Чтение онлайн

Но не только пираты и не только европейцы практиковали вселение новых видов. На многих изолированных островах Океании живут дикие свиньи (мелкие, заметно уступающие размерами европейским кабанам), чужие для местных биоценозов. Они в незапамятные времена расселены там полинезийцами.

Процесс интродукции шел бессистемно: какие животные случались на борту, тех и высаживали на подвергнувшийся островок. Приживутся – хорошо, а нет, так островов в океане много.

По результатам выяснилось, что самый пластичный и приспособленный к выживанию вид домашних животных – европейская коза. Козы успешно приспосабливались и размножались на островах самым разных климатических зон в трех океанах. Они реально водились на острове, где бедовал Александр Селькирк. А в романах Дефо и Стивенсона козы вполне достоверная деталь. (У Жюля Верна иначе, на его о. Линкольна мореходы никогда не высаживались, европейским козам взяться было неоткуда – и автор заменил их муфлонами, якобы изначально жившими на острове).

Второе-третье места в заочном чемпионате по приживаемости на островах поделили свиньи и кролики, иногда соседствуя с козами. А на острове Гаити, например, одичали и в огромных количествах размножились быки и коровы. На Виргинских островах (на Британских) до сих пор существует на радость туристам достаточно экзотическая популяция одичавших ослов – а козы там не прижились, о чем напрочь забывают стивенсоноведы, отправляющие в те края Остров Сокровищ. На отдельных островах Антилов тоже можно встретить диких осликов, снова ставших почти ручными от близкого соседства с людьми.

Илл. 13. Вот такие дружелюбные ишачки водятся на острове Бонэйр (Малые Антилы).

А вот стада одичавших овец на островах не встречались. Овца животное своеобразное, тупое и ленивое, козы в сравнении с ними настоящие интеллектуалы, даже не вспоминая свиней, умом не уступающих собакам. Овца жрет и жрет свой подножный корм, пока не сожрет подчистую, оставив голую землю. Потом переходит на другое место, где всё повторяется. Без пастухов, перегоняющих с места на место, не позволяющих безвозвратно погубить пастбища, жизнь овец на острове долгой не бывала. Едва размножившись, все подчистую сжирали и подыхали от голода.

На этом зоологический экскурс заканчиваем и переходим к давно анонсированным пиратским войнам, случившимся на двух островах, Линкольна и Сокровищ. К сходству этих войн, явно не случайному.

Начнем с нумерологии. С числительных.

Когда к о. Линкольна прибывает пиратский бриг, островитян, который предстоит противостояние с пиратами, семеро.

Правда, седьмой из них, капитан Немо (отставной индийский принц Даккар), – человек нелюдимый, живет на отшибе в тайной пещере, с остальными не общается. Но существование Немо для островитян не тайна, они его вычислили, даже касательно его личности имеют кое-какие догадки (позже выяснится, что правильные). Так что сосчитать бывшего принца необходимо, тем более что именно он внес коренной перелом в противостояние, подорвав и потопив бриг под Веселым Роджером чем-то вроде мощной самодельной торпеды.

Кстати, о бригах. Шхуна «Испаньола» изначально задумана Стивенсоном как бриг, о чем он сам писал. Вернее, не задумана, а… в общем, понятно. Дословно: «С бригом (а „Испаньоле“ по-настоящему полагалось быть бригом) мне было не управиться, но я полагал, что сумею избежать публичного позора, если пущусь в плавание на шхуне».

С численностью протагонистов Острова Сокровищ разобраться труднее. Она постоянно меняется: одних убивают, взамен присоединяются другие.

Пройдемся по реперным точкам сюжета.

Самое начало противостояния, Хокинс только-только ошарашил кладоискателей известием о зреющем пиратском мятеже и констатирует: «Из двадцати шести человек мы могли положиться только на семерых». Семеро, все как у Жюля Верна.

Бросим взгляд на финал: клад добыт, «Испаньола» отплывает от острова. На борту опять великолепная семерка. Трое слуг сквайра погибли. Но взамен на сторону кладоискателей перешли Сильвер и Абрахам Грей, плюс присоединился островитянин Бен Ганн, и списочная численность осталась прежней.

Третья контрольная точка: самый разгар вооруженного противостояния, его кульминация. Проще говоря, битва за блокгауз. Обороняют его семь человек, не больше и не меньше: сквайр и двое его слуг, капитан, доктор, Джим Хокинс и матрос Грей.

Как ни меняется число протагонистов, далеко от изначальной семерки Стивенсон не уходит.

Но цифра – это всего лишь цифра. Тем более считающаяся счастливой «семерка». В конце концов, фильмы «Семеро смелых», «Семь самураев» и многие другие никак не связаны с романами Жюля Верна и Стивенсона.

Однако мысль о случайном совпадении цифр на корню режет сравнение персоналий этих семерок.

Вот кого мы обнаруживаем среди протагонистов «Таинственного острова».

1. Несовершеннолетний юноша Герберт. Аналог у Стивенсона – Джим Хокинс.

2. Бывший разбойник и пират Айртон, высаженный в одиночестве на необитаемый остров, перевоспитавшийся там и порвавший с преступным прошлым. Полный его аналог – Бен Ганн.

3. Среди островитян Жюля Верна три профессиональных моряка, один из них капитан (Немо). У Стивенсона моряков в числе протагонистов четверо, один из них капитан (Смоллетт).

4. Врачеванием на о. Линкольна занимается военный журналист Спилет. На Острове Сокровищ тем же занимается Ливси, в главной свое ипостаси офицер-якобит (отметим, что у Спилета дела шли лучше, ни единого пациента он не потерял).

5. Реальный глава островитян Жюля Верна (инженер Смит) и номинальный руководитель кладоискателей (сквайр Трелони) не схожи ни в чем. Но век другой, инженеры еще не существовали как сколько-то заметная прослойка, когда «Испаньола» отплыла из Бристольского порта.

6. На о. Линкольна живет негр Навуходоносор (для своих Наб), бывший раб инженера Смита, получивший вольную и ныне находящийся в статусе слуги. На Остров Сокровищ прибыли аж трое слуг сквайра – оно и понятно, все-таки он не инженер, а богатый помещик. Но вот что любопытно: есть версия, что один из этих слуг был темнокожим!

Об этой версии стоит рассказать отдельно.

Версия о том, что слуга сквайра Трелони был черным, высказана в одной из экранизаций «Острова Сокровищ».

«Па-а-анятно, – могут разочарованно протянуть читатели. – Кого только не перелицовывают нынче в темнокожих в угоду толерантности и прочим новым веяниям…»

Не спешите с выводами. Негр угодил и на борт «Испаньолы», и на Остров Сокровищ не по голливудской квоте для афроамериканцев. Речь о фильме давнем, в этом году мы будем отмечать его полувековой юбилей, а в те времена даже в Америке не считалось чем-то чудовищным назвать негра негром.

Тем более что экранизация 1971 года снята в СССР, где отношение к неграм всегда было вполне толерантным (в нормальном, не в нынешнем извращенном понимании этого термина), и никто не считал, что они нуждаются в каких-то дополнительных привилегиях. И причина была не в том, что негры в заметных количествах в СССР не жили.