Чтение онлайн

Он толкнул дверь, которая заскрипела, словно сто лет ее не смазывали, переступил порог, но дальше прихожей не двинулся, негромко позвал:

– Есть кто живой? Отзовись! – Замер, прислушиваясь. Ответом ему была тишина. – В квартире никого нет, Диана сбежала ночью, впопыхах не выключила лампу.

– А машина стоит в гараже, я проверяла, – тихо возразила Лиля, продвигаясь вперед, к кухне, где над столом и горела лампа под абажуром.

Тем временем Алик заглянул в ванную, свет горел и там, он двинул в комнату, пошарил по стене, щелкнул выключателем и невольно вздрогнул.

– Лилька, – позвал Алик глухо. – Лилька, иди сюда...

Ах, что за райский уголок! Правда, три фонаря на всю деревню, ну, может, четыре, да из окон падал рассеянный свет, однако передвигаться без фонарика по деревенским улицам опасно – шею свернуть недолго. Но запах! Насыщенный запах зелени, увлажненный речным воздухом, одурманивал, просто пьянил, а удивительный покой, которого никогда не бывает в городе, настраивал на раздумья о вечном. Например, о жизни и ее суетности. Последнее время Береговой много суетился, надо сказать, не безрезультатно, потому не отложил визит к хозяйке «Нивы». Каково же было его удивление, когда, проезжая по деревне и с трудом обнаруживая номера домовых владений, он подъехал к халупе Панасоника. Несмотря на это, Береговой не отказал себе в удовольствии пару минут постоять и прислушаться к покою, который разбавлял мирный стрекот сверчков, привнося в этот покой умиротворение. Иногда раздавался лай собак, свидетельствующий, что в этом безмятежном раю все же течет обычная жизнь, просто ее спрятала ночь.

Береговой тряхнул головой, сбрасывая очарование наступившего лета и позднего вечера, подошел к ограде и позвал несколько раз:

– Хозяйка!

Галина появилась на пороге, но не подошла к Береговому, а сначала крикнула:

– Кто там?

– Следователь Береговой. Разрешите войти?

– Ну, заходите, – неохотно пригласила она, двинув к нему навстречу, тем самым давая понять, что в дом его впускать не намерена. – Что это вы так поздно?

– Разве? – улыбнулся Береговой, разгадав ее маневр. – Еще только девять.

– А у нас в девять уже спать ложатся. Вы по какому поводу?

– Может, пригласите меня в дом?

В нерешительности Галина покусала губы, но не нашла причин, чтобы не пустить в дом следователя.

Панасоник и Валерьян Юрьевич, естественно, заинтересовались, кто в ночную пору пожаловал, хорошо бы за самогоном. Оба смотрели в одно окно, отодвинув с разных концов занавеску, вдруг Валерьян Юрьевич вытаращил глаза:

– Следователь! Какого хрена ему надо? – И заметался. – Куда, куда мне деться? Панасоник, спрячь меня!

– Беги в Галкину комнату, Юрьич, – скомандовал Панасоник. – Там шкаф большой, поместишься.

– В шкаф? – поморщился тот. – Фу, как пошло!

– Беги бегмя! А мы тут с ним по-свойски...

Черного хода в доме нет, следовательно, нет и выбора. Вдруг следователь захочет посмотреть, как живут люди в деревне, пройдется по комнатам, но прятаться в шкафу...

– Папа, – более чем громко крикнула дочь. – К нам следователь.

– А че такое? – встретил Берегового Панасоник, невинно моргая. – Мы чего-то нарушили?

– Нет-нет, – успокоил его следователь, осматриваясь. – У меня всего лишь несколько вопросов к вашей дочери... да и к вам.

– Сидайте, – отодвинул от круглого стола облезлый венский стул Панасоник, сел напротив, Галина прислонилась спиной к стене, настороженно, даже недружелюбно уставившись на следователя. – Давайте ваши вопросы.

– Галина Тарасовна, вы сегодня были у Катерины в институте, дали ей крупную сумму денег...

– Была и отдала, – не отрицала она. – Вернула долг. Я поступила неправильно? Это сейчас наказывается?

– Но почему вы отдали деньги самой младшей, а не старшим сыновьям или старшей дочери?

– Валерьян Юрьевич не давал мне распоряжений насчет старших детей.

– Значит, деньги вы брали у него, а вернули девочке? Это он так распорядился?

– Да. Он предупредил, если его не найду, то я должна отдать деньги Кате. Вам, наверно, известно, что Валерьян Юрьевич пропал?

– Разумеется, – усмехнулся Береговой, шкурой почуяв неправду, а в чем она, не мог определить. – Исчез бесследно, с катера во время грозы. По всем признакам он утонул... или ему помогли утонуть, но трупа не нашли. Когда вы взяли в долг?

– Два месяца назад.

– Простите, а где же достали такую крупную сумму за столь короткий срок?

– Отец дал, он теперь вместо Валерьяна Юрьевича работает, неплохо зарабатывает, я продала серьги и кольца.

– Странно...

– Вам кажется странным, что продают украшения?

Она умна, отметил про себя Береговой, умна и осторожна. Заметил он также и неестественно подобострастное выражение на глупом лице Панасоника, тот буквально в рот заглядывал, словно к нему пожаловал на чай губернатор с дорогими подарками, а он не знал, как его отблагодарить. И ложь витала между отцом с дочерью, только вот какая штука: придраться не к чему.

– Странно, что Валерьян Юрьевич назначил вместо себя вашего отца, – сказал Береговой, – а вы, Галина Тарасовна, выступили в роли опекунши. Ведь Катя ушла из дома, находится в довольно тяжелом положении, вдруг вы привозите ей деньги. А она вас впервые видела...

– Зато с ее отцом мы неплохо знакомы.

– Настолько неплохо, что Тараса Панасовича не знают старшие дети? – пытался подловить ее Береговой.

– В чем вы нас подозреваете?

Если б он мог сформулировать подозрения! В то же время Береговой уверился, посетив этот дом: существует некая взаимосвязь между странностями, просто ему не удается ее нащупать.

– Пока я расследую тяжкое преступление, которое непосредственно касается Валерьяна Юрьевича, – сказал он. – Два человека убиты, сам хозяин джипа внезапно пропадает, я опрашиваю всех, кто так или иначе был связан с Валерианом Юрьевичем. Кстати, вы купили «Ниву» на днях, где же взяли деньги на покупку машины?

Пауза. Панасоник забегал глазенками, ища помощи у дочери, та лихорадочно соображала, какой дать ответ, а Береговой прекрасно понял, что поставил обоих в тупик. Константин Михайлович, подперев ладонью щеку и посматривая то на отца, то на дочь, наслаждался паузой, терпеливо ожидая, что они будут лгать, а в том, что получит очередную порцию лжи, он не сомневался.

– На покупку машины я и заняла деньги, – ответила Галина.

– Хотите сказать, что «Нива» стоит двадцать тысяч рублей?

– Конечно, дороже, – нервно бросила Галина. – Я же говорила, что продала серьги...

– И кольца, – кивнул он, мол, помню. – А почему не купили два месяца назад, когда заняли деньги?

– Ждала подходящую... подешевле. У людей бывают обстоятельства, когда они вынуждены продавать ценные вещи вполцены, мне такие люди и попались. Долг вернула не весь, только часть. Остальное верну со временем, мы с Валерьяном Юрьевичем договорились... я буду возвращать частями... Что вы пристали ко мне с покупкой? – неожиданно вспылила Галина. – Какое отношение имеет моя машина к убийству тех двух?