Одна жизнь Сарро ла Касса
Шрифт:
Сложно сказать, о чём думал парень в тот миг. Казалось, он был растерян.
– Ориби… Может… Яам я не в состоянии…
Я замер. «Ну, а как я могу?! — дрожь перенеслась на мои руки — Эрдели ведь прекрасно знает, как трепетно я стал относиться ко всему, что связано с жизнью!»
– И чего ты стоишь, как зачарованный? Дали — делай! Так нет, стоит столбом и лишь глазами хлопает!
– Ну, Ли, как ты можешь так говорить? Успокойся, прошу… Со мной было всё намного хуже!
При слове «хуже» её лицо окончательно побелело.
– Не напоминай! — прошипела она.
– Ай!
Глаза рыжего вмиг налились кровью.
– И зачем ты такой?! — пропыхтела Лили, скривившись, — Будто это так сложно?
– А ты сама подумай…
«Она что с ума сошла? Кормить своего питомца нами?! — в ужасе понимал Эрдели, таращась на происходящее, — Не сказать, что я испытываю особую боль, но, сами подумайте, как это выглядит со стороны? Этот запах и правду странен, от него мой нос без конца чешется, а на языке чувствуется засуха. Чёрт! Или это какая-то магия, или… да что же это со мной?..» — пока он думал, рыжие волосы колыхались из стороны в сторону, действуя в такт сбившемуся дыханию. -Эй… малыш? — сдавленно прошептал он, — Ты как? Няшик нехотя оторвался от ранки и заулыбался. Две тонкие струйки спускались по его подбородку, запрыгивали под белый воротничок и надежно скрывались там, соприкасаясь с тонкой белесой кожей. Он кивнул и поднял на паренька свои алые глаза.
– Лили же сказала…
Он закивал.
Глядя на это, вампирчик притих, отпустил Эрдели и со словами: «Мне уже хватит!» медленно заковылял в другую комнату. Перед глазами рыжего по-прежнему была она! Алая, струящаяся, горячая. «Почему это странное желание не покидает меня? Неужели, живя в одном доме с вампиром, я обернулся и стал таким же?» — мальчишка боялся своих мыслей, но с каждым мгновеньем убеждался, что может быть прав. Он вскочил с золотистого покрывала, такого, какими были укрыты все диваны в доме Сарро, и, крадучись, рывками побежал вслед за черноволосым.
Он стоял, поджав губы, и коленки его сотрясались в едва заметной дрожи. Напротив Няшика сидел Сарро. Молчал и нервно перебирал пальцами.
– Как ты мог? — сдерживаясь, чтобы не сорваться, сказал он. Размеренный и наэлектризованный, его голос излучал гнев.
Вампирчик боялся глядеть в глаза Сарро. Он ёрзал за стулом и не находил себе места.
– А я и не собирался…
– Если Лили не дождётся от меня определенных действий, она сделает их сама. Ты хоть понимаешь, в какие рамки она меня зажала, или нет?!
Малыш набрался сил и, не взирая на все свои «искренние» чувства к ла Кассу, приблизился к нему и кивнул.
– Я? Но ведь я тоже…
– Мне плевать! Забирай и уходи! — он кинул под ноги Няшику небольшой красный пакетик, — Выметайся с моих глаз! Немедля…
Названный молчал и, оскалившись, уверенно поступал ближе к вампиру.
– Что ты себе позволяешь? — удивился Сарро, — Эй!
– Хватит меня отталкивать! Когда-то, раньше, ты был готов убивать других, лишь бы жили мы! Я знаю, это так. Мне сказала она. Но что я вижу? Что нашло на тебя? Что заставило так измениться?!
Ла Касс замер.
– Ты… Что ты от меня хочешь?
Малыш не ответил. Коснулся его руки и с нежностью потёрся о неё лицом.
– Почему ты молчишь?..
Но эмоции не позволяли Сарро вымолвить ни слова. Он снова почувствовал то, что ощущал, когда рядом была Луна. Стоял, жадно впитывая нависшую тишину и странное покалывание, струящееся с руки Няшика.
– Там, во второй полке, есть ещё несколько пачек… Передай одну из них Ориби и заставь его её выпить…
Эрдели замер, боясь, как бы ни сорвётся и не издаст какого-либо звука. Обошлось — он дождался выхода вампирчика, а так как была приоткрыта дверь, услышал последний диалог. «Сарро простил его?! Ушам своим не верю!» — парень ещё крепче прильнул к двери, а потом выскочил из неё, точно проходил мимо. Наигранно заулыбался, здороваясь с Няшиком, и стал ожидать ухода Сарро. «Осталось всего 20 минут. О, если бы он… нет! Я должен отвлечь его! Иначе ничего не выйдет…» — рыжеволосый ускорил шаг. Не говоря ни слова, Сарро накинул на плечи плащ и выскользнул из комнаты. «Он никогда ни с кем не прощается…- отметил про себя Эрдели, — Особенно, со мной! Боится что ли? Нет — смешно. Но в чём же тогда причина? Если бы ненавидел, вряд ли бы пустил просто так посидеть — выгнал бы. Так нет! Что-то здесь не чисто…» — дрожащими руками он стал открывать небольшой шкафчик, белоснежная поверхность которого так и лучилась электрическими искрами. Пальцы вспотели в попытке открыть, ключ никак не хотел залазить в щеколду. Наконец, он поддался и с едва слышным щелчком, отворилась дверца. Из неё тотчас же полился тёплый сладковатый запах, мгновенно вскруживший обоняние паренька. «Он забыл про неё! ЗАБЫЛ!» — радость забилась в нём ключом и засветилась в ликующих глазах. Эрдели взял пакетик, обхватил его дрожащими руками и, стараясь не противиться, выпил, влив в себя одним быстрым движением. «Я хочу это сделать с того самого момента, как Няшик вонзил в меня свои клыки! Вот уже час не могу думать о чем-то другом… Неужели он обратил меня?.. Я выпью и, будь, что будет! Надеюсь, испив крови, Сарро всё же сумеет признать меня…» Тёплые капли полились по его подбородку, а некоторые пролились на пол. Парень смотрел на них, как завороженный, не в силах отвести глаз… Он ещё думал, как она может быть тёплой, если лежит в холодильнике, но на этот вопрос он так и не нашёл ответа…
– Наверное, магия…
…Она смотрела на меня и мечтательно улыбалась. Софи! Та самая девушка, по глупости своей укравшая мой камень. Неужели Лили так и не сумела стереть её память окончательно, и малые крупицы тех дней не смогли расстаться с ней? Вокруг меня было много девчонок. Среди них и моя первая здешняя жительница — весёлая маленькая хохотушка Анкалимэ. Удивляюсь, как Ли не ревновала меня, или я просто не знаю? Хотя чего ей так себя вести? Всё, что мы делали, это сидели в тёплом кафе и пили разные соки. Девчонки спрашивали меня о былом, я отвечал. И лишь одна, зажмурившись, хлопала глазами. Софи… И почему её взгляд так крепко прикован к моим глазам? Она что-то помнит. Да! Но, спорю, не можем вспомнить всю правду… Когда праздник закончился и большинство присутствующих разошлось, я понял, что пора и мне возвращаться. Готовиться к Новому году, что стремительно мчится в наши края. Как вдруг кто-то окликнул меня. Закричал звенящим голосом, прорезавшим тишину этого маленького уютного магазинчика.
– Эй ты, крылатый!
«Думаешь, я так просто тебе сдамся?» — чуть было не засмеялся я и, поджав губы, последовал желанию неприятеля — взмыл ввысь, в снежное небо прямо на глазах ошеломлённых продавцов. Простите за нанесённый вам шок! Но того требовала моя жизнь… Я больше не тот слабак, каким был раньше и не позволю издеваться над собой! Никогда. Я не тот тщедушный и маленький, каким, возможно, выгляжу в ваших глазах — внешность мне не изменить, но себя я обрёл, и я стал сильным. Снег больно щипал за щеки, оседал на крыльях острыми гроздьями, но я не робел — огонёк нашего дома уже виднелся вдали. Я летел к нему, как только мог, ведь знал, что там меня ждёт Она.
– Эх ты! — смеясь, воскликнула Ли, глядя на мои немного обмороженные крылья, — И ещё вампиром себя зовёшь! На, выпей лучше! — протянула она мне чашку горячего лимонного чая, — Замёрз! Трясёшься весь! — коснулась похолодевших перьев и провела рукой по моим волосам.
Кьюрелли впала в отчаяние. «Когда он только успел?! — думала она, глядя на небольшую конуру на заднем дворе. Внутри спала, скрутившись клубочком, небольшая шоколадного цвета собачка, а над её головой было нацарапано кривым почерком Сарро её имя: «Луна». В недоумении, женщина смотрела на такой странный поворотом событий.
Она хотела найти сына и посоветоваться с ним на счёт происходящего, но была бессильна в его поисках. Сжавшийся в комок, он сидел в углу комнаты Сарро и мучился, раздираемый странными необъяснимыми чувствами. «Неужели это — и есть голод? — гадал он, пустыми глазами следя за силуэтом матери, зачем-то мелькавшей под окнами, — И какого чёрта сейчас идёт этот снег? Сколько можно! Я не хочу! Ни выйти, ни… Собственно, я уже ничего не хочу… Меня всё так бесит! Раздражает, как никогда прежде! И это тиканье часов, и эта метель… Даже скрип пола…»