Чтение онлайн

— Да-да, конечно, я понимаю. Я и не планировал вопросов такого рода — у нас всё же не отчётно-выборное собрание. Подозреваю, вы и сами знаете, с чего я намерен начать.

— Думаю, да. Намерен ли я идти на переизбрание?

— Именно. Я понимаю, вы уже много раз давали свой ответ — в том ключе, что решение ещё не принято. Я не собираюсь выяснять, когда оно будет принято, и каким оно будет. Я хочу понять, какие аргументы за и против вы взвешиваете.

— Только и всего?

— Да, для начала.

— У вас завидный информационный аппетит.

— Да, не жалуюсь. Раз уж мы оба начинаем новую жизнь, почему бы не поговорить по душам? Кстати, я ещё спрошу об обстоятельствах вашего судьбоносного решения начать сначала. Они, случайно, не имеют какого-либо отношения к вопросу выборов?

— Не всё сразу. Вы интересовались моими мотивами, так я готов их обсудить.

— Замечательно. Я только «за».

— Сразу хочу провести чёткую границу: решение ещё не принято. Мы говорим исключительно о ходе моих размышлений.

— Безусловно.

— Хорошо. Мой основной ориентир в политическом планировании, как вы понимаете, Сергей Александрович Покровский. Пойдёт он на президентские выборы или нет — главный вопрос. Я располагаю некоторой информацией по данной тематике из первоисточника, но не могу поделиться ею с вами — это не моя тайна. Вы меня понимаете?

— Конечно, — насторожился Самсонов. — Вы хотите сказать, он уже принял решение?

— Без комментариев. Мы же договорились.

— Хорошо, договорились, — заспешил интервьюер. — Возвращаемся к сути. Вы заговорили о Покровском.

— Да, заговорил. Итак, главный вопрос — действующий премьер-министр. Если он решает идти на третий президентский срок, мне придётся вступить с ним в открытое противостояние. Единая Россия, вне всякого сомнения, поддержит его, и мне придётся искать другую политическую базу. А я, уверяю вас, пока даже не приступал к обдумыванию возможных вариантов. Тем не менее, полагаю, до президентских выборов времени ещё достаточно.

— Но думские выборы всего через три месяца, — осторожно уточнил Самсонов.

— Да, бесспорно. Интересуетесь моими планами?

— Интересуюсь.

— Я ещё не принял окончательного решения. Как вы понимаете, избрание депутатом моей целью уж точно не является. Поддержка какой-либо из существующих партий на парламентских выборах мне просто запрещена по закону. Однако, моей задачей как гаранта Конституции остаётся обеспечение правомерности всего избирательного процесса вне связи с моими собственными политическими пристрастиями. Смею вас уверить, со своей стороны я приложу все усилия для успешного исполнения всех моих полномочий без изъятия и без расчётов на будущие ответные услуги.

— Хорошо, давайте вернёмся к президентским выборам. Я правильно понимаю — вы не исключаете в принципе возможности вашего участия в них одновременно с Покровским?

— Да, правильно. Собственно, мы оба не раз говорили об этом.

— Замечательно. В случае вашего противостояния на президентских выборах, как вы расцениваете ваши шансы на успех? В чём, по-вашему, ваши сильные стороны, а в чём — Покровского?

— Подсчитывать шансы сейчас не имеет смысла.

— Тем не менее. Вам же известны социологические исследования о степени влияния политических фигур — Покровский получает в них очень хорошие результаты.

— Мне известны всевозможные оценки, и я не могу пожаловаться на пренебрежение общества к моей скромной особе. Сергей Александрович, безусловно, очень сильный политический соперник. На его стороне итоги двух первых президентских сроков — большинство избирателей оценивает их положительно. Мне пришлось тяжелее — если помните, нефтяные цены рухнули всего через несколько месяцев после выборов, и все последующие финансово-экономические трудности люди связывают со мной.

— Да, хотя не вы построили экономику, привязанную к цене на углеводороды.

— Уж точно не я один её построил, хотя полностью снять с себя ответственность я не могу, поскольку в должности премьер-министра не сделал всего возможного для ослабления упомянутой вами зависимости. Если уж начинать с самого начала, то корни российской зависимости от нефтегазового валютного экспорта уходят ещё в советские времена, а именно — в правление Брежнева. После нефтяного эмбарго ОПЕК в 1973 году Советский Союз буквально вышел на мировую арену в качестве штрейкбрехера, выливая на международный рынок столько нефти, сколько мог физически обеспечить. Затем ещё протянули газовую трубу в Европу и окончательно забыли о развитии собственного наукоёмкого промышленного производства. Но мои рассуждения не имеют никакого смысла, поскольку не освобождают меня от ответственности за изменение ситуации. Однако, экономические реформы — вопрос сложный и долгий, я не стану прямо здесь и сейчас перечислять все возможные меры. Скажу одно — новая экономика должна строиться в основном на частной инициативе отдельных людей и преимущественно частных деньгах. Мои слова не означают полного отказа государства от участия в экономике, но оно должно сосредоточиться на инфраструктуре, а не на строительстве и модернизации промышленных предприятий. Инвесторы по определению не могут не нести финансовой ответственности за отдачу от поддержанных ими проектов, и основная задача государственной власти — создать правовую, а главное — правоприменительную атмосферу, способствующую повышению экономической эффективности, а не затрудняющую её.

— Хорошо, вернёмся к будущим выборам. Как вы полагаете, возникнут ли трудности при поиске политической партии, согласной поддержать вас?

— Мы же помним — ни я, ни Покровский, ещё не объявили о намерении идти на выборы?

— Да, помним. Хорошо, если вы решите идти на выборы, ожидаете ли вы трудности при строительстве собственного политического союза?

— Думаю, нет.

— Вы уверены?

— Разумеется. Какие трудности вы имеете в виду?

— Препятствия организационного характера со стороны людей Покровского.

— Кто такие люди Покровского?

— Должностные лица на разных уровнях, поддерживающие политику Покровского и желающие его возвращения в Кремль. Они ведь существуют?

— Бесспорно.

— Вы бы не стали ждать от них ударов в спину?

— Я бы не стал ждать от них активной поддержки моей кандидатуры, и они имели бы полное право мне не содействовать. Но они обязаны соблюдать законы Российской Федерации, и в первую очередь — Конституцию. Препятствование же одному из кандидатов вести предвыборную кампанию есть уголовное преступление. Вы думаете, действующий президент России не способен обеспечить соблюдение своих гражданских прав?

— Подозреваю, способен. На сам факт ведения такой борьбы мог бы ослабить ваши позиции.

— Я бы не стал забегать вперёд. Наши взаимные предположения слишком удалились в неопределённое будущее. Могу заявить вам прямо сейчас и совершенно официально: в воскресенье вечером я официально объявлю о принятом решении. Сейчас его нет, и не стоит гадать на кофейной гуще. Мыслей, планов и гипотез слишком много, основывать на них выводы — преждевременно. В Горках-9 состоится рабочее совещание, по итогам которого я и выступлю с заявлением. Повторяю, каким оно будет — сейчас я даже не способен предположить, слишком много привнесённых обстоятельств.