Чтение онлайн

— Верю. Странно, что ты живешь у алхимика и сдаешь его дела с Портовыми.

— Я сегодня или завтра съеду к брату. Мне здесь страшно. А ты ведь никак не связан с Портовыми, так что тебе можно рассказать без риска, что придешь за них мстить.

— За Портовых теперь уже никто не отомстит.

— Но тебе полезно было узнать, кто устроил пожар на самом деле. Сейчас все начнут приписывать славу себе.

— Да. Спасибо. А Симон с алхимиком разве не верные люди твоего Котика?

— Они честные партнеры в разовых сделках, — уверенно ответила Кармина, — Симон, если чей и вассал, то только Магистра. А Магистру никто не хозяин.

— Счастливо оставаться, — Фабио встал и взял клетку, — У тебя день. Если золото у Симона, успей сбежать. Для Генуи здесь вопрос не только денег, но и престижа. Захотят взять колдуна — возьмут. Пусть даже для этого понадобится море святой воды и принцесса, чтобы жаб обратно выцеловывать.

— А если не у Симона?

— Если мы вернем золото с твоей подачи, неважно, от кого, то я не только дам уйти тебе, но и про Котика не вспомню.

— Обещаешь?

— Клянусь. Кому он нужен без золота.

— Один день я имею в виду до утра послезавтра, — Кармина выиграла ночь в дополнение к суткам, которые бы истекали завтра вечером.

— Хорошо, — Фабио решил не торговаться. У него тогда оставался еще понедельник до заката.

Кармина, проводив Фабио, задумалась о бренности всего сущего. Получается, что Фредерик с дядей решили лично отвезти золото в Кремону. Они что, матросов потеряли или корабль сломали в процессе абордажа? Могли, да. И то, и другое. Про матросов как раз успел сказать Лука. Нет матросов, значит, хочешь или нет, а сходи на берег. Потерять время в море, когда знаешь, что тебя будет искать Андреа Дориа — верная смерть.

Пока только Фабио Моралья знает, что за рыцарь украл королевское золото, и может связать этого рыцаря с Карминой. Но, если Котик с дядей так ярко отмечаются на больших дорогах, то не исключено, что завтра их имена будут обсуждаться на всех рынках Ломбардии и Лигурии. То есть, предложение Фабио не такое уж выгодное. Пройдут сутки, он получит свое золото, а взамен что? Обещание не арестовывать Кармину вот прямо сейчас? Оказанная услуга ничего не стоит. Он хочет несколько десятков тысяч золотом в обмен на день свободы? Даже королева не будет столько платить за всего один день.

Задача номер один — исчезнуть из Генуи. Кармина никогда не то, что за город, а на соседнюю улицу одна не ходила. Надо просить брата. У него тоже семья, он тоже в опасности. Путешествие — это расходы, а Котик забыл, что жене надо что-то оставить. Хотя, можно заложить цепочку с рубиновой подвеской. Дукатов семьдесят за нее дадут, а на них можно далеко уехать.

Задача номер два — чтобы никто не пошел по следам. Золото сейчас ищет вся Генуя. Фабио Моралья здесь самый умный, но не единственный умный. То, до чего он додумался первым, другие сообразят через день-другой. Если золото у Симона с Магистром, то у них тоже занесенный меч над головами, но они об этом еще не знают. Надо предупредить их и пусть в благодарность рубят хвосты.

«Честный полицейский» Фабио Моралья всю жизнь занимался борьбой с преступностью в Генуе. Когда у Рыцаря Королевы украли золото, Фабио с его верными людьми озадачили помогать рыцарю в поисках. Под Казальночето рыцарь с его неоценимой помощью вместо золота нашел свою смерть, после чего Фабио с чистой совестью вышел из гонки за сокровищами и отправился обратно в Геную разыскивать ту телегу золота, которую неизвестные отбили у французов в Изола-дель-Кантоне.

Но начальство не одобрило поведение Фабио при Казальночето даже с его слов, и теперь у Фабио двое суток, чтобы или найти золото, или пойти на виселицу.

Через двое суток следственных мероприятий он нашел вместо золота единственную улику. Почти настоящую заморскую свинью в клетке.

На Кармину фальшивая свинья впечатления не произвела, но Фабио подозревает Симона, ученика алхимика.

— Симон! Нам надо поговорить.

Симон последние два дня выглядел как истопник. Весь в черной пыли и в старой, местами прожженной одежде. Магистр даже попросил Пьетро приносить готовые обеды, потому что Симону будет не до кухни. Оба дня они готовили что-то свое в лаборатории наверху, а Брассо постоянно таскал по лестнице то уголь, то какие-то тяжести.

— Да, прекрасная сеньора?

— Ходят слухи, что вы с Петером Фуггером везли золото в день, когда он погиб.

— Не верю, — ответил Симон, но без особой уверенности.

— С вами ехала странствующая крыса, которую до этого купил французский рыцарь, — Кармина выложила свой единственный козырь.

— Черт, — Симон явно погрустнел. Мог бы усомниться в опознании крысы, но он-то не знал, что производство фальшивых морских свиней поставлено на поток.

— И у вас всего день, чтобы сбежать из Генуи, если не хотите предстать перед судом. Для Генуи найти королевское золото вопрос не только денег, но и престижа. Захотят взять колдуна — возьмут. Пусть даже для этого понадобится море святой воды и принцесса, чтобы жаб обратно выцеловывать, — Кармина процитировала Фабио.

— Два черта, — еще более грустно сказал Симон.

— И мне тоже надо бежать.

— Три черта, — Симон совсем скис, — Зачем?

— Затем, что у меня тоже всего день, если не хочу попасть в тюрьму без суда и следствия за содействие мужу в похищении королевского золота.

— Куда планируете бежать?

— В Кремону, конечно. Вслед за любимым мужем.

— Так они поехали в Кремону? — удивился Симон.

— Куда еще могли поехать верные рыцари короля? — ответила Кармина, — Ты же не думал, что они отбили золото у Лиса Маттео, чтобы набить свои кошельки.

— Они отбили золото у Лиса Маттео? — Симон действительно не знал, за кем гнались французы всю дорогу до Изола-дель-Кантоне. Он сам по предложению Кокки присоединился к гонке за Луи де Ментоном, сражался с отрядом де Ментона и отобрал золото у де Ментона. Де Ментону это золото передал Маккинли, который, в свою очередь, отбил его у какого-то рыцаря. Вот у какого!

— Четыре черта, — теперь нахмурилась Кармина. Она не исключала, что Симон и Магистр все еще выполняют поручение дяди Максимилиана. Оказалось, что золото пошло по рукам, и они присвоили его уже сами по себе, без обязательств перед рыцарями. И она теперь для них не близкий человек нанимателя, а ненужный свидетель.