Чтение онлайн

Он пальцами касается в том самом месте, и я прикрываю глаза от удовольствия. Вновь сливаемся в поцелуе и Беккет, подхватив меня под ягодицы, перемещает чуть выше. Начинаю ерзать, так как внизу живота уже не пламя, пожар. Ласки все смелее, все откровеннее. Чувствую себя погибающим от жажды странником. Сейчас Беккет мой живительный источник, оазис, океан...

Руки везде и всюду. В какой-то момент остаюсь полностью обнаженной, и вновь взгляд Беккета изучает меня. Отблески пламени, горящего в камине, падают на его лицо. Как бы я хотела, чтобы он всегда смотрел на меня так. На секунду замираем, и слышу слова, которые заставляют исчезнуть последние сомнения, осыпаться пеплом.

– Как же ты нужна мне, мой маленький лисенок...

А потом окружающее пространство растворяется, прерывается очередным поцелуем, затягивающим меня в мир небывалой чувственности. Наши обнаженные тела соприкасаются. Кожа к коже. Там внизу ощущаю давление, которое нарастает с каждой секундой. Широко отрываю глаза и смотрю на Беккета. Раз и боль ошпаривает словно кипятком. Любимый замирает, дает возможность привыкнуть к чувству наполненности, единения. Теперь мы одно целое. Вместе. Навсегда. Появившуюся откуда-то слезинку ловят губами, и сама подаюсь навстречу, без слов умоляя продолжать. Ритм нарастает. Наши пальцы переплетаются. Я крепко сжимаю их, чтобы отвлечься от тянущего неприятного чувства. Постепенно, но боль уходит. Обнимаю Беккета ногами и целую. Мои руки вцепляются в его плечи, словно боюсь потерять, отпустить. Все быстрее и быстрее... Нежная страсть. Именно так охарактеризовала бы то, что сейчас происходит между нами. О другом первом разе я и не мечтала. Вижу страдание на лице Беккета. Ему сдерживаться оказывается не так просто, но он терпит ради меня. Мир замедляется, а потом резко возобновляет свое вращение. Толчок, еще толчок. Ритм нарастает. Царапаю спину Беккета, когда напряжение становится невыносимым. Моим стонам вторят его. Как же хорошо... Безумно. Невыносимо. Кровать скрипит, каждое проникновение ускоряет приближение чего-то волшебного, неизведанного. Мне кажется я не вынесу...

Беккет все же срывается и теперь отпускает свой самоконтроль. Да, это то чего сейчас хочу больше всего на свете. Ритм запредельный, как и напряжение во всем теле. Чувствую себя вулканом, который вот-вот взорвется. Страстный поцелуй, извержение, мой крик и стон Беккета, напоминающий стон раненого животного. Он закрывает глаза и на его лице появляется выражение блаженной муки. Открытый как никогда, уязвимый... И именно такого его вижу я.

Все закончилось, вот только дыхание никак не может придти в норму. Беккет осторожно отводит от моего лица мокрые пряди и утыкается лбом в плечо. Так мы и лежим какое-то время. Уютное молчание после свершившейся близости. Обнаженные не только телом, но и душой.

– Как ты, лисенок?
– спрашивает с беспокойством и пытливо заглядывает в мои глаза.

– Все хорошо, - смущенно улыбаюсь и признаюсь.
– Даже слишком хорошо.

– Было очень больно?

Он действительно переживает, и мое сердце совершает своеобразный кульбит. Обнимаю Беккета, прижимаюсь всем телом, до сих пор ощущая его в себе.

– Не так больно, как эти два месяца. Без тебя.

– Лисенок...

Нежный поцелуй, и я забываю обо всем.

После мы идем в купальню, расположенную в соседней комнате. Беккет набирает воды в большую лохань, а потом кидает туда артефакт для подогрева. Не слушая моих возражений, он моет меня и каждое его прикосновение вызывает ноющее томление. Меняемся ролями, и теперь я наношу пену на мускулистое тело, позволяю себе еще немного представить, будто все это принадлежит мне. Под конец купания сижу в надежных объятиях, и моя голова покоится на мужском плече. Наступает какое-то умиротворение. Мы говорим о моей учебе. Рассказываю об экзаменах, своих успехах и Тоде с Тришей, новом ректоре. Не спрашиваю Беккета, какого ему сейчас. Лишь на секунду, когда в голубых глазах появляется боль, обхватываю его лицо руками и дарю нежный поцелуй. Все портит внезапное понимание, что мы забыли, забыли о самом главном.

– Противозачаточное заклинание, - в ужасе шепчу я и смотрю на Беккета виноватыми глазами.

Он совершенно не обращает внимания на мою панику, берет большое махровое полотенце и тщательно вытирает.

– Ты сильно рассердишься, если скажу, что уже наложил на тебя чары длительностью шесть месяцев.

С трудом удерживаю собственное удивление, но похоже получается плохо.

– Когда же ты... Нет, не говори... Нет, все-таки скажи. Когда ты умудрился наложить их на меня и зачем?

– Помнишь, после нападение осьминожных монстров я навестил тебя в лекарском крыле. Признаюсь, тогда я с трудом удержался, чтобы не повалить одну маленькую дерзкую адептку на кровать, ведь она своими прелестями задурила голову главе академии.

– То есть после этого...

Не дав договорить, Беккет подхватил меня на руки и понес обратно в спальню. Поскольку теперь простыни были испачканы следами моей невинности, пришлось посидеть в кресле, пока любимый доставал чистое белье и менял его.

– Да, тогда я понял, что мой самоконтроль однажды может дать сбой, - признался Беккет и, закончив дело, вернул мою персону в кровать. Естественно, мне никто не предложил рубашку для ночлега, а на все попытки возмутиться, получила страстные поцелуи. Пришлось смириться и устроиться в теплых объятиях.
– Ты не оставила мне выбора, Лисандра. Рядом с тобой я теряю голову и последние крупицы самообладания. Иногда думаю, судьба намеренно столкнула нас, чтобы показать, как жалко выглядят мои попытки все контролировать в своей жизни.

О да, я прекрасно понимала любимого. Судьба тоже преподала мне пару уроков, болезненных уроков. Но сейчас невзгоды и проблемы остались где-то там, за стенами этой комнаты. Мы больше не разговаривали, наслаждаясь нашей близостью. Волшебное мгновение, особенная ночь для нас обоих. Не важно, что будет завтра. Главное сейчас мы абсолютно счастливы рядом друг с другом, а большего и не нужно. И да, подаренный когда-то Беккетом комплект белья все же пригодился. Он ведь так хотел увидеть его на мне. Все же некоторые наши мечты сбываются.

Глава 41

Мне снился чудесный сон. Легкие нежные поцелуи порхали словно бабочки по обнаженным плечам и шее. Было так приятно, волшебно, волнующе. Повернулась в кольце обнимающих меня рук и сонно приоткрыла глаза. Темно. Значит утро еще не наступило. Беккет не удержался и поцеловал в губы, а затем потерся своим носом о мой, вызывая приятные мурашки по всему телу. Эта нежность, о существовании которой раньше и не подозревала, стала неожиданным открытием. Разве когда-нибудь могла предположить, что именно ненавистный и вредный Бяка сделает меня по-настоящему счастливой.

– Который час?
– спросила шепотом и придвинулась еще ближе к Беккету, удобно устраивая голову на его груди. Он не возражал.

– Четыре, - пальцы нежно провели дорожку по моей щеке и обвели контур губ.
– С Днем Рождения, лисенок. Прости, хотел поздравить первым и не удержался... А теперь спи дальше.

Как же приятно, ведь я родилась именно в четыре часа. Вот только откуда он узнал? Хотя не важно. Важен сам поступок.

В груди появилось какое-то новое необъяснимое чувство. Я ведь боялась пробуждения, опасалась увидеть равнодушие в глазах Беккета, его отчуждение или даже насмешку, но после произошедшего ночью ничего не изменилось. Нежность, забота, тепло и... Теперь верила, у меня есть шанс на взаимную любовь. Любовь именно этого мужчины.

Пытаясь хоть как-то облечь в слова творившуюся в душе бурю, призналась откровенно:

– Спасибо. Ты даже не представляешь, как я рада, что сейчас здесь с тобой.

– Поверь, я тоже, - с трудом расслышала Беккета. Лишь ощутила, как его объятия стали еще крепче.

Закрыв глаза, в ответ собственнически обняла своего мужчину, оплетая руками и ногами и заявляя тем самым на него единоличные права. Мой, весь мой. Никому не отдам. Я - маленькая жадина. Точнее совершеннолетняя жадина. Пусть это волшебное мгновение еще немного продлится. Не хочу, чтобы оно прекращалось. Впервые за десять лет после смерти мамы я проснулась в день рождения с надеждой, с надеждой на новое счастливое будущее.