Чтение онлайн

– Спасибо, - только и успела ответить, а как много вопросов еще хотелось задать, но зашли сын с отцом, и пришлось молча накрывать на стол, сидеть и обедать с ними, слушать их разговоры по поводу вчерашнего делового ужина, вообще, меня за столом явно не замечали, поэтому за чаем я тихо ушла. У себя в комнате позвонила Ольге, которая явно страдала похмельем, а сходить в магазин было не кому, муж на работе, мой разговор с ней в конце услышал Максим, стоящий в дверях. Я просто в страшном гневе была от его наглости, что, не положив трубку, выговорила:

– Как ты смеешь подслушивать!

– Ого, если бы ты могла испепелять, я бы сгорел – это точно.

Смеется еще, почему я не могу его ударить? Как хочется!

– Что тебе нужно!

– Успокойся, я пришел сказать спасибо и от Игоря и от отца, мы уезжаем.

Понятно, значит, Станислав Николаевич не пожелал меня видеть и разговаривать со мной, что ж пусть будет, как он захочет. Наверное, моя резкая смена выражения лица в более грустную форму, заставила Максима перестать ухмыляться и спросить:

– Что- то случилось? Это Ольга, если я не ошибаюсь, на проводе висит.

– Да, она.

– У неё проблемы?

– Немного.

– Давай всё решу, что нужно? Мне не трудно, она мне понравилась, веселая.

Я слышу в трубку ее голос: «Пусть привезет холодного сока литра два и в аптеке таблетки, все какие можно от головы». Этот ее умирающий голос у меня вызвал улыбку, передаю весь разговор Максиму, который записал ее номер телефона, адрес и ушел. Хоть одно доброе дело сделала за день, спасла от жажды больную подругу. До самого вечера я убиралась неспеша в столовой, в доме, так как живот еще сказывал о себе знать. Мне на почту в контакте пришли вчерашние фотки с вечера от Максима, но откуда он меня нашел? Ведь я под другой фамилией? А потом пришли фотки с Максимом, сидящим рядом с лежащей Ольгой, ясно, она дала координаты. Ну, хоть смс порадовало от него: «Спас от жажды умирающую». На фотографиях Станислав Николаевич так мило улыбается, будто бы прежний простой и веселый, а я как кукла, хоть и красивая, но еще не привычная к такой внешности. Около десяти ночи слышу, как приехал Станислав Николаевич. Я уже лежу в кровати, быстро выключив свет, делаю вид, что сплю. Примерно через полчаса он вошел в комнату, тихо прошел в ванну, слышу, как принимает душ, потом ложится аккуратно в кровать. И тишина, даже не пытается повернуться ко мне или обнять, как раньше. Может Максим прав, Станислав Николаевич до сих пор любит бывшую жену и не может теперь от меня отделаться? Такие мысли просто рвут мне мозг на части.

10 июля

Проснулась я от грома, такого сильного, что удивительно для летнего утра. Как всегда Станислава Николаевича нет. Последние четыре дня прошли, словно в тумане, домой он больше днем не приезжал, только ночью. Мы не виделись, а только чувствовали друг друга на кровати издали. Я твердо теперь уверенна, что он игнорирует меня и не желает со мной общаться. Так как я писала смс на днях, что приготовить на ужин? В ответ пришло: «Что пожелаешь, у меня сегодня деловой ужин в ресторане». Вот и всё. Конец. Лежу и думаю, через несколько дней закончится мой отпуск, ведь я еще не уволилась, наверное, вернусь на работу, сниму заново квартиру. Такими мыслями я решила поделиться с Ольгой, приехав к ней домой, где сидя за чашкой кофе, всё высказала.

– Тебя конечно можно понять, но не пори горячку, ты даже не пыталась толком поговорить с ним! Напиши прямо, мол, нужно поговорить, жду. Или не ложись спать и жди его. Я бы поставила все точки над «и», так сказать.

– Я не понимаю почему, но с ним я не могу и слова сказать. Последнее время боюсь его…

– Чушь, все кричат, твой бывший муж, вспомни, как орал и материл тебя? А Станислав Николаевич не опустится до этого. Я вижу, он просто кричит, так привык, у него работа такая. Запиши всё на листик, что хочешь спросить и зачитай.

– А вдруг он закричит?

– Велика беда, послушай, так- то ты хоть будешь знать, что да как, уйти не будет хоть обидно. Что ты теряешь?

Мы еще сидели долго, я составляла на листике вопросы, а Оля рассказывала, как уже три вечера подряд сидела то в пиццерии, то в боулинг-клубе с Максимом. Я, конечно, очень удивлена, ведь ясно, что он бабник, но ей все - равно, лиж бы отвлечься от скандалов дома. Теперь понятно, откуда Максим знает столько обо мне, когда пишет мне вопросы в контакте. И про мой брак ужасный, и про работу любимую, а так же затворнический образ жизни. Видимо, он здорово напоил Ольгу и явно не дешевыми напитками. Но я не обижаюсь на нее, она никогда не сделает мне зло специально, да и говорила она правду. Дома, ближе к вечеру, дописала список вопросов, которые решила задать Станиславу Николаевичу:

Почему вы обвиняете меня в употреблении алкоголя, когда я не выпила не грамма?

За что вы кричите на счет синяка, обвиняя в измене, если я действительно потеряла сознание, наверное, из-за обезболивающих таблеток.

Почему вы стали жестоки, грубы, по отношению ко мне? Совсем не замечаете меня?

Вам всё равно, как я выгляжу? Вы не замечаете моих изменений, например, на деловом ужине?

Вы любите свою бывшую жену, поэтому игнорируете меня?

Уверенная, что дождусь и спрошу по этому списку, привела себя в порядок, одела юбочку, майку, распустив хвост, и пошла готовить простой ужин, хоть и поздний. Наверное, около восьми часов в дом вошла толпа людей: Игорь с какой-то высокой девушкой в обнимку, еще двое мужчин, Максим, Станислав Николаевич и четыре девушки, видно не из бедных, ухоженные и вызывающе одетые. Вся компания была в приподнятом настроении, Станислав Николаевич провел их быстро к бассейну. Где выдвинули стол, жаровню для барбекю, включили музыку, все полезли купаться. Я просто не понимала, как реагировать, меня будто не заметили, прошли и всё. Вошел Максим, когда я мешала картошку, пытаясь скрыть надвигавшиеся слезы.

– Привет, мамочка, ого, картофанчик? Сто лет не ел его. Что глаза на мокром месте?

– Привет, скоро будет готово, – не хочу с ним разговаривать, быть на стороже, что подколет, нет сил на это, да и настраивалась я совсем на другой вечер. Почему он не предупредил, почему не написал смс? Обидно….

– Эй-эй, я не люблю пересоленную картошку, а от слез, она явно не улучшит вкусовые качества. Садись, рассказывай, кто обидел?

Пришлось сесть за стол, вытереть слезы салфеткой, чтобы не потекла тушь.

– Кто это, Максим?

Видимо мой взгляд убавил в нем веселье, и тихо мне ответил:

– Это наши компаньоны, не все, две девушки – это для мужчин, одна Игоря, а две постарше – наши партнеры тоже. Мы сегодня доделали стройку, всё удачно, всё приняли и расплатились с нашей фирмой. Вот отметить решили, так сказать по простому, по-семейному.

– Спасибо, я дожарю, и уйду к себе, не буду мешать вам.

– Что ты, пошли к нам, сейчас пожарим мясо. Эй, не плачь. Я привык тебя видеть бойкой, а тут?

Зашел Станислав Николаевич, говоря:

– Макс, иди неси из бара всем напитки, кто что пожелает.

Подождав, когда из столовой выйдет Максим, Станислав Николаевич , стоя напротив меня, спросил:

– Что случилось? Откуда слезы?

Не знаю даже с чего начать, там веселье, музыка, смех, а он спрашивает – что ответить? У меня много причин на слезы, так просто и не скажешь.

– Опять двадцать пять, ты специально играешь в молчанку со мной? Так сказать, испытываешь мои нервы? Неужели трудно ответить?

– А вы будете слушать?

Да, я сказала ему, твердо и в глаза! Вот так! Вижу, что он поражен таким громким и смелым ответом, только подошедший Игорь вывел его из ступора, говоря:

– Добрый вечер, Наташенька! Пошли к нам, сейчас уже мясо нанизали, скоро будут вкусняшки. Дайте руки помыть от маринада.

Станислав Николаевич молча отошел, я сижу, молчу и смотрю в сторону, на руки, только не на него.

– И что мы такие кислые? А? Давайте, овощи доставайте и хлеб, выносите на улицу!- отдав приказания, Игорь ушел готовить мясо. Станислав Николаевич молча достал овощи, вымыл их, нарезал крупно, вышел отнести, а зайдя за хлебом, сказал: