Одна жизнь Сарро ла Касса
Шрифт:
Моих надежд, что стоят
И не хотят отступить,
И не хотят умирать…»
Плюс к этой «мрачнухе» сегодня с самого утра лил дождь. Типичный грядущий май. Небо пронизывали дождевые тучи. Падали первые шумные капли.
– Можно включить свет? — сказала Сондра, запихивая чесночную булочку в портфель, однако учитель проигнорировал вопрос. Я огляделась и удивилась: «А он вообще здесь где-нибудь есть?»
– Девочки, — шепнула на ухо Карме, — Кто-нибудь видит выключатель?
Наше недоумение прервал ла Касс.
– Пишите сочинение на тему: «Жизнь после смерти».
– Что он такое придумал? Возомнил нас некромантами?! — услышала возмущённый шёпот Веги.
Вскоре, на моё удивление, послышался скрежет перьев.
– Не отвлекай учителя! — вставила Луна, как бы защищая того.
– Arbeit! — с акцентом бросил Сарро.
Он сел на стул и оглядел всех нас. Сарро нравилось, когда дети что-то делали, а он вот так отдыхал. «Как много прошло лет с тех пор, как я был в Альфагессе…- голубая сакура мелькала пред его воспоминаниями всё чаще, — Омедерро запретил мне покидать школу… Сбежать я не смог. Нет теперь той свободы, что прежде… Не было, — поправил сам себя, — но вскоре будет! Будет! И я в это верю! Вампир не спускал пристального взора с меня, — Что она напишет? Вспомнит ли что-то из прошлой жизни? Или — из будущей? Рисковать нельзя, необходимо выведывать всё тайно из её же уст. Пусть даже таким путём. Если всё окажется так, как следует, мы, наконец, сумеем сделать то, о чём мечтали долгие годы!»
– Что за дикие темы! — с гримасой сказала Саша, когда прозвенел звонок, — Я вообще ничего не поняла и не написала! — веселая при любых обстоятельствах, она была лучшей подругой Анфиссы. Одно время очень увлекалась фентези, однако влияние книг осталось до сих пор. Когда-то Саша даже участвовала в школьной постановке. Упросила учителей дать ей роль вампира. Те долго не соглашались, под конец сказали: «Твоё дело». Это было ещё в пятом классе. Но подруга, вспоминая тот день, то и дело именовала всех черноволосых вампирами. В череду таких попал и ла Касс.
«Хорошо, что Саша не говорила это при нём! Обидится ведь! А может ему наоборот понравится? …» — размышляла я. -Действительно, — сорвалось с уст, — Для школьного сочинения весьма необычно. Если даже не странно.
– Говорите, темы странные, а мне кажется, это учитель такой! — воскликнула Анфисса, захлопав глазами, — Вы поняли, о чём я?
– …он бы ещё прочитал нам каких-нибудь заклинаний! — смеясь, фыркнула Саша.
– Предлагаю проследить за ним!
– Клио, ты снова за вчерашнее! Я против! — тотчас же отрезала Карме, — Это безрезультатно! Ну, что ты хочешь увидеть?
– Ты — трусиха и поэтому не хочешь идти! — закричала я, — А ведь наблюдения и эксперимент — главные постулаты научных открытий!
Карме хмыкнула.
– Кто бы говорил… Так теперь уже о науке рассуждаешь? Не ожидала. Не кажется ли тебе, что до настоящих открытий здесь далеко!
– А я согласна с Клио, — ответила Анфисса, — Хотя бы потому, что это весело!
– Так ты не веришь мне?
– Верю, как подруге. Но, если призадуматься… Я не знаю. Мне бы хотелось, чтобы среди скучной школьной жизни что-то произошло… Но я не уверена, что готова к этому.
– Мы должны понаблюдать за ними, хотя бы недельку! — взмолилась я.
– Нет, — недовольно воскликнула Карме, -Я не намерена заниматься этим и тратить своё время! Ещё ходить куда-то! Мне учиться надо! Вот если бы мы могли следить, находясь прямо на уроках…
– А это идея! — мои глаза загорелись яркими огоньками, — Давайте создадим дневники! Распределимся, и пусть каждый выберет себе одного учителя, — последнее слово я сказала тихо, на случай, чтобы нас не услышал кто-то, кому не следует, — Будем писать об увиденном. Если у кого-то есть друзья из других классов, расспросите и их. Пусть помогут!
– Давай я возьму Эмби! — первой заявила Луна.
– Мне-то всё равно, — послышался второй голос.
– Руш, — коротко отозвалась Саша.
– А вы не смейтесь, мне история нравится, могу за Николло поглядеть… -засмеялась Анфисса, -Да, впрочем, он такой душка!
– Кому что! — вставила Карме, — Ты ведь даже ни разу не видела его!
– Не одна я. Все мы! Зато теперь, может, и увижу! Увижу, а вы нет, и будете завидовать потом! — засмеялась она во весь голос.
– Я могу физика взять, — сказал Лэн, — а если что, «отфутболю» мелкого гнома одним пальцем!
За колоннами зловеще шумел лес, словно чуявший наши разговоры. Тучи скрывали солнце. Вдали промелькнула какая-то точка, устремившись к небесам, к башне директора.
– …Также необходимо проверить все странные места, — взахлёб говорила я, мечтая побывать в названных пунктах, — 3-ий этаж седьмого отсека, из-за закрытых стен которого доносятся странные голоса; туалет на четвёртом этаже, где когда-то исчезла ученица; подвал; астрономическая башня и, конечно же, запретная!
– Ты с ума сошла! — воскликнула Бекка, — Она ведь может обрушиться! …
– Ты тоже в это веришь? Но ведь до сегодняшнего дня она стояла! И будет стоять… Нас обманывают, это же очевидно!
– Это может быть опасно! …
– А я хочу узнать правду!
– Клио, — вступил Лэн, — Мне так неловко, это ведь я «заразил» тебя этими идеями,
прости меня за эти глупости!
– И не подумаю! Ты ничего не сделал! Вдумайся сам! …
Третьей была химия. Я поражаюсь: «Как Эдмонд может жить в таком беспорядке?! И как директор терпит такого учителя? Как педсовет одобряет такое лицо и не хочет найти ему замену?» Следуя принятому решению, Саша следила за Эдмондом Рушем. Но сегодня, словно чувствуя пристальный взгляд девушки, он был невероятно взбудораженным и нервным. Даже вызвал Сашу к доске, но не успела та и встать, как прозвенел звонок. Дневник остался пустым. И зря! Перепады настроения, особенно повышенная нервозность, достойны отметки.
Уроки кончились. Мы стали свободными птицами! Погода была ясная, по-весеннему светило солнце, из леса доносился сильный запах хвои. Дождь кончился ещё во время химии, зато вся пришкольная территория утопала в болоте! Сегодня на наших столах среди школьных тетрадей и учебников появилось по небольшому блокноту. Кто-то украсил его цветочками, кто-то лишь написал имя, я же лишь поставила подпись. Случилось так, что все выбирали учителя сами, мне же достался последний — Сарро ла Касс. Признаться, я недолюбливала его. Я не понимала, как можно быть таким, как он! А потому считала весьма загадочным и странным. В дневник я записала всё, что знала. Даже «Франт», — прозвище, придуманное ему Лэном. Не знаю, к месту ли оно? Упомянула кратко и о самой школе, что большинство ходит в чёрном и, после уроков учителей редко где встретить.
»…твоя тетрадь хранит в себе немые тайны, она хранит их в решётках ровных клеток…»
Затем пошла к подругам, узнать, что написали они. В глубине души я знала, что как бы они не выступали против моих идей, они всё равно поддерживали меня. Это было видно по глазам и, это нельзя подделать. Погода портилась на глазах: по полу сквозил холодный ветерок. Как я и предполагала, многие восприняли мою идею, как абсурд. Однако Карме рассказала, что вчера видела-де Цыина, стремглав бегущего через Восточные ворота школы. Я сочла это необходимым записать. -Может, это тебе кажется? — тихо вопрошала подруга, — Ты думаешь, мы действительно найдём что-то? «Она говорила: «Ты думаешь?» и «действительно…», а не: «Ты уверена?», «Что это даст?». И я была очень этому рада!