Чтение онлайн

— Добрый ты у меня, — хмыкнула Джин.

— И вообще, «Если женщина любит своего мужчину, она должна уважать его жену!»

— А она и уважает, — неожиданно сказала Джинджер, но тут же спохватилась и прикрыла рот рукой. Поздно, я все слышал!..

— Причем уважает так сильно, что иногда ночует у нас?

Уши Джин полыхнули двумя красными флагами, но взгляд она не отвела:

— Ну да… Когда ты улетал… надолго… Эвелин ночевала… — Я смотрел ей в глаза, и она тут же поправилась: — ночует у нас. Мы когда-то решили, что будем тебя ждать вдвоем. Откуда ты узнал?..

— Как-то нашел на подушке длинный темный волос. Твои гораздо светлее, и вроде бы я раньше не замечал за тобой особенной любви к мужчинам с подобными прическами, как у рок-музыкантов. — В сердце будто кольнуло, но очень странно — боль была не моя, непонятно-чужая. Привет из прошлого жены? Эх, вот и взгляд она отвела, смотрит куда-то в стену… Срочно исправляемся!

Я подошел к ней, опустился на колени и взял ее руки в свои.

— Видишь, как у нас все непросто… Извини, пожалуйста. Я знаю, что нужен тебе, а ты нужна мне. И еще мы зачем-то нужны Эвелин.

— Ей хорошо рядом с нами. Есть к кому прийти…

— Скорее бы ее замуж выдать, — вздохнул я. — Пусть муж с ней дальше мучается…

— Ой, ну ты такой прямо весь замученный!.. — засмеялась Джинджер. — Еще скажи, что она как официальная любовница тебя не устраивает.

— Мне приходится заботиться еще и о ней. Сама знаешь, «Мы в ответе за тех, кого притащили!»

— В оригинале фраза немного другая, но я тебя поняла… Ты тут уже начал готовить, или как?

— Только продукты достал, а что?

— Они могут полежать на столе еще немного. — Джинджер поднялась из-за стола и покрепче сжала мои руки. — Хочу проверить, наврали в твоей мистической книжке, или нет. — Увидев, что я улыбаюсь, она добавила строгим голосом:

— А окно открывать не будем, перебьются!

******

…Через три часа Джинджер сидела перед зеркалом и красилась заново (сами понимаете, по какой причине…), а я валялся на кровати. Посмотрев на меня через зеркало, она развернулась и спросила:

— Чему ты так улыбаешься?

— Да так, вспомнил одну глупую шутку…

— Рассказывай!

— «Сначала ты говорила, что в постели для нас запретов нет. А потом началось — «С пельменями нельзя!..» «Куда ты арбуз тащишь!..»

Джин расхохоталась так, что уронила помаду на столик.

— Нет, милый, давай как-нибудь обойдемся без пельменей и арбузов!

Я смотрел на нее, и мне вдруг показалось, что она вся окутана мягким желтовато-зеленым сиянием. Зажмурился, встряхнул головой, открыл глаза — видение пропало…

— Что ты там мотаешь головой?

— Пытаюсь вспомнить, что собирался готовить… — Не говорить же ей, что опять словил странный «глюк».

— Можешь готовить что угодно! Сегодня я согласна на все! — И Джинджер снова рассмеялась.

Я поднялся и отправился сначала в душ, потом на кухню. Что за сияние такое померещилось?.. Наверное, на солнце перегрелся сегодня, вот и чудится что попало.

Глава 10

Когда Джинджер наконец поехала за Уильямом, приготовление ужина было в самом разгаре. В том смысле, что дым на кухне стоял коромыслом, это без всякого преувеличения. Некоторые местные овощи в исходном, так сказать, виде довольно жестковаты, вот и приходится их слегка шокировать высокой температурой на сковородке или в казане. (Недавно мне все-таки удалось найти подходящий, тут все в основном пользуются обычными кастрюлями и сковородками.)

Примерно через полчаса, загрузив все нужное в казан, я присел за стол и налил в высокий стакан сока из бутылки. Жарковато сегодня, а на кухне — тем более.

За домом послышался звук автомобильного мотора. Кто это? У «Гелендвагена» он другой… А, понятно!..

— Привет! — поздоровался я с вошедшей Эвелин. — Только прилетели, еще домой не заезжала? — Девушка была одета в свою «летную форму» — светлая рубашка с короткими рукавами и темные брюки.

Эвелин не ответила, молча подошла ко мне (хорошо, что успел встать!..), крепко поцеловала в губы и буквально повисла на шее, уткнувшись носом куда-то за мое ухо. К тому же одной ногой обвила мои, будто шест. Да что это с ней?..

Пришлось сделать осторожный шаг назад и опуститься на табуретку. Та жалобно скрипнула, но выдержала наш общий немаленький вес. (Хорошо, что мебель здесь не из ДСП делают!..)

Эвелин не ослабила хватку, а обхватила меня, как говорится, «всеми четырьмя лапами».

— Милая, что-то случилось?

— Не-а… — промычала она. — Но могло…

— Страшное?

— Скорее противное и неприятное… — Объятия она так и не ослабила, прижимаясь все сильнее и сильнее. Ну вот что теперь делать? Клин клином?..

Ладно, придется изобразить наглого самца. Правой рукой я погладил ее сначала между лопаток, потом скользнул ниже, еще ниже… Поясница… Так, рубашка закончилась… Поясок штанов… Пальцы ныряют под него… Кружева?… Скользим под них… Вот и кожа… Странно, почему такая холодная, на улице жарковато, да и здесь на кухне совсем не холодно?.. А если чуть-чуть погладить?

Эвелин вздохнула и заметно расслабилась. Полегчало? Я было шевельнулся, чтобы перестать безобразничать, но девушка тут же отреагировала:

— Верни руку на место!..

Пришлось подчиниться. Но сейчас меня уже не пытались задушить в объятиях, мы просто сидели вдвоем на одном табурете. А что именно в такой позе — ну, с кем не бывает!..

— Я думал, ты рассердишься.

— Ты несколько раз спасал меня, помогал и ничего не требовал взамен. Благодаря тебе я теперь занимаюсь настоящим делом… Так что можешь гладить мою задницу, сколько захочешь. Ну… и все остальное… тоже… — Заключительные слова она буквально промурлыкала мне на ухо.

— Эва… Ты что, забыла, сколько мне лет?.. А если сейчас Джинджер сюда войдет? Как она умеет стрелять, ты и сама знаешь.

— Я тебя варить не собираюсь, так что возраст не важен. И мы здесь с тобой просто сидим, ничего не делаем. Кстати, у тебя там на плите ничего не убежит?

— Нет, еще с полчаса кипеть должно на малом огне.

— Вот и хорошо, значит, я могу так посидеть еще немного… — Сейчас она напомнила мне кошку, удобно пристроившуюся на коленях у хозяина. Лишь бы когти не выпускала…