Чтение онлайн

— Ты действительно хорошо себя чувствуешь, Алисон? Я не могу оставить тебя одну в… таком состоянии, — последние слова Виолетта произнесла почти шепотом.

… quod per sortem sternit fortem…

— Какая вы добрая, Виолетта! — сказала Алисон притворно-ласковым голосом, а затем — уже совсем другим тоном — добавила: — Не беспокойтесь обо мне. Я себя чувствую очень хорошо — именно так, как мне хочется себя чувствовать.

…тесит omnes plangite.

Больше ничего не говоря, Алисон нажала на кнопку «отбой». Услышав в телефонной трубке гудки, Виолетта с удивлением посмотрела на нее, недоумевая по поводу странного разговора, который только что состоялся между ней и ее занудной невесткой.

Сэм ехал на автомобиле с большой скоростью, уставившись на дорогу и крепко сжимая руль. Ему только что позвонил Сесл, и то, что он сказал, подтвердило недавно возникшие у Сэма подозрения. Сегодня утром был представлен второй проект по переоборудованию «Виллоу-Хауса» — проект, охватывающий не только дом, но и прилегающую к нему землю. Почти ничего конкретного Сеслу выяснить не удалось, однако речь шла о шикарном гостевом доме категории «Ночлег и завтрак», обеспечивающем клиентам покой, тишину, чистый воздух и чудесные пейзажи, а также возможность переночевать в красивом доме XVII века — полностью отреставрированном и украшенном в традиционном английском стиле. Сесл связался с архитектурной студией через одного из своих приятелей, когда-то проходившего там практику: эта студия получила заказ от закрытого акционерного общества «Отдых на природе». Заглянув в реестр компаний, Сэм выяснил, что это акционерное общество было создано Салливаном, Кроуфордом и Лонингемом. Теперь все стало понятно. Они, эти трое, всего лишь использовали в своих целях и Сэма, и архитектурную студию, в которой работал Сесл. Сэма — чтобы прибрать к рукам дом и землю, архитектурную студию — чтобы она послужила им ширмой до того момента, когда они добьются поставленных целей.

А тут еще Алисон предъявила ему иск о расторжении брака и разделе имущества в тот самый день, когда мир вокруг него начал рушиться. Вспомнив о жене, Сэм подумал, что она далеко не самое главное, что должно беспокоить его в данный момент. О детях он, конечно же, беспокоился, однако ему было понятно, что если суду будут представлены компрометирующие его фотографии — что, скорее всего, и будет сделано, — судья вынесет решение отнюдь не в его пользу. Вот ведь истеричная ведьма! Сэм сильнее надавил на педаль газа, заставляя пейзаж еще быстрее мелькать за окнами его БМВ.

Приходилось признать, что он совершил большую ошибку и тем самым чуть не оставил себя ни с чем. Если Алисон будет настаивать на иске, у него отнимут даже дом. Подумав о своем дорогостоящем автомобиле, Сэм еще сильнее вцепился в руль. Алисон не сможет так поступить… Хотя нет, сможет. Еще как сможет! Черт бы ее побрал!

Впрочем, он еще мог попытаться кое-что предпринять. Для этого ему придется поговорить с дядей. А еще лучше — и с матерью. Они уладят все сегодня же вечером. Одно дело — допустить ошибку, и совсем другое — вообще пойти ко дну. Он ко дну не пойдет. У него хватит силы воли начать все сначала. Кроме того, Сэму даже нравилась мысль о том, что он начнет все с нуля, потому что в ней чувствовался вызов, который он с удовольствием примет. Он начнет все сначала в каком-нибудь маленьком городке неподалеку от Лондона… Да-да, ему нравилась мысль о том, что он… что он будет сам себе хозяин и ему больше не придется на кого-то горбатиться. Сэму хотелось выяснить, на что он окажется способен, если будет работать в одиночку, хотелось выработать собственный адвокатский стиль, однако для этого сначала придется вернуть хотя бы часть средств, вложенных в затеянную им авантюру с «Виллоу-Хаусом». Без денег у него ничего не получится.

Выехав на нужное ему шоссе, Сэм снизил скорость: шоссе было узким и очень извилистым. Уже стемнело, и он не мог видеть далеко. На небе красовалась луна — почти полная, бело-желтая, удивительно яркая на фоне синевато-черного бархатного неба. Казалось, ее кто-то взял да и прицепил прямо посреди неба, добравшись туда по длинной-предлинной лестнице. Лунный свет вырывал из темноты контуры растущих вдоль шоссе деревьев. Скоро Сэм приедет в «Роуз-Гарден», хотя он и не очень хорошо себе представлял, где именно в Кентербери находится сказочный домик его чудаковатой тети. Ему, возможно, придется расспросить прохожих, но он был уверен, что в Кентербери все знают, где живет Шарлотта О’Брейди. Она, наверное, даже пользуется там большой популярностью.

Полчаса спустя Сэм уже шел твердым шагом по покрытой гравием дорожке, ведущей к дому тети Шарлотты. Ничуточки не колеблясь, он надавил на звонок. Вскоре послышались чьи-то приближающиеся шаги, дверь отворилась, Сэма ослепил яркий свет, и из дома на него пахнуло приятным теплом. А еще до него донесся чудесный запах какого-то — видимо, очень вкусного — блюда. Сэму вдруг нестерпимо захотелось есть.

— Мама!.. У вас там еще осталось хоть немножко того, что так вкусно пахнет?

Виолетта и Арчибальд внимательно выслушали рассказ Сэма. Слова, прозвучавшие из его уст, окончательно подтвердили их подозрения. Сэм раскаивался в том, что совершил, но при этом отнюдь не чувствовал себя подавленным. Будучи по своей природе человеком расчетливым и расторопным, он уже дистанцировался от всего того, что произошло, и теперь размышлял над тем, что в подобной ситуации можно сделать. У него не было времени на слезы и сетования. Сэм изложил факты в хронологическом порядке, коротко и ясно. Он говорил без эмоций — как будто все происшедшее касалось не его лично, а какого-то очередного клиента. Усевшись в кресло и положив руки на подлокотники, он — с ослабленным узлом галстука и со слегка взъерошенной шевелюрой — вел себя раскованно, а его мозг работал с лихорадочной быстротой.

— Я подумал, что ты будешь представлять мои интересы, если дело дойдет до суда.

Эти слова были адресованы Арчибальду, который слушал Сэма внимательно и с абсолютно бесстрастным лицом.

— До суда дело, скорее всего, не дойдет, но я в случае чего согласен представлять твои интересы. А у тебя есть что им противопоставить?

Ну конечно, у Сэма было что им противопоставить: он мог обвинить Салливана, Кроуфорда и Лонингема в мошенничестве. А еще он был уверен в том, что архитектурная студия, в которой работает Сесл Эркшайн, — «Сансет проджектс» — предъявит им иск по поводу нарушения договорных обязательств. Так что Салливан, Кроуфорд и Лонингем наверняка согласятся вернуть дом его прежним хозяевам и получить уплаченные за него деньги обратно.

Одри молча сидела в кресле, и никто не обращал на нее внимания — как будто ее здесь не было. Ей казалось, что ею пренебрегают, однако сейчас был не самый подходящий момент для того, чтобы выражать недовольство. Лучше всего было просто смотреть и слушать.

Сэм поднялся с кресла и начал ходить взад-вперед по комнате, засунув руки в карманы и о чем-то задумавшись. Из раздумий его вывела Виолетта.

— Да, кстати, Сэм… — Она попыталась подыскать подходящие слова. — Я сегодня разговаривала по телефону с Алисон и…

— Алисон! — с усталым видом воскликнул Сэм, качая головой. — Я, похоже, почти забыл о самой последней из своих проблем. — Он впервые за весь вечер улыбнулся. — Она предъявила мне иск о расторжении брака и разделе имущества, — сказал он таким беспечным тоном, как будто сообщал матери, что его жена записалась в кружок рисования.

Эта новость, однако, никого особенно не удивила.

— Ага. Именно это она, наверное, и праздновала, сидя в ванне, — сказала Виолетта, чтобы хоть что-то сказать.

— Мне не хочется об этом разговаривать. — Сэм решительным жестом отмел реплику матери и, снова сев в кресло, взял со стоявшего рядом столика бокал с виски. — Мне сейчас необходима особая ясность мышления, и я не желаю забивать себе голову не очень важными мыслями. Если Алисон хочет со мной развестись, то я не возражаю. Мне ее обвинить практически не в чем.

— А чем ты теперь собираешься заниматься? И что будет с детьми?

Виолетту удивила беспечность, с которой ее сын относился к предстоящему разводу.