Чтение онлайн

– Знаю, старик, знаю… – прошипела Шайлар, стирая пот и кровь из неглубокого рассечения над бровью тыльной стороной перчатки.

Она чувствовала свой адар как собственное, израненное тело. Его боль. Его предел. Нейроинтерфейс разрывался от сигналов перегрузки, виски ломило тупыми ударами, а перед глазами то и дело расплывались цветные пятна помех.

– Гермес, статус! Твои щиты?

– Щитов нет давно! Броня держит, но уже трещит по швам! Левый сервопривод ноги поврежден – маневренность почти на нуле! И боезапас плазмы на исходе! – в голосе Ника впервые за весь бой прорвалась ярость. – Где эти чертовы «Соколы» Ардена?! Они же должны были быть здесь еще полчаса назад!

Истребители поддержки опаздывали. Фатально опаздывали. Предательство или очередной штабной просчет – сейчас это было уже не важно. Они остались одни против волны, которая неумолимо накатывала, грозя поглотить их.

Шайлар снова увидела на тактическом дисплее, как последняя зеленая точка Т-17 окончательно растворилась в безопасной зоне гиперперехода. Кириан. Он успел. Он будет жить. Теперь их очередь выполнить свой долг. До конца.

Она стиснула зубы, посылая Агилис в отчаянный маневр уклонения от залпа тяжелых орудий вражеского аронима. Ее адар, ее верный партнер, ее вторая душа – он отзывался на команды почти из последних сил, поврежденный двигатель выл от перегрузки. Мысль о Кириане – его лице в последние мгновения у трапа, отчаянном и любящем, – на долю секунды обожгла сознание.Живи, Кир… Пожалуйста, живи…

–Реактор – пятнадцать процентов. Нестабильность критическая. Рекомендую немедленное…

– Поняла, Агилис. Хватит цифр, – она оборвала систему. Машинально проверила заряд импульсных орудий – почти на нуле.

– Гермес! Уходим в центр! Концентрированный огонь по командирскому арониму! Попробуем забрать с собой хотя бы их главного! – крикнула она Нику.

– Принято, Афина! – голос Ника снова был тверд. – Зададим им жару напоследок!

Два тяжелораненых адара – стремительный, но израненный Агилис и несокрушимый, но почти обездвиженный Титан – развернулись и пошли на последний, самоубийственный прорыв. Прямо в центр вражеского строя, навстречу стене огня. Они двигались почти синхронно, прикрывая друг друга, их орудия били без остановки, выкашивая ряды врага. Облегчение от того, что шаттл с любимым ушел, смешалось с холодной яростью последнего боя и странным, горьким чувством выполненного долга.

Конец был близок, Шайлар это знала. Но Афина Первого Полка не сдастся без боя. Никогда.

***

Шайлар

Кабину Агилиса нещадно трясло. Сирены боевой тревоги выли, перекрывая грохот близких разрывов и скрежет поврежденного металла. Красные лампы аварийных систем отбрасывали нервные блики на лицо Шайлар – бледное, предельно сосредоточенное, с тонкой струйкой крови, снова сочащейся из разбитого уголка рта и стекающей по подбородку. За паутиной трещин на бронестекле кабины бушевал огненный вихрь – их последний бой.

– Гермес, держи левый фланг! Не дай им прорваться к транспортному коридору! – голос Шайлар был спокоен и тверд. Ее пальцы летали над сенсорной консолью, выжимая из тяжело раненой, почти умирающей машины все возможное.

Рядом, чуть отставая, грузно маневрировал черный Титан Ника, огрызаясь огнем из последних действующих орудий.

– Держу, Афина! Но их тут как грязи! – отозвался Ник, его голос тоже был напряжен, но без паники.

–Пилот, давление в основном контуре реактора – двадцать процентов! Утечка охладителя! Щиты – пять процентов!– бесстрастный синтезированный голос Агилиса звучал как приговор.

– Держись, старик, – прошипела Шайлар, стирая пот со лба тыльной стороной перчатки. Под глазом саднила свежая ссадина от недавнего удара о приборную панель. – Гермес, статус!

– Левый манипулятор кавера разбит! Едва держу сектор! Враг лезет со всех сторон! Где эти чертовы «Соколы»?! – Ник едва сдерживал ярость.

Истребители поддержки опаздывали. Фатально опаздывали. Шайлар бросила быстрый взгляд на тактический дисплей – зеленая точка транспортника Т-17 почти скрылась в безопасной зоне гиперперехода. Там был Кириан. Они успели. Теперь их с Ником очередь выполнить свой долг. До самого конца.

– Задача почти выполнена, Ник. Еще немного продержаться, – пробормотала она скорее для себя, переключая энергию с поврежденных систем на основные орудия.

–Реактор – пятнадцать процентов. Нестабильность критическая.

– Поняла, Агилис, – Шай активировала канал связи. – База «Альфа», вызывает Афина. Докладываю! Транспорт Т-17 с курсантами и гражданским персоналом вышел в безопасный сектор! Эвакуация успешно завершена! Мы с Гермесом держим периметр до подтверждения полного отхода!

– Принято, Афина. Подтверждаем, – раздался голос координатора Базы. – Эскадрилья поддержки «Соколы» уже на подходе, три минуты до зоны! Вам и Гермесу – немедленный отход по коридору Дельта!

Три минуты… Шайлар горько усмехнулась про себя, глядя на кишащие красные маркеры врага, сжимающие кольцо вокруг них с Ником. У них не было и тридцати секунд.

Кириан

Мостик транспортного шаттла Т-17 был погружен в напряженную тишину. Кадеты и гражданские были в грузовом отсеке, здесь, наверху, оставались только пилоты, связист, Лития и он – Кириан, прикованный к тактическому дисплею.

– «Соколы» на подходе! Три минуты! – слова координатора Базы прозвучали для Кирианa как спасение. Надежда, острая, как лезвие, пронзила его. Они успеют! Шайлар и Ник смогут уйти!

Он слышал ее доклад Базе – спокойный, четкий, деловой. Будто она рапортовала об успешном завершении обычного патрулирования. А потом приказ Базы на их отход…

Но они не уходили.

Две зеленые точки на тактическом дисплее продолжали метаться в красном море вражеских сигнатур, огрызаться огнем, становясь все слабее, все уязвимее.

– Они не уходят… – прошептал Кириан. Ледяной пот стекал по спине. Он видел на своем личном планшете, который все еще ловил остатки телеметрии, критические показатели их систем. Повреждения, несовместимые с боем. Мощность реакторов падала на глазах.

– Что вы делаете… – прошептал он, глядя на экран.

Капитан корабля нахмурился, искоса посмотрев на бледного кадета. Но Кириан уже ничего не видел и не слышал. Он активировал свой личный комм – тот самый, защищенный канал, что