Чтение онлайн

«Петька, привет! Сто лет не виделись. Помнишь меня? Это я, Каролинка, учились вместе».

Вспомнит? Ответит? Действительно ли сейчас у монитора своего компьютера?

Пока я дожидалась ответа, вскользь просмотрела указанные интересы, группы, скупо заполненную стену. Нет, ничего необычного, все стандартно: авто, мужские паблики, голые девицы, гаджеты и спорт, походы и рестораны. Ничего цепляющего, ничего такого, что выдало бы в клиенте интересную личность. О чем с таким говорить? Чем тебя окрутить, Петька Веселовский?

«Привет» — высветилось в окне, — «Рад тебя видеть».

На контакт пошел, это радует. Но — сухо, безынициативно, отдавая дань формальной вежливости. Что ж, умничать не буду, заинтересовывать в данном случае с первых строк — тоже.

«Чем занимаешься? Как жизнь?»

«Да вот… всякое… железками торгую всякими. А ты как?»

«Ой, то тут, то там… как универ закончила, так долго без работы болталась. Потом успешно пристроилась, стала по выставкам кататься, материал собирать разный».

«Ясно».

Возникло молчание. Когда собеседник отвечает что-то вроде «понятно» или «ясно», то вероятность плодотворности дальнейшего диалога начинает стремиться к нулевой планке.

Но неожиданно показалось новое сообщение:

«У нас послезавтра компьютерная выставка будет проходить, моя компания тоже представляет продукцию. „Виртуальный мир — 2013“. Слышала?».

«Не поверишь, но планировала как раз попасть. Не знаю, правда, успею ли, я только с другой вернулась».

«Ты где сейчас?»

«В Самаре, но билеты еще не брала».

И какого черта я представилась кем-то вроде обозревателя или журналистки? Хотя, если вдуматься, можно все очень интересно обыграть. Например, я фотограф из мелкой газетенки… ой, не, вряд ли. Если Петька захочет посмотреть мою страницу, то наверняка удивится отсутствию обильного количества фотографий. Придется все же выступить в роли незадачливого колумниста. Незадачливого ли? В голове зрели схемы. А почему бы не использовать вполне действенную — «беззащитная девочка»? Приехать, потеряться, набрать номер, тонко намекнуть на собственную беспомощность, нехотя признаться в отсутствии знакомых в этом городе… многие на это велись. Хотя город-то родной, отсутствие знакомых будет выглядеть несколько странно. А, с другой стороны, столько лет уже прошло, и в моих немногочисленных друзьях по Интернету всего пара малознакомых мне личностей числится.

«Должна успеть. Самолетом?»

Можно и самолетом. Оплатит ведь Андрей своей любимице комфортную поездку. Или все же упрекнет, напомнит о моих доходах?

Зазвонил телефон, на экране высветилось имя босса.

— Легок на помине, — не удержалась я от насмешливого комментария.

Мобильник прижался к уху, в мозг полился знакомый до каждой интонации голос:

— Ну, что скажешь? Как тебе клиент, моя дорогая?

Я ухмыльнулась:

— Не буду врать, товарищ не пришелся мне по вкусу. Но, — произнесла я предупредительно, не позволяя перебивать, — все же поработаю.

— Так, значит? — Наигранное или искреннее удивление?

— Да, Андрей, да. Теперь активно размышляю, как мне перебраться в Северную Пальмиру из замечательной Самары — воздухом или землей.

— А ты ничего поближе взять не могла?

— Извини, милый мой босс, — подпустила я капельку лести, — так сошлись звезды.

— Через границу… — задумался Андрей, — поездом, думаю…

Я тоже склонялась к этому варианту. Как ни крути, но протаскивать препарат через таможню аэропорта пусть и не особо рискованно, но все же небезопасно. Да и схема, выстраивающаяся в моей голове, более удачно сочеталась именно с наземным транспортом.

— Я еду на какую-то идиотскую компьютерную выставку, где должна буду восхищаться и закатывать глаза при виде всяких железяк.

