насторожился в ожидании неизбежного вопроса: «Кто этот человек?»

– Киллер, нанятый мафией, – шепнул он соседям. Продвигаясь в сторону трибуны для прессы, он время от времени бормотал: – Киллер, нанятый мафией.

– Избрав меня своим президентом, вы сможете быть твердо уверенными в одном.

– Вы арестованы, – сказал человек, которого Коннор не мог видеть, лежа носом в асфальт.

– Уберите его отсюда, – произнес все тот же начальственный голос, и Коннора потащили с площади.

Джексон не отрываясь смотрел на Коннора, пока милиция прокладывала дорогу в толпе.

Зеримский заметил какое-то движение в толпе, но и глазом не моргнул.

– Вы сделали это не ради меня, – решительно продолжил он. – И даже не ради Коммунистической партии. Вы сделали это ради будущих поколений россиян.

Милицейский автомобиль в сопровождении четырех мотоциклистов покинул площадь. Джексон бросил взгляд в сторону трибуны для прессы. Журналистов отъезжающий милицейский автомобиль теперь интересовал гораздо больше, чем речь Зеримского.

– Нанятый мафией киллер, – доверительно сообщил турецкий журналист своему коллеге. Эту информацию он почерпнул в толпе.

Когда милицейский автомобиль скрылся из виду, Митчелл взглядом выхватил из толпы человека, с которым ему необходимо было переговорить. Он терпеливо ждал, когда Клиффорд Саймондс из Си-эн-эн посмотрит в его сторону, и, когда тот наконец посмотрел, Митчелл замахал руками, давая понять, что есть срочный разговор. Корреспондент живо пробрался через толпу и подошел к американскому атташе по культуре.

Саймондс внимательно выслушал все, что хотел рассказать ему Митчелл. Он выходил в эфир через двенадцать минут. Когда он подходил к трибуне прессы, улыбка на его лице была значительно шире, чем до разговора с атташе.

До того как Зеримский покинет трибуну, Митчеллу необходимо было «влить» информацию о киллере в чуткие уши еще одного человека.

От восторженных поклонников кандидата в президенты защищала цепь телохранителей. Митчелл подошел к одному из них и на прекрасном русском объяснил, с кем он хочет переговорить. Охранник крикнул что-то пресс-секретарю, который тут же подал знак пропустить американца за заграждение. Митчелл быстро изложил пресс-секретарю свою версию событий, добавив, что де Вилльерс был загримирован под старика, и назвав отель, из которого тот вышел, прежде чем объявиться в ресторане.

Президент и глава его администрации сидели в Овальном кабинете и смотрели утренние новости. Во время репортажа Клиффорда Саймондса никто из них не проронил ни слова.

Том Лоренс нажал кнопку на пульте дистанционного управления, и экран погас.

– И вы говорите, что арестованный – агент ЦРУ и не имеет отношения к русской мафии?

– Да, – ответил Энди Ллойд. – Я жду, когда позвонит Джексон и подтвердит, что тот же агент убил Гусмана.

– Что мне отвечать прессе?

– Вам придется блефовать. Не в наших интересах оповещать мир о том, что задержанный – наш человек.

– Но ведь тогда с Хелен Декстер будет покончено раз и навсегда.

– Если вы заявите, что были не в курсе, половина населения откажет вам в доверии как простофиле, которого водит за нос ЦРУ. Но если вы признаетесь, что знали об операции, другая половина потребует вашего импичмента. Поэтому пока я бы посоветовал вам ограничиться заявлением, что вы с интересом ожидаете исхода выборов в России.