Чтение онлайн

– У вас что, только ты осталась? Почему больше никто на зов не является?

– А я твой зов на себя замкнула. Только я его теперь и слышу. Я умею.

Вот урод! Как разомкнуть? Не знаю… Придётся с ним общаться.

– Хорошо. У тебя заклинание есть?

– Нет.

– Достать сможешь?

– Нет. Маги мне его запросто так не отдадут. Нужно платить.

– Так ты ещё и не маг?

– Я воин.

– Ясно. Сколько это будет стоить?

– Сначала мне.

– Что тебе?

– Души.

Итиь тебя через копыто! Души ему подавай! А занозистой палкой по заду? Не хочешь?

– Сколько?

– Все!

– Не лопнешь?

– Не-а! Гы-гы.

– Ты не бог, что бы тебе жертвовать просто так!

– Что хочешшшшь?

Хм… кажется роли поменялись. Ладно. С бешенной собаки – хоть шерсти клок!

– Ты про "камни демонов" слышала?

– Ташы?

– Да. Давай, тащи!

– Двадцать душ.

– За что? За штуку, за сотню, за тысячу?

– За один.

– Слушай, тебе души нужны или нет?

Прилично я на него времени убил. Устал – как собака! Пентаграмму приходилось всё время поддерживать. Уртриш её пару раз проверил, на прочность. Незаметно (как он думает). Тоже мне, хитрец! А то я не знаю, чего ему нужно! Молодой. Моложе чем я. Силы хочет. Глуповат, самолюбив, торговаться не умеет. В итоге договорились: одна душа – две пары камней (похоже, там этих камней – как грязи!) Сначала торгуем, он набирает себе силу, а потом ищет заклинание… Не то что я хотел, но пока пусть будет так. Может, за это время, разберусь, как сделать так, что бы мой призыв кроме Уртриша слышал кто-то ещё. Монополия – не есть двигатель прогресса.

Отправив "компаньона" к себе, я, уставший, принялся уничтожать следы своей деятельности. Ликвидировав пентаграмму и заровняв землю внутри стен, я направился к лошади, привязанной за стеной. Внезапно в ментале, который я по-прежнему внимательно слушал, колыхнулся короткий всплеск боли и смерти.

Кто-то "дал дуба"… – понял я, – и недалеко. Неужели за мной следили? Что делать?

Я как влез в седло и на несколько секунд задумался, крепко сжимая поводья. Обдумав ситуацию, решил поехать, посмотреть, что там случилось. Если за мной следили, то скакать во весь опор, скрывая лицо – резону нет. Всё равно знают, кто это ускакал. Если же случившееся не относится к службе безопасности, то тогда лучше поехать, глянуть. Может можно будет избавиться от случайных свидетелей… Пихнув лошадь ногами в бока, я двинулся в сторону, примерно туда, откуда пришёл "всплеск". Неторопливо поднялся на вершину холма, огляделся. Никого! Крайне подозрительно! А если так? Я припомнил заклинание, которое я "вспомнил", читая книгу, данную для ознакомления Николасом. "Чувство смерти" называется. Где? Ага. Вон.

Я направил лошадь к невысоким кустам, растерявшим свои листья, но достаточно "густых", из-за большого количества плотно растущих веток. В его середине, спиною вверх, засунут труп мужчины. Именно засунут, поскольку руки прижаты к бокам, ноги вытянуты. Сложили и запихнули в просвет веток. Головы у трупа не было.

– Фигасе! – пробормотал я себе под нос, наклоняясь с лошади, что бы рассмотреть подробности, – башку отпилили! Любители мозгов, что ли? Кому она понадобилась? Внезапно мне на глаза попался кусок песчаной почвы, на месте содранного куска дёрна. На нем, немного смазанный, остроносый отпечаток женского сапога…

– -

– Дзинь – бряк… Дзинь – бряк…! Бряк…

Желтый металлический шарик на тонкой и длинной спице, отклонялся от вертикали и, стукнув по жёлтому колокольчику, возвращался в прежнее положение. Карие глаза юноши, в условно-белом балахоне (точнее в сером), сидящего за столом рядом с прибором и читавшем книгу, стали круглыми. С полминуты он водил глазами за шариком, слушая бряканье, затем до него "дошло".

– Аааа! А! Демоны! Демоны!

Он вскочил на ноги, собираясь куда-то бежать, но впопыхах запутался в мантии и с грохотом полетел на пол вместе с табуретом.

– Дем…! *?*%! (*:@* amp; amp;# их! Уууй… моё колено… ох… Проклятые демоны…

Где-то в Этории

– Ути-плюти-плюти! Ути-плюти-плюти! Ой, ты радость моя! И ты,тоже, радость моя! Какие вы у меня толстенькие! Ути, хомячки! Мама вас хорошо кормит?

Дина, улыбаясь, смотрела, как её тётя возится с малышами. Лицо Эстеллы было одухотворённое, радостное и даже складки на лице, придающие ему строгость и хмурость, казалось, разгладились. Эста была счастлива.

– Надолго? – спросила Дина.

– Завтра назад, – нахмурилась Эста, выпрямляясь от стола и возвращаясь в мир проблем.

– Ты же только вчера приехала.

– Сегодня утром гонец примчался из столицы. Весь в мыле… Вилента просит срочно приехать. Что-то у них там случилось.

– С Эриадором?

– Да нет. С ним вроде всё в порядке, иначе бы написала. Ты вообще за него не волнуйся. Его теперь пятёрка "боевых кошек" охраняет. Так что ничего с ним случиться не может…

– Это хорошо, – кивнула Дина, – а как у него дела? Тебе удалось с ним поговорить?

– Дела у него идут – просто замечательно! Жив, здоров, по виду – чувствует себя прекрасно. А насчёт поговорить… Насчёт поговорить… Поговорить – пока никак!

– Почему?

– Заносчивый, до невозможности. Обиженный. Лелеет и холит свою обиду. Пытались десять тысяч золотых ему предложить, в качестве примирения – не взял!

– Он мог решить, что вы хотите его купить. Он гордый. Нужно было что-то другое…

– Что? Себя? В вечное пользование…

Возникла пауза.

– У меня… остались его кинжалы… – нахмурившись, нехотя произнесла Дина.

– Кинжааа-лы? – протянула с удивлением Эста, – какие-такие кинжалы? Ты мне про них ничего не говорила!

– Ну… как-то не пришлось… к слову.

– Не пришлось? А я поняла, когда ты мне рассказывала, что у него ничего с собой не было! Нищета. Что еще у него было?

– Гитара… но я её не отдам!

– Почему это?

– Оставлю на память. Дети будут учиться играть…

– Таа-аак, я не поняла. Какая ещё "память"? Я для чего работаю? Для чего мотаюсь, как заведённая, между столицей и Эторией? А? Что бы тебе вернуть твоего Эри. А она – "память"! Что, всё уже? Отказалась? Так предупреждать надо!

– Ничего не отказалась. Просто кинжалы редкие, а гитару он наверняка уже другую купил…

– Значит, пожадничала… Короче так – неси всё, что у него было! Вернётся – всё с собой привезёт. Понятно?… Хомячка…

– Да у него только с собой гитара была и кинжалы! Одежду и сумку выкинули… Сумка порвалась, когда его ловили, а одежда истрепалась…

– Вот и неси.

– А у меня тут ничего нет. Всё дома.

– Значит, расскажешь мне, где лежит, сама заберу.

Один из младенцев, похоже, недовольный упавшим уровнем внимания к нему, завозился в пелёнках и захныкал.