Чтение онлайн

Безликие духи двинулись в сторону бывшей графини. Видя, что против них она бессильна, девушка рванула на себя дверцу клетки. Она не знала, была ли это ее магия или простая физическая сила, но замок поддался, и птица оказалась на свободе.

– Лети отсюда! Спасайся! – прокричала она.

Гриффидд взмахнул черными крыльями, взмыл к потолку и, раскатисто каркнув, беспрепятственно вылетел наружу. Эви вздохнула с облегчением: – «Хоть кому-то удалось вырваться на свободу», – подумала она.

Когда безмолвные стражи Рафаила окружили ее с двух сторон, девушка не стала сопротивляться, это было бессмысленно. Она позволила себя схватить и увести в глубь подземелья.

Крепко держа под руки, Эвелин подвели к пыточной комнате и втолкнули внутрь. В этот момент Ноа стоял к ним спиной и начищал свой меч-одати. Обернувшись, он увидел перед собой ангела, о котором грезил ночами. Девушка стояла здесь перед ним, в этой грязной мрачной каморке, словно воплощенная мечта, но демон не знал: радоваться или паниковать? Она была в сопровождении Старшего архангела и его слуг, а это не сулило ничего хорошего.

От неожиданности он выронил из рук оружие, и оно со звоном ударилось о каменный пол.

Палач изо всех сил пытался сдержать свои эмоции, и потому лишь вопросительно вздернул кверху одну бровь. Надо отдать должное, кроме этого ни о дин мускул не дрогнул на его лице.

– Посади эту преступницу на цепь и не спускай с нее глаз! – приказал Рафаил. – Никому не позволяй с ней разговаривать. Даже архангелу! – уточнил он, по-видимому, имея ввиду Алонсо.

– Какая же она преступница? Это же ангел! – не выдержал Ноа. – Что такого она могла натворить? Разве что, разбить ритуальную чашу в Храме? – усмехнулся он.

– С каких пор ты начал задавать вопросы? – недовольно проворчал пернатый. – Взгляни на нее и вспомни первую заповедь, которой я тебя научил.

– «За красивой оболочкой всегда скрывается тьма!» – процитировал каратель, и Рафаил удовлетворенно кивнул головой.

Он грубо схватил Эвелин за плечо и подтолкнул к Ноа.

– Можешь делать с ней все, что захочешь – девчонка полностью твоя. Только пока не убивай. Она еще нужна мне живой. Не вздумай переусердствовать с ней, как с тем бесом!

Отдав распоряжения, Старший архангел взмахнул крыльями и растворился в пространстве, обдав присутствующих потоком воздуха. Следом за ним, словно мыльные пузыри «схлопнулись» духи, оставив после себя лишь четыре черных языка погасшего пламени.

Дождавшись, когда сквозняк развеет остатки магического тумана, Ноа посмотрел на Эвелин. Девушка вздрогнула под пронзительным взглядом, но тут же гордо вздернула носик и одарила его своим презрением. Ноа снисходительно хмыкнул. Он не мог скрыть радости от осознания, что эта задиристая девчонка находится теперь в его власти.

– Интересно, чем же моя милая госпожа умудрилась прогневать Рафаила? – поинтересовался палач, делая шаг к своей пленнице.

– Тебя это не касается, демон! Ты все равно не поймешь! – бросила она ему в лицо, резко отскочила в сторону и, развернувшись, вдруг припустила вдоль коридора. Глупо, конечно, было полагать, что сможет удрать из темницы, но попробовать стоило.

Ноа рассмеялся и рыкнул от удовольствия. Охота возбуждала его, оголяя инстинкты. Какое-то время он наблюдал, как мелькают босые ножки его жертвы, намеренно даря надежду на спасение. Затем, применив мгновенное перемещение, оказался впереди, и она, не успев среагировать, со всей скорости ударилась в его грудь. Подхватив девушку, словно пушинку, палач закинул ее на плечо и, не торопясь, понес обратно в камеру. Бывшая графиня кричала, брыкалась и колотила кулачками по его крепкой мускулистой спине, тем самым только еще больше раззадоривая демона.

Он занес ее в пыточную, поставил у стены и, повинуясь приказу Рафаила, ловко сковал цепями. Сердце защемило в груди, когда грубые железные «манжеты» защелкнулись на тонких девичьих запястьях. Однако, это не помешало Ноа порадоваться маленькой победе. Эвелин дернулась несколько раз в его сторону, пытаясь расцарапать ногтями довольное лицо, но он ловко увернулся.

– Ненавижу тебя! Гад! Каратель! Палач! – продолжала она выкрикивать ругательства, какие только смогла вспомнить. – Ты – предатель! Безвольный раб! Приспешник Рафаила!

Ноа на это лишь снова рассмеялся. Скажи ему эти слова кто-нибудь другой, демон определенно бы взбесился, и последствия оказались бы плачевными. Для всех, но только не для Эвелин.

– Ты такая милая, – проговорил он. – Ты даже злишься очаровательно.

В присутствии Эви настроение резко улучшилось, жизнь заиграла яркими красками, хотя каратель, как мог, пытался это скрыть. Он подошел к оброненному мечу, поднял с пола и, поиграл им, красуясь перед пленницей. Эвелин перестала биться в тяжелых цепях, завороженно переводя взгляд со сверкающего магическими всполохами оружия на перекатывающиеся под бронзовой кожей мышцы сильных рук палача. Это было красиво и страшно одновременно. Она запомнила слова Рафаила, когда он приказал ему не убивать, вот только причинять боль приказа не было.

Чего душой кривить, в данный момент она боялась Ноа, хотя тот, казалось, полностью потерял к ней интерес и, как ни в чем не бывало, занимался обыденными делами. Взяв точильный камень, он принялся водить им вдоль острого лезвия, создавая при этом жуткий скрежет, от которого стыла кровь. Палач казался увлеченным этим действием и лишь время от времени поглядывал на пленницу. Она, прислонившись к шершавой холодной стене, затихла, пытаясь сообразить, что делать дальше. Надо было как-то выбираться из темницы.

Немного поразмыслив, Эвелин решила сменить тактику.

– Ноа… – позвала она робким голоском. Палач поднял на нее удивленный взгляд. – Сними с меня цепи, я больше не убегу, обещаю!

– Не верю, – помотал головой демон, пряча улыбку в уголках своих губ, но Эви не теряла надежду.

– Ноа… – снова жалобно протянула она, – мне больно. Кандалы натерли мою нежную кожу. Сам посмотри, если не веришь… – сделав несчастное лицо, графиня протянула к нему свои худенькие ручки.

Спрятав наточенный меч в ножны, палач отложил его в сторону и, не спеша, подошел к пленнице. Она еще ближе потянулась к нему и одарила грустной улыбкой, вложив в нее все свое женское обаяние. А когда поняла, что демон тонет в омуте ее голубых глаз, вспомнила уроки Ариэля и усилила свое влияние легким флером, совсем чуть-чуть, чтобы не переборщить.

Но и это оказалось лишним, Ноа без того был давно ей очарован. Он подался вперед, оперся рукой о стену и грозной тучей навис над ее хрупкой маленькой фигуркой. Зрачки Эвелин расширились, во рту вмиг пересохло. Она опустила взгляд на его губы и непроизвольно облизала свои. Глаза демона стали чернее черного. Он наклонился еще ниже, почти касаясь носом ее разгоряченной кожи, и втянул дурманящий голову аромат. Захотелось сгрести красавицу в охапку и зацеловать каждый кусочек открытого тела, покрыть губами каждый ноготок, каждый пальчик. Руки, плечи, лицо, все манило, притягивая к себе его внимание, все больше распаляя в душе огонь страсти. Какие-то чувства передались и Эви, потому что ее взгляд вдруг стал томным и полным желания. Щеки вспыхнули, и она возненавидела себя за это.