Чтение онлайн

– Час!
– быстро ввернул Балк

– Хорошо, час. Ржевский, отпустите Бурноса, а сами заступайте на пост. Приказ прежний.

– Кстати, Бурнос мне сегодня жизнь спас...
– задумчиво произнес Михаил, и скрипнул зубами, устраивая больную ногу поудобнее, - когда мы к нашим окопам ковыляли, я случайно наступил столь профессионально простреленной вами ногой, на одного из тех японцев, что нам пулеметы утром взорвали...

Их там было двое, и как они умудрились так спрятаться в траве, что по ним полк пробежал, а их никто не заметил - не знаю. Тот, об которого я споткнулся, был опасно ранен, а вот второй был жив и весьма проворен... Но против Бурноса - как вы выражаетесь, "без шансов".

Ладно, давайте-ка поподробнее продолжим о главном, ради чего Вам меня пришлось спасать, прострелив мою же ногу, товарищ капитан второго ранга. Что ожидало Россию после мировой войны и революции?

– Много крови и грязи, товарищ великий... Потеря Польши и Финляндии. Вновь имперское величие, но уже под знаменем безбожия. Новая, страшная война с германцами. По другому сценарию, но опять при тех же забугорных режиссерах и статистах. Почти тридцать миллионов погибших. Великая Победа... Великие достижения... Великое предательство... И вновь - страшное падение и развал. Откол Малой и Белой Руси, Крыма, большей части Кавказа, Прибалтики, всех средне-азиатских земель...

– Господи, прямо конвульсии какие-то...

– Правда бывает горькой. Но раз напросились, то слушайте. Кто Вам тут кроме меня об ЭТОМ расскажет? И сколько можно меня называть капитаном второго ранга? Лейтенант я пока, хоть и с окладом капитан-лейтенанта!

– С сегодняшнего дня уже нет, Василий. Я урегулировал это с братом, теперь Вы капитан второго ранга, с чем и поздравляю. Правда боюсь недоброжелателей под шпицем у Вас от этого многовато появится. Две недели подряд они упорно пытались отказать Николя в столь "не мыслимой просьбе". Но он перечислил все, что Вы в этой войне уже сделали, и спросил, а мыслимо ли это для одного человека? Да и Макаров с Алексеевым поддержали, так что "законники" из ГМШ капитулировали, в итоге.

Кстати, брат с полным пониманием отнесся к моей идее изменений в системе чинопроизводства в обстоятельствах военного времени. Ценз и выслуга, это конечно важно, но у войны свой выбор. В общем, хотел я Вас вечером, при стечении всего товарищества поздравить, но, очевидно, не судьба...

Но давайте вернемся к нашим российским баранам. Какие именно деятели в окружении Николая Александровича, активно поспособствовавшие нашей катастрофе, Вам известны. В первую очередь из семьи. Об этом я хочу знать все. Даже если источники ваших собственных знаний не вполне верны, или субъективны...

Через час, облегчивший душу Балк, что-то легкомысленно насвистывая уступил наследника докторам. Как он и предполагал, ротмистра за это время и след простыл, тот ускакал в Артур "доложить о бое и героизме Великого Князя Михаила генералу Фоку, и похлопотать о присылке дополнительного подкрепления". Ну, насчет подкрепления... Хорошо бы, с паршивой овцы хоть шерсти клок. Может, с перепугу, Фока или Стесселя и уговорит прислать. Хотя в обещанную Петровичем и Вадиком дивизию, которую они в последней шифровке грозились подвезти морем прямо в Дальний через два - три месяца, верится больше.

Кстати, Вадику нужно напомнить о необходимости назначения на перешеек Кондратенко, а то по этому пункту уже третью неделю от него тишина. В отсутствие ТВКМа эти умники - Фок и Стессель - мало того, что не снимут с крепости всех, кого можно перебросить на перешеек, они могут ведь Третьякова и меня в конец достать... Не дай бог не удержусь. Что сойдет с рук Михаилу, вряд ли спустят мне...

Так, а теперь надо найти Бурноса и уточнить, куда тот дел раненого японца, интересно было бы пообщаться с кем-то, столь похожим на голливудского ниндзя.

"Так, а вот и Бурнос нашелся", - повернулся Балк в сторону ставшего уже столь привычным взрыва ругани с характерным белорусским акцентом. Он даже успел заметить отлетающее в сторону с криком "WHY?" высокое тело в светлой куртке. Интересно, и чем же Бурносу не угодил "мириканский" корреспондент?

– Рядовой Бурнос, отставить!
– остановил приближавшегося к лежащему Джеку Лондону со сжатыми кулаками солдата Балк, - а ну быстро, доложить по форме, что у тебя опять стряслось?

– Да шта же эта такое, таварищу Балк?!
– с искренним возмущением начал Бурнос, - и так сегодня пока усе дралися, мане пришлось вытаскивать таварища Михаила, всего то паре узкоглазых и довелось приложить! Так тут еще эта скатина мириканская меня по матери лаять будет. Да еще с таким выражением морды, будто мне медаль вручает, а я значит, терпи?

– Джек, - на английском спросил у пытающегося подняться с земли американца Балк, - что вы сказали этому солдату?

– Я был настолько восхищен тем, что он не только привел с поля раненого kniazia Mikhaila, но и по дороге отбил нападение двух японцев, да еще и притащил одного из них в русские окопы... В общем, я ему сказал "умрем за царя"!

– Бурнос, Александр... Неужели для тебя "We will die for the Tsahr" похоже на "послал по матери"?
– удивленно спросил у белоруса ничего не понимающий Балк.

– Никак не похоже. А вот на "*б твою мать", очення даже похоже було.

– Yes, yes, exactly - "ijeb tvojiu mat'", - старательно по буквам выговорил Джек Лондон, которому удалось, наконец, встать на ноги.

– Опять начинает, зараза, - недобро нахмурившись, двинулся в сторону опасливо сжавшегося, но вставшего, однако, в боксерскую стойку, американца, Бурнос.

– Джек, какой идиот вам сказал, что это означает "умрем за царя"??
– спросил, быстро втискиваясь между драчунами и разводя их в стороны, Балк.

– Это Ржевский, - раздалось всхлипывание от пня, прислонившись к которому сидел закрыв глаза здоровой рукой Ветлицкий.

– Yes, yes, лейтенант Ржевский, - подтвердил Лондон, - я у него еще две недели назад это выяснил. Тогда отбивали очередную атаку японцев. Они когда бегут в атаку кричат "Тенно хейко банзай", ну это я и сам знаю - "да здравствует император". А вот что означало "ijeb tvojiu mat'", с этим криком пулеметный расчет выкосил японскую роту, это мне уже Ржевский перевел - "умрем за царя"! Мистер Балк, ну почему вы смеетесь?

– Джек, умоляю, идите к Ржевскому, он сейчас у санитарного вагона, - корчась от смеха выговорил Балк, - и расскажите ему, до чего вас довела его интерпретация древнего русского боевого клича.

– Бурнос, - уже на русском обратился к солдату Балк, - Саша, будь ласка, проводи мистера американца к Ржевскому, он тебе все объяснит. И больше не стоит Джека бить, он и правда ни в чем не виноват. Лучше извинитесь перед ним вместе с поручиком, клоуны. "Умрем за царя", мать вашу...