— О… — только и протянул Андрей.

— Вот именно, — улыбнулась я в трубку, — на которую не успеваю.

— И что предлагаешь?

— Ну…

Я пробежалась взглядом по следующим сообщениям от Петьки, потянулась до сладкого хруста в суставах. Кого я там изображаю? Великовозрастную недотепу, не способную без дополнительной помощи просуществовать ни дня? Думаю, в таком ключе будет совершенно не сложно сгладить все мелкие огрехи, способные вызвать у неглупого человека некоторое чувство настороженности.

— Ты уже что-то придумала, — удовлетворенно не спросил, сообщил, констатируя факт, шеф. — Когда ко мне заедешь? Завтра?

Непроизвольно мои губы растянулись в победной улыбке:

— Сегодня, Андрей. Сегодня.

Глава 3

Мобильник пришлось отключить и сдать в камеру хранения, как и многое другое. Старое едва ли не черно-белое недоразумение с тугими кнопками, приобретенное в ближайшем закутке, облепленном рекламными плакатами с новейшими моделями телефонов и выгодными тарифами, стало раздражать меня с первых же секунд. Нет ни сенсорного экрана, ни удобной навигации, ни полноценного менеджера контактов. С другой стороны, мне пришлось временно смириться с этим неудобством. Иначе вряд ли Петька поверит, что у красивой, но безмозглой девчонки украли все, кроме вполне привлекательного мобильника.

Город встретил меня зло и ворчливо, как незваного гостя, что хуже татарина. Он раздраженно дернул за полы плаща, растрепал и без того непослушные волосы, плюнул в лицо колючей моросью. Ну, здравствуй, дорогой, я тоже тебя искренне рада видеть. А ты не сильно изменился, признаюсь. Вроде как солиднее стал, строже, бардак несколько уменьшился. Только, смотрю, все равно забыл умыться, начистить зубы и угомонить своих суетливых и вечно хмурых подопечных. Впрочем, мне некогда было сравнивать прошедшее и настоящее, поэтому я, едва сойдя с поезда, метнулась на другой вокзал, где терпеливо дождалась той минуты, которая лучше всего смогла бы подтвердить, что я приехала из Самары, растерялась, оказалась в безнадежном положении.

— Петя… привет… — всхлипнула я вполне натурально сразу после скупого «алло», мысленно ругая промозглую погоду, — прости, что беспокою… тут такое дело… я. в общем… ну, мне очень неловко…

— Что произошло? — Сухо, по-деловому оборвал мои стенания собеседник.

— Петенька… у меня все украли… я в милицию… на поезд первый, на второй села. А если бы… если бы только знала…

— Ты где? — Снова заставил замолчать меня Веселовский.

— На Московском.

— Жди, сейчас буду.

Мне очень хотелось хотя бы мимолетным жестом отметить свою маленькую победу. Но я сдержала этот неумный порыв, обреченно кивнула и с такой же недовольной физиономией, как и у большинства окружавших меня людей, принялась шататься по вокзалу, стараясь не привлекать лишнего внимания.

Питер, Питер… я давно уже отвыкла от этого, пахнущего водой и загазованностью воздуха, от вечного столпотворения и хмурого неба, от студенистой слякоти под ногами и тяжелых сводов метрополитена. Серые дома, обреченные лица, нервный гомон, непоколебимая суровость переживших многое зданий — тоска, непривычная, но слабая, прокатилась мутной волной и отступила. Этот город был удивительным, чарующим, он помнил светлые дни теплого лета и искрящуюся волшебную мишуру новогодних праздников, он когда-то укрывал от всех бед и горестей и когда-то вел своими многочисленными улицами и переулками, раскрываясь удивительными уголками и громко ухая закрытыми от чужих глаз колодцами. Он слепил горящими закатами и манил ржавыми лестницами на крыши, он шелестел золотой и багряной листвой высоких деревьев, тихо вторя моросящему дождю, и упорно укрывал дороги тополиным пухом, вызывая чихание и насморк.