Чтение онлайн

Гадство! Вот и почему Тод такой наблюдательный? Триша в этом конечно ему не уступает, но занятая своими проблемами, подруга упустила из виду мое мрачное в последнее время настроение.

– Лиси, я твой друг и ты можешь со мной поделиться, если хочешь. Обещаю сделать все возможное. Ты ведь много значишь для меня.

И тут я не выдержала. Сама не заметила, как слезы потекли по щекам, когда рассказывала о попытке самоубийства папы, разговоре с тетей и ее неожиданной смерти. Естественно умолчала о произошедшем между мной и лордом Овероем. Это касалось лишь меня и Бяки, да Тоду итак хватило информации для размышления. Под конец уже всхлипывала опухшим носом и друг неожиданно крепко обнял меня, делясь своим теплом и уверенностью. Оказывается, всю неделю мне настоятельно требовалось выговориться, ведь нести в себе такой груз в одиночку стало совсем не по силам.

Мы так и стояли с Тодом в обнимку, когда дверь в сарайку резко распахнулась, являя нам злого ректора и обеспокоенного Риммуса Лае. Не успел декан боевиков сказать и слова как бледно-голубые глаза Беккета Овероя сверкнули в полумраке, и неожиданно Мелански отлетел от меня в другой конец помещения, буквально распластавшись по стене.

– Лорд Оверой!
– возмущенно воскликнул декан Лае, но Бяка уже стремительно шел ко мне, магией сметая инвентарь на своем пути.

Стало страшно, когда ощутила магическое поле лорда Овероя, наполненное холодной яростью. Ноги сами начали пятиться назад, и неизвестно чем бы все закончилось, но Риммус Лае за долю секунды оказался рядом со мной. Обстановка в сарайке накалилась до предела. Я подняла заплаканные глаза на Бяку и мне показалось, ректор сейчас кого-нибудь убьет. Желваки ходили на его лице, выдавая всю степень гнева, вот только кому предназначалась данная эмоция, понять не могла.

– Адепт Мелански!
– процедил сквозь зубы Беккет Оверой и, чуть взмахнув рукой, притянул к себе по воздуху только-только очухавшегося Тода.
– Вы отчислены за драку в лекарском крыле и попытку насилия над адепткой Майтон!

– Что Вы несете?!
– поначалу даже не поняла, что реплика принадлежит мне, настолько была возмущена заявлением ректора.
– Немедленно отпустите Тода, лорд Оверой! Вы не имейте права его отчислить, и он не пытался меня изнасиловать, а просто поддержал.

– Интересно давно ли зажимательство в темной сарайке стало называться поддержкой?
– язвительно поинтересовался Бяка и чуть покачнулся вперед, заставив опешившего от разворачивающихся событий декана приготовиться в случае чего защитить меня или Тода.

– Это не Ваше дело с кем и как я провожу свое время. У боевых магов свободные отношения и они не возбраняются, Вам ли не знать!

Мама, вот что я несу? Он же меня сейчас как Мелански по стенке размажет.

– Ах, Вам свободных отношений захотелось адептка Майтон? В таком случае отчислена. Я свяжусь с Вашим братом, чтобы он немедленно забрал Вас! Удачного замужества!

– Да..., - слова "идите Вы лесом" чуть не сорвались с языка, но вовремя замолчала, вспомнив, что мы с ректором вообще-то не одни.

– Лорд Оверой, - наконец отмерший декан Лае встал прямо передо мной и без страха встретил злой взгляд ректора.
– Адепт Мелански, как и адептка Майтон входят в семерку избранных на новозимье. Согласно правилам академии Вы не можете их отчислить.

Хотела было возразить, но посланный рукой из-за спины декана разряд привел в чувство. Значит счастливого замужества решили пожелать, лорд Беккет Оверой? Теперь кровь из носу, но получу диплом боевого мага. Это дело чести!

– Адептка Майтон согласилась? Интересно когда?
– ректор высокомерно заломил правую бровь, и вот так захотелось сейчас вцепиться в его самодовольную физиономию, просто жуть.

– Только что, - призналась и с достоинством вышла из-под защиты Риммуса Лае.
– Вы сами настаивали на моем участии, говоря какой это шанс для боевого мага. Я осознала Ваши слова и подтверждаю свое согласие.

"Ну, выкуси", - злобно подумала про себя, а на лице изобразила полное отсутствие эмоций.

– Вот как значит, - уже спокойно сказал Бяка, и я мгновенно насторожилась.
– Хорошо, никого отчислять не буду, но происшествие в лекарском крыле так просто не оставлю. Судя по остаточному магическому следу, Вы, Мелански, напали первым, но Таймран использовал запрещенную магию. Поэтому Ваша троица будет всю неделю до бала руками чистить конюшни. Руками - значит без магии!

Троица? Декан Лае услышал то же самое и выразительно кашлянул.

– Все верно. Адептка Майтон наказана за помощь в побеге. И радуйтесь, что еще легко отделались. Через два часа назначена тренировка для боевых магов. Посмотрим, как вы, Мелански и Майтон, себя покажете, а сейчас живо на пары!

Добрый ректор открыл портал и издевательски-приглашающим жестом предложил в него зайти. Сглотнула про себя и под предостерегающим взглядом декана первой прошла мимо лорда Овероя, почувствовав сверлящий взгляд ректора где-то в районе пятой точки. Казалось, Бяка мысленно мечтал наказать меня совсем по-другому, нежели работой на конюшне.

К вечеру еле волоча ноги ввалилась в нашу с Тришей комнату. Подруга хотела было что-то спросить, но вместо этого помогла добраться до кровати и принялась стаскивать с меня грязную одежду. Бяка зверствовал четыре часа. На тренировке нам с Тодом естественно досталось больше всех, а потом ректор отправил на отработки. К нашему удивлению Таймрана на месте не оказалось. Уже через три часа, ползя каждый в свое общежитие, случайно с Мелански подслушали разговор двух преподавателей, что просить за своего любимчика к ректору приходила заместитель декана некромантов. Красавица Литиша Фойе была роковой женщиной, к ногам которой пал не один маг. Собеседники удивились, почему заместитель декана вышла из кабинета лорда Овероя потрепанная и довольная. От предположения у меня почернело перед глазами и если бы не Тод, я бы наверно не знаю... пошла бы на разборки к Бяке. Мои эмоции после изнуряющего труда и изматывающей тренировки зашкаливали.

Злая, обессиленная, морально растоптанная посетила душевые и до отбоя пошла искать призрака лорда Гармогенда. Меня интересовало, что произошло сегодня на зельеварении и куда делся злосчастный браслет. Неожиданно столкнулась с Тодом в зеркальном коридоре, где частенько обитал призрак. Похоже наши с другом мысли совпали, и мы вместе решили отыскать лорда Гармогенда.

– А он развоплотился, - после безрезультатных поисков наткнулись на призрак девственницы Артол, которая без капли сострадания охотно поделилась с нами новостью.

– То есть как?
– недоуменно спросил Мелански, - он ведь только сегодня...

– Что за балбесы учатся в академии на пятом курсе, а еще диплом хотят получить!
– рассматривая свои призрачные руки, с возмущением произнесла призрак.
– Вот взял и все, развоплотился. А вы Мелански и Майтон теперь встречаетесь? Сегодня такие слухи были...

Дальше уже не слушали болтовню противной девицы и в задумчивости направились в сторону академического сада. Я ничего не понимала. Лорда Гармогенда ведь мог развоплотись только ректор, но зачем Беккету Оверою это делать? А вдруг Альфус Рот прав?

Схватила Тода за рукав куртки и потащила к уединенному дубу. Когда убедилась, что нас никто не услышит, попросила друга не перебивать и пересказала слова лорда Рота. Кажется Беккет Оверой не тот, за кого себя выдает и у него есть определенная цель в Тринарской магической академии.

Глава 19

Снежный бал неуклонно приближался, а мы с Тодом так и не продвинулись в своем расследовании. Казалось, после исчезновения Брамса Йозефа и Орины Сун, развоплощения призрака лорда Гармогенда вся Тринарская должна стоять на ушах, но этого не было. Пару раз замечала на территории академии неизвестных магов. Судя по мелькнувшим на их мантиях нашивкам в форме волчьей головы, мне повстречались ищейки. Значит следствие все же идет, вот только на нем похоже не заостряют внимание. Также к ректору приезжали родители Сун. Мы с Мелански ждали хоть каких-то новостей или слухов, но увы никакой утечки информации не произошло. Между тем Орине Сун в семерке избранных быстро нашли замену. Боевая магичка Ариса Кунтли даже не скрывала радость от того, что ее пригласили на место пропавшей адептки. По мне было мерзко настолько открыто демонстрировать свои эмоции, ведь пропала наша одногруппница, одна из нас. Такое чувство, словно всех остальных совсем не волновали творящиеся в Тринарской странности, лишь зимний бал и ночь новозимья.