Одиночество мага (Хранитель мечей, книга 3, том 1)
Шрифт:
Неведомая сила словно бы наполняла всё тело, словно откат превратился в широкий, ветром наполненный парус. Глефа порхала, летала, задевая напиравших со всех сторон инквизиторов вроде бы едва-едва, самым краем, однако тела в коричнево-сером так и валились одно на другое, и кровь била высоко вверх из рассечённых артерий...
...Они продержались совсем недолго. Кэр в своё время прошёл хорошую и жёсткую школу - то не
многое, что успел передать ему погибший отец. Серая Лига помогла отшлифовать мастерство. С момента возвращения воспоминаний правило одного дара потеряло власть над ним, не рождённым в Эвиале, но, наверное, только сегодня Кэр сражался в полную силу. Наверное, ещё никогда ему не доводилось так биться, даже в роковой эгестской схватке. Такое бывает - тебе удаётся неисполнимое, то, что, скорее всего, никогда не повторить. Отбитые стрелы в Дренданне могли бы показаться детской забавой в сравнении с нынешней схваткой. Наверное, это нашла себе выход ненависть, наверное, это сложились вместе скорбь и вина, обречённость и одиночество, наверное, в эти мгновения рядом с ним встали незримые друзья - и сквозь повисший в холодном воздухе парящий кровяной туман Фессу виделись три фигуры, изогнувшиеся, извернувшиеся в застывшие мгновения жестокой сечи - не могла же на самом деле его одна-единственная глефа, пусть даже и с двумя лезвиями, учинить такие разгром и опустошение?
Фигура в сером, забрызганном алыми каплями плаще порскнула у него из-под ног, бросилась наутёк, замолотила по воздуху руками, в которых уже не осталось оружия. Последний оставшийся в живых, и, наверное, ему можно было бы дать уйти, но тело словно обрело собственную волю, рука, довершая размах, пустила глефу следом, и окрашенное кармином лезвие вошло бегущему аккуратно в середину спины, швырнув вперёд и пригвоздив к дощатой стене портового склада, добавляя лишние алые полосы к густо покрывавшим дерево кровавым брызгам и разводам.
Кэр чётким, резким движением, словно завершая отточенную боевую форму, выдернул древко из павшего, и только тогда мир с грохотом обрушился на него.
Повсюду вокруг него лежали тела. Обхватив друг друга руками, словно испуганные дети, - и бессильно раскинув руки в стороны, словно обращаясь к своему Спасителю с последней безнадёжной молитвой. Сжимая эфесы и судорожно запустив сведённые агонией пальцы в стылую зимнюю грязь. Уставившись в небо и спрятав лица на груди воспринимающей земли. И было очень тихо. Не стонали раненые, не топали ноги убегавших, никто не выкрикивал команды, посылая в бой подкрепление, - те, кто умер, уже умерли, а кто умирал сейчас - умирал молча.
По лицу некроманта Неясыти прошла тень жутковатой ухмылки. "То, что нужно, и не надо даже творить никакого кошачьего гримуара. Сила - вот она, стоит только протянуть руку. Умирающие враги. Собрать даром уходящую в Серые Пределы мощь - и тогда мы ещё посмотрим, чья возьмет!.. Они пожалеют, что родились на свет, все, кто встал сегодня против меня!..
Достойная некроманта Неясыти мысль, не правда ли?" - словно сам себя спросил Фесс.
Безумие вновь подступило слишком близко. Амок, даже не боевой пыл берсерка, нечто большее, на самой грани разрушения не только себя, но и мира вокруг, на самой грани... грани...
На самой грани ухода.
"Неужели Салладорец был прав?.. Неужели мне уже не миновать этого пути?.." Плащ, тёмный плащ до самого горизонта - Фесс явственно ощутил колыхание тяжёлых складок за плечами, в глаза брызнуло мрачное багровое зарево, а под ногами дрогнула земля - покорные его слову, выстраивались для боя бессчётные мёртвые легионы, которым неважно, за что сражаться, во имя чего убивать и быть... нет, не убитыми, они уже умерли один раз - уничтоженными до последнего остатка.
Фесс захрипел, зарычал, рванулся - поздно, тёмный плащ взвился, окутывая его с головы до пят, стягивая, спелёнывая, превращая в куклу, самую настоящую куклу в руках Той, чьё подлинное имя не знал даже он, Чёрный волшебник.
Пронзительно-зелёные, цвета самой ранней листвы, глаза вдруг заслонили серое зимнее небо. Зелёные, а не карие, как у Рыси. Погибшей Рыси... погибшей? Нет! Он ведь не видел её тела... не принял её последнего вздоха...
Зелёные глаза, воздух звенит и вибрирует, словно эта молоденькая эльфийка тоже играет сейчас на железной флейте без дырочек.
Именно эта плавно поющая незримая флейта сказала некроманту - неважно уже, как его следовало называть в тот момент, - "возвращайся". Нет, не только сказала, этого бы просто не хватило, она властно взяла его за руку и повела назад. Не тащила, не волокла - скорее просто показала, где пролегает тропа.
Тёмный плащ бессильно соскользнул с плеч.
... Тела на земле. Кровь. Лужи крови, и портовые крысы, наглые, бесстрашные, сунувшие острые мордочки в алую влагу. И эльфийки, дрожащие от ужаса, бледные, без единой кровинки в лицах. И нарастающий топот со стороны пирсов - оттуда, не ведая о постигшей заслон святых братьев участи, торопились мекампские "волки", выставив перед строем начищенные сверкающие наконечники копий.
Теперь настал уже черёд эльфиек крикнуть ему: "Бежим!"
И они побежали. Над головами свистнули первые стрелы - лучники Инквизиции не даром ели свой хлеб. Но свой момент они уже упустили. Некромант и спасённые очутились в настоящем лабиринте каких-то припортовых сараев, сараюшек, более чем подозрительных бараков, где, без сомнения, располагались игорные притоны и незаконные бордели, уклонявшиеся от уплаты пятинного налога на греховные удовольствия.
Беглецы метнулись вправо, влево, вломились в какие-то двери, пробежали насквозь полутёмную трактирную залу, и за ними, словно задуваемые вырвавшимся из чёрных подземелий ветром, гасли одна за другой масляные лампы. Фесс выбил ногой слишком добротную для такой развалюхи створку (не иначе как собирались запираться от властей предержащих) и очутился на грязном, покрытом отбросами и нечистотами заднем дворе, проломился сквозь гнилой забор, свернул вправо, влево, снова вправо, пробежал через узкую щель между домами - и очутился на вполне мирной аграннской улице, где спешили по своим делам прохожие и где всем, похоже, было совершенно наплевать на странного молодого чародея в забрызганной кровью одежде. От Фесса старательно отворачивались, но никто не бросился вдогон с криками: "Вот он, вот, держите его!" Видно, у здешних обитателей (а дома вокруг не отличались ни богатством, ни чистотой - обычные городские трущобы) имелось своё мнение, когда надо взывать к городской страже, а когда нет.
Впрочем, у Фесса было о чём подумать и помимо мекампских стражников. В Агранне, само собой, жили чародеи, носившие посох ордосской Академии; и едва ли всё только что приключившееся в порту ускользнуло от их внимания. Лояльные Белому Совету волшебники должны сейчас дружно запахивать плащи, запирая за собой двери домов и лишний раз проверяя любимые боевые заклинания. Они не могут не чувствовать след его волшбы, пусть даже и не будучи в состоянии точно определить, где он сейчас. Наверняка они уже успели договориться между собой, кто перекрывает какие из крепостных ворот, кто прочёсывает какие улицы.
Не слишком ли он поспешил убраться с места рукопашной? Ему отчаянно нужна была Сила, откуда угодно, но Сила - не начинать же прямо сейчас охоту на бродячих кошек?
Фесс плохо знал Агранну, в памяти остались только почерпнутые ещё в Академии карты и планы; наверное, он бы таки заплутал, если бы не эльфийки. Они, по-видимому, уже успели оправиться от испуга и вполне уверенно повели некроманта сквозь лабиринт узких улочек, стараясь при этом, чтобы его окровавленные одежда и оружие не слишком бросались в глаза. На эльфиек, само собой, пялились - но, против всех ожиданий Фесса, никто из слонявшихся с неприкаянным видом дюжих молодцев, явно томимых скукой и отсутствием женского общества, под плащами у которых нашлось бы кое-кто посерьёзнее банальных дубинок или коротких воровских резаков, не сделал даже попытки приблизиться. Молодцам явно хватало одного, даже беглого взгляда на Фесса, чтобы тотчас потерять всякий интерес к более чем необычной для аграннских трущоб компании.
– Скорее, скорее, волшебник, - губы зеленоглазой эльфийки скользнули возле самого уха Фесса.– Скорее, надо выбраться отсюда, я чувствую, нас окружают...
"Эгест повторится?– мельком подумал некромант.– Нет уж, одного раза вполне достаточно. Некромантия - тонкое искусство, это всё-таки не дубина, которую хорошо крутить вокруг себя, не подпуская никого. Надо найти выход... как ускользнуть отсюда без большой драки".
Умом Фесс понимал, что, имей эта задача хоть сколько-нибудь удовлетворительное решение, он наверняка нашёл бы его ещё перед прорывом в Эгест. Но сознание всё равно противилось неизбежному. И ему всё ещё казалось, что им удастся выбраться из города без драки, когда ловушка под названием "Агранна" с лязгом захлопнулась.