Чтение онлайн

— Пойдем, Карма, пора, хочу дать тебе кое-что.

В вагоне снова отгородились ширмой, как и многие другие. Рада достала небольшую потертую книжицу, оказавшуюся дневником. Листы пожелтели, отдельные слова поплыли, но все равно записи, сделанные знакомым, уже раз увиденным, твердым уверенным почерком, хорошо читались. Заметки пестрели именами, напротив некоторых стояли какие-то значки, часть предложений выглядела бессмысленно.

— Арвелл велел его отдать тебе в случае непредвиденной ситуации. Если не вдаваться в подробности, то он отметил врагов и союзников. Какие-то противостояния уходят корнями в глубокую древность, какая-то вражда возникла относительно недавно. Что касается Арвелла, то он тоже внес свою лепту, после чего этот дневник и возник…

В этом мире, помимо всяких рас и видов, имелись в наличии также и тролли с прочими многочисленными родственниками — работящие, нелюдимые и отличающиеся скверностью нрава. Традиционно они контролировали разработки сырья, драгоценных минералов и металлов. С одной стороны, консервативные по своей натуре, они нередко страдали от перемен, происходящих в этом мире. Тот же почти полный отказ от нефти как топлива и переход на пространственные движки значительно пошатнули их положение. Тем не менее, недра земли — это недра земли, и угрюмый народ сумел оправиться от удара и несколько иначе взглянуть на происходящее. В частности, они постепенно расширяли контроль над железнодорожными путями. Монополистским планам, к великому неудовольствию троллей, помешал Арвелл Рутхел, выкупив сразу несколько еще не захваченных компаний и слив их в единую. Тролли, разумеется, озлились и попытались выдвинуть ультиматум. Но были посланы в рудники не в самых пристойных выражениях. Они пошли по указанному направлению и стали создавать план мести. Вервольфы Скайнеры, разнюхав обстановку, предложили помощь. Но независимые по духу шахтеры порекомендовали последним заняться оплодотворением своих женщин. Скайнеры ощетинились и зарычали. Тролли на время схоронились в шахтах и очень крепко задумались над правильностью всех своих действий. Но снова возник на горизонте Арвелл, погрозил оборотням пальцем и заключил с троллями договор поставок определенного сырья для своих поездов. Тролли для приличия поколебались, поторговались, но здраво рассудив о том, что пока ничего лучшего им не светит, приняли партнерские условия. С тех пор дракон завел дневник, припомнил разного рода конфликты и сделал соответствующие пометки.

Я листала страницы и невольно ужасалась. Если верить записям, то род Рутхелов ненавидели практически все. С друзьями ситуация складывалась совсем печальная. Пресвятая сила Кориолиса, да за кого я замуж-то вышла, в самом деле? Это уже называется не вляпаться, и даже не найти приключений на свою задницу, а именуются такими терминами, которые мой переводчик озвучит уже четырех, а то и пятиэтажной конструкцией. Абзац, если одним, адекватно переводимым, словом.

— И что же происходило такого, что образовался столь обширный черный список?

— Разное, — пожала плечами вампирша. — Например, члены клана Пельц злы на Рутхелов за некий инцидент, закончившийся тем, что отец Арвелла вышвырнул в окно ныне здравствующего Эрлига Пельца. Солейны до сих пор не могут забыть тяжкого оскорбления, нанесенного им же, Рутхелом старшим. Он выкрал дочь главы клана — весьма недурственную Тамиру. Это вампиры бы, кстати, вынесли — привлечь внимание доминирующего дракона считается почетным. Но кровопийцы не смогли стерпеть того, что дракон побрезговал ею и не разделил ложе. А такое уже не прощается. Поэтому врагов у твоего супруга — хоть отбавляй, а теперь уже и у тебя. Где имели место личные конфликты, где застарелая вражда из-за земель. По правде говоря, Арвелл не слишком стремился налаживать отношения, но и практически, если сравнивать с предками, и не усугублял их.

Договорила и как обрезала свою речь. Возле губ прорезались морщины и исчезли. На вид — едва ли до тридцати дотягивает, а на деле… Я не решилась уточнять, даже косвенным вопросом, даже произнесением о датах исторических вех, пошатнувших основы мироздания и перекроивших карты на новый лад. Век есть, наберется, наверное, и два. А я сижу, малолетка такая, по сравнению с ней, покачиваюсь в ритм вагона и морщинки замечаю. И пытаюсь все выглядеть солидно, достойно, как будто все услышанное и увиденное с момента отправления поезда представляет собой повседневную и рутинную обыденность. Подумаешь, вампиры? Или стоит ли переживать из-за того, что более полусотни человек… нечисти, не моргнув глазом, всадят нож в спину? Пустяки, дело житейское…

По стеклу забарабанил неожиданно сильный дождь, почти сразу же потек скошенными извилистыми струями, превращая проносящийся безлюдный вид в творение художника импрессиониста. В вагоне стало тише, накатывали первые волны сна.

— Ладно, я спать, — сообщила Рада, — и тебе рекомендую. Кто знает, чем обернется эта встреча.

Я последовала совету, следом за спутницей расстелила пахнущую стиральным порошком постель, легла. Надо бы будет мужу сообщить, что запах слишком…

…моря. Сыпались и сыпались сверху звезды шелестящим дождем, пытались догнать, да куда им. Я летела быстрее, и ничто не могло сдержать мой полет, только бездонная морская пучина, столь долго ждавшая, и все же рванувшая навстречу, истосковавшаяся по дарам, по жертвам. Не смотреть, не видеть, не помнить! Пусть звезды! Но нет, нет больше звезд, не воротить назад, к ним, только с ужасом следить за своим стремительным приближением к взволнованной поверхности, поседевшей от предвкушения. Только распростерлась неявная тень, отхватила себе кусок мира, угомонила одним своим видом бездонную и оголодавшую утробу стихии. Сверкнули лезвия когтей, вспороли бока, не удержав, сомкнулись снова, на этот раз схватив крепко и надежно, остановив падение…

Я вскинулась, пошатнулась и приложилась затылком к стенке. Глухо прозвучал удар.

— Ты чего, подруга? — Несколько сонно поинтересовалась вампирша. — Еще не приехали, спи.

Спи, как же! Я с трудом, выравнивая дыхание, угомонила будто сорвавшееся с цепи сердце, стерла со лба проступивший пот. Что же это за сны такие поганые мне последнее время сняться. До телепортации в этот мир я вообще уже не помню сколько не видела кошмаров. А тут же, что б их, чуть ли не каждую вторую ночь снятся. И ведь сюжет совсем не страшный, красиво даже, да только выдергивает меня такой животный страх, стискивающий горло и перемешивающий все внутренности, что я пару раз даже едва не обмочилась в постели. Нет уж, пусть лучше маньяки за мной в снах с ножами и крюками гоняются, чем эта звездная пыль обволакивает.

Сон больше не шел, мерный стук колес пробуждал отдельные проблески памяти, не стершиеся никакими воздействиями, а лишь на время провалившиеся в глухую яму и теперь упорно ползущие назад, прочь от ловушки. Наверное, также вспоминали мои жертвы — отдельными всполохами, рваными снами, мучительными размышлениями и попытками собрать фрагменты в нечто цельное, монолитное. Нет, здесь другое. Андрей говорил, что изменил формулу, что теперь никто не умрет. Но сейчас я не верила его словам, чувствовала, что он лжет. Тогда — нет, поверила, а сейчас уже не могла. Хотелось верить разноглазому о действии приращения, очень хотелось. Или он ничего не говорил? Тогда просто хотелось верить. Да и про шприц никто не знал, даже тот же Андрей. Или кто-то узнал? Одной дозы ведь не хватало…

К полуночи дождь успокоился, будто кто-то повернул ручку и переставил на минимальное значение. Моросил, щупал мягкой лапой податливую землю, проверял прикосновением холод бетонных плит платформы, наивно льнул к оставшимся, проводившим поезд молчанием.

— Ты опоздала.

Призрачные мерцающие завесы соткались в невысокую фигуру, укрытую плащом. Голос выдал молодость, быстрые движения ее подтвердили.

— Но я дождался.

Фигура приблизилась. Жидкий свет фонарей выхватил из мрака капюшона мерцание внимательных глаз.

— Мне было велено передать тебе это… — голос дрогнул, из-под плаща вынырнул небольшой пластиковый конверт.

— Что это? — Удивилась я. Мои пальцы скользнули по пластику, но, прежде чем успели схватить, он исчез.

— Сведения, которые могут оказаться полезными.

— А что взамен? — Насторожилась Рада.

Я быстро на нее оглянулась. Я и сама подозревала что-то неладное, не надеялась на бесплатные подарки, но не успела так быстро все это оформить лаконичной фразой.

Моросящая ночь влажно липла, глушила звуки. Шарообразные ореолы фонарей, напоминающие опушенные одуванчики, едва-едва разгоняли темноту, вытесняли за пределы платформы, да и только.

— Информация, та, что будет получена в ходе расследования. Нам также необходимо знать имя врага.

Вампирша цокнула языком.

— Пока никакого расследования не ведется, — покачала я головой.

— Ты уже его начала. И тебе придется его провести ради пресечения войны. Ты — хранительница.

Как говорила Рада? Эльфы — еще те жуки?

Мальчик, ты слегка попутал. Это Арвелл хранитель, я же — несчастная тетка, оказавшаяся не в том месте и не в то время. Но вслух я произнесла совсем другое: