Чтение онлайн

— Конечно, придёт, — согласилась с ним Елена Николаевна и придержала за локоть, проходя мимо — словно незаметно пожала руку втайне от всех остальных.

В дверях она остановилась и обернулась:

— Ладно, мальчики, попрощаемся с вами здесь.

— Нет, почему? Мы вас проводим до машины, — удивился Саранцев.

— Не надо, Игорь. Там уйма народу, охрана, может, ещё и журналисты пришли по следу от школы. Лучше здесь, где все свои. Спасибо вам за сегодняшний день и проявленную заботу, и до встречи.

— До свидания, Елена Николаевна, — почти беспомощно сказал Игорь Петрович и даже оглянулся, словно ждал удара из-за спины.

— До свидания, — повторил за ним Конопляник и уверенно посмотрел вперёд, где за прикрытой дверью пряталось будущее.

— Анечка, не молчи, — строго молвила Елена Николаевна. — Возьми себя в руки, наконец.

— Счастливо, — выдавила та после неприятной паузы и ни на кого не глядя.

— Пока, — буркнул президент, а Мишка только взмахнул рукой и картинно улыбнулся — наверное, хотел разрядить напряжённость.

Корсунская открыла дверь, и женщины канули в полутёмный коридор, где мелькнула чья-то призрачная тень. Некоторое время брошенные одноклассники стояли посреди кабинета и собирались распрощаться друг с другом, но в дверном проёме возник новый женский силуэт: Юля Кореанно вошла с неясным оттенком противоречивых чувств на лице и остановилась, бросив насторожённый взгляд на Конопляника.

Тот сделал шаг в сторону от президента и огляделся, потом молча посмотрел в ухо Саранцеву и перевёл взгляд на Юлю.

— Вы ещё не закончили? — спросила та у шефа.

— Да вроде бы, — сухо ответил Игорь Петрович и посмотрел на Мишку.

Одноклассник молчал под обращёнными к нему взглядами, потом решился:

— Ну ладно, счастливо.

— Пока.

— Всего хорошего, — добавила от себя Кореанно.

Конопляник посмотрел на неё, согласно кивнул и вышел из кабинета, глядя себе под ноги.

— Я думала, вы проводите Елену Николаевну, — напряжённо проговорила Юля — она не хотела делать замечание президенту, но хотела указать ему на ошибку.

— Я тоже думал. Но она решила иначе — не захотела учинять фурор среди своих соседей.

— Жаль, — продолжила укоризненную речь специалист по связям с общественностью.

— Не уверен. Мне самому очень хотелось поскорее закруглить всё представление.

Не дождавшись реплики от собеседницы, Саранцев продолжил:

— Встречи с прошлым не всегда радуют, Юлия Николаевна. Иногда даже расстраивают.

— Тогда есть ещё одно предложение, Игорь Петрович.

— Какие ещё предложения? Домой пора. И башка трещит.

— Завершающий штрих, так сказать.

— Много времени займёт?

— Как вы решите. Ребята задержали журналиста — притворялся официантом.

— Давно задержали?

— Очень удачно — минут пятнадцать назад.

— Почему же удачно?

— Его уже успели проверить — он действительно журналист. Не из пула. И оружия при нём, разумеется нет. В общем, вы можете сейчас подойти туда и сказать ему пару слов.

— Наручники ему не надевали, надеюсь?

— Нет, зачем же. Но человек всё же проявил старание и фантазию — заслуживает награду. Вишенка на торте ради эффектного завершения операции.

— Операции?

— Да, операции. Игорь Петрович, я просто исполняю свои служебные обязанности. Возможно, увлекаюсь иногда. Наверное, влезла в личные дела…

— Ничего страшного, Юля. Какие у меня могут быть личные дела? Они все остались в детстве и юности. Идёмте спасать вашего журналиста.

Президент и пресс-секретарь вышли из кабинета в коридор, прошли по нему метров десять и вошли в небольшую служебную каморку, заваленную всяким хламом. С потолка свисала на проводе голая слабосильная лампочка, под ней на стуле, закинув ногу на ногу, сидел лысоватый человек не первой молодости и далеко не спортивной комплекции в белой рубашке и чёрных брюках, а рядом стояли двое офицеров ФСО, помоложе и постройнее своего подопечного, но тоже в белых рубашках — только с галстуками. При виде новоприбывших злоумышленник, не изменившись в лице и даже, как показалось Саранцеву, чуть улыбнувшись, неторопливо встал. Ноги он чуть расставил, словно приготовился к морской качке, руки опустил по швам и смотрел на главу государства чуть набычившись, едва ли не исподлобья.

— Здравствуйте, — раздумчиво сказал Игорь Петрович.

— Здравствуйте, — ответил журналист и продлил своё безбрежное молчание.

— Хотите взять у меня интервью?

— Есть такой план.

— Всё ещё есть? Вы от него не отказались?

— С какой стати? Я всё ближе к цели.

— Почему вы так думаете?

— Мы ведь уже разговариваем.

Саранцев замолчал, внимательно разглядывая нахала. Давать ему интервью не хотелось, но Юля права — раз уж затеял всю эту мешанину, можно и вишенкой её увенчать. Пусть задаст свои вопросы, получит ответы, произведёт сенсацию — эксклюзивное интервью президента в местной прессе никогда раньше не появлялось.

— Какое издание вы представляете?

Журналист произнёс неизвестное название.

— Как вас зовут?

— Самсонов Николай Игоревич.

— Очень приятно. Саранцев Игорь Петрович.

— Да, конечно. Я в курсе.

— Так что же, Николай Игоревич, хотите опубликовать это интервью в своей газете?

— Редакция мне такого задания не давала, так что я ещё подумаю.

— Хотите прославиться?

— Не без этого. Но главное в другом.

— Горите желанием рассказать человечеству всю правду обо мне?

— Хочу потрясти общественное сознание.

— Серьёзно?

— Вне всяких сомнений.

— Подобного рода желания обычно терзают, извините, романтично настроенных мальчиков. Вы не производите подобного впечатления.

— Я знаю. И тем не менее. Я, видите ли, не так давно начал новую жизнь, и мне в действительности ещё совсем немного лет.

Саранцев, помолчал, потом развёл руками:

— Ладно, так и быть. Пойдёмте в кабинет, что ли. Не здесь же нам работать.

Они прошли в кабинет, где президент провёл уже слишком много времени, и где персонал ресторана успел навести порядок. В коридоре по-прежнему никого не встретили. Сели на соседние стулья за столом с белоснежной скатертью, журналист извлёк из кармана мобильный телефон, включил режим диктофона и вопросительно посмотрел на собеседника:

— Вы позволите, Игорь Петрович?

— Разумеется. Возможно, я прямо сейчас, на ваших глазах, тоже начинаю новую жизнь. Вот и поговорим как двое несовершеннолетних, откровенно и наивно. Если хотите, я даже дам указание пресс-службе не редактировать окончательный текст. Но запись нам всё же скопируйте.

— Самой собой, — заметно оживился Самсонов и уселся поудобнее, словно готовился провести на занятом им стуле долгие часы. — Итак, Игорь Петрович, приступим?

— Да, пожалуйста, я готов. Только, хоть мы и договорились считать себя подростками, вы же понимаете — я не смогу ответить без подготовки на любой из ваших вопросов. Иногда требуется знание конкретных цифр и фактов, а я не собираюсь делать вид, будто все их знаю наизусть.