Чтение онлайн

И я должен мириться с этим.

Горовиц понимал: сомнений насчет этого быть не могло. Президент Университета лично объяснил это ему.

— Ради бога, Зигги, делайте, как они хотят! Эта комиссия имеет большое влияние. Весь наш бюджет, не говоря уже о вашем отделе, может предстать в их докладе совсем не так, как на самом деле. Что если они скажут, что мы не хотим сотрудничать, и запросят помощи со Спарты?

Ну что ж, по крайней мере, эти молодые аристократы знают, что его время очень ценно. Пока они шли к лаборатории, он сказал им это полдюжины раз.

Они были глубоко под землей, в Старом Университете, ступая по каменным полам, источенным временем. Сам Мурчисон ходил по этим коридорам до того, как перестройка Новой Шотландии была закончена, и легенда гласила, что его призрак до сих пор можно видеть бродящим по каменным проходам: фигура в капюшоне с одним сияющим красным глазом.

И все же, почему это так чертовски важно? Почему эта девица придает этому большое значение?

Лаборатория была помещением, высеченным в скале. Горовиц сделал властный жест, и двое ассистентов открыли морозильный контейнер. Из него выскользнул длинный стол.

Пилот зонда Безумного Эдди лежал на гладкой белой поверхности белого пластика. Его органы находились примерно на тех местах, где были до вскрытия. Светло-красные, темно-красные, Серовато-зеленые самых невероятных форм — цветом и строением Посредник напоминал сейчас человека, подорвавшегося на гранате. Род почувствовал, как желудок его судорожно сжался.

Он содрогнулся, когда Сэлли нетерпеливо наклонилась вперед, чтобы лучше видеть. Ее лицо было застывшим и мрачным.

— Ну что?— торжествующе спросил Горовиц. Его костлявый палец ткнул в грязно-желтые утолщения в брюшной полости размером с земляной орех.— Здесь. И здесь. Это, должно быть, яички. У прочих разновидностей моти тоже есть внутренние яички.

— Да...— согласилась Сэлли.

— Этого мало?— презрительно спросил Горовиц.

— Мы не знаем.— Голос Сэлли по-прежнему был очень серьезен.— На статуэтках нет Репродуктивных органов, а моти, вскрытые экспедицией, были Коричневыми и малышами. Коричневый был женщиной.

— Я видел этих малышей,— самодовольно сказал Горовиц.

— Да...— согласилась Сэлли.— Яички у самцов малышей были достаточно велики, чтобы их увидеть...

— Гораздо больше, чем здесь. Но это неважно. Эти вот не могут производить сперму — я доказал это. Этот пилот был мулом!— Горовиц хлопнул руками.— Мулом!

Сэлли изучала вскрытого Моти. Она действительно огорчена, подумал Род.

— Моти стартовали мужчинами, затем превратились в женщин,— пробормотала она, почти неслышно.— Может, этот был незрелым?

— Пилот?

— Да, конечно...— Сэлли вздохнула.— Вероятно, вы правы. У него рост взрослого Посредника. Может, это причуда природы?

— Ха! ВЫ смеялись надо МНОЙ, когда я предположил, что это может быть мутация! Да, это не так. Пока вы совершали свою увеселительную прогулку, мы здесь провернули массу работы. Я изучил его хромосомы и генную систему, отвечающую за половое развитие. Это существо было стерильным гибридом двух других форм, которые могли размножаться.

— Это подходит,— сказал Род.— Моти говорили Реннеру, что Посредники являются гибридами...

— Взгляните,— потребовал Горовиц. Он включил экран и принялся нажимать на кнопки. По экрану поплыли изображения. Хромосомы моти были плотно упакованы дискетами, соединенными в столбики. На дисках были какие-то ленты... и тут Сэлли и Горовиц заговорили на языке, который Род не понимал. Он рассеянно слушал их, пока не заметил, что ассистент готовит кофе. Девушка мило предложила ему чашку, второй ассистент присоединился к ним, и Рода опять заставили рассказывать о моти.

Спустя полчаса они покинули университет. Что бы там ни сказал Горовиц, Сэлли он убедил.

— Почему это так огорчило вас, дорогая?— спросил Род.— Горовиц прав. Для Посредников есть смысл быть мулами.— Род скривился, вспомнив. Горовиц многозначительно добавил, что будучи мулами, Посредники не должны быть подвержены семейственности.

— Но моя Финч /клик/ говорила мне. Я уверена в этом. Мы разговаривали о сексе и воспроизведении, и она сказала...

— Что?

— Я не помню точно.— Сэлли вынула свой карман компьютера и изобразила символы вызова информации. Устройство зажужжало, затем изменило тон, показывая, что нужно воспользоваться радио машины, чтобы связаться с банком данных Дворца.— И я не помню, когда она сказала это...— Она написала что-то еще.— Регистрируя эту ленту, я пользовалась системой перекрестных ссылок.

— Вы найдете ее. Здесь во Дворце... Кстати, после ленча у нас встреча с моти. Почему бы не спросить об этом их самих?

Сэлли усмехнулась.

— Вы покраснели.

Сэлли хихикнула.

— Помните, когда маленькие моти впервые совокуплялись? Это было первое определенное указание на отношении полов среди взрослых моти, и я ПОМЧАЛАСЬ вниз в гостиную... Доктор Хорват до сих пор считает меня сексуальным маньяком!

— Хотите, чтобы спросил я?

— Если не спрошу я. Но, Род, моя Финч /клик/ не солгала мне. Они просто НЕ МОГЛА этого сделать.

Они поели в столовой, и Род распорядился подавать еще кофе с бренди. Сделав глоток, он задумчиво сказал:

— С этим было послание...

— Да? Вы говорили с мистером Бари?

— Только поблагодарил его. Военный Флот по-прежнему держит его своим гостем. Нет, само это послание было подарком. В нем говорилось, что он мог отправлять сообщения еще до того, как "Ленин" вышел на орбиту вокруг Новой Шотландии.

Сэлли удивилась.

— Вы правы... А почему мы не...

— Мы были слишком заняты. Каждый раз, когда я думал об этом, это казалось не таким важным, и я бросал это занятие. Вопрос вот в чем, Сэлли: что за другие послания он отправил и почему он хотел, чтобы я знал об этом?

Сэлли покачала головой.

— Я уж лучше буду анализировать мотивы действий чужаков, чем мистера Бари. Он очень странный человек.

— Верно. Но он не глуп.— Род встал и помог Сэлли подняться.— Пора идти навстречу.

Они собирались в жилище моти во Дворце. Это должна была быть рабочая встреча. Сенатор Фаулер был занят текущими политическими делами где-то в другом месте, поэтому Род и Сэлли могли задавать вопросы.

— Я рада, что вы кооперировали мистера Реннера в качестве советника,— сказала Сэлли Роду, когда они выходили из лифта.— У него... э... ИНАЯ точка зрения на моти.

— Иная... Да, это слово подходит.— Род привлек к работе и других членов экспедиции: священника Харди, Синклера и нескольких ученых. Впрочем, доктора Хорвата они использовать не могли, пока сенатор Фаулер возражал против его просьбы стать членами Комиссии. Министр по науке мог отказаться подчиняться членам Комиссии.

Морские пехотинцы, щелкнув каблуками, стали смирно, когда подошли Род и Сэлли.

— Вы стишком много тревожитесь,— сказал Род, ответив на приветствие.— Моти не жалуются на охрану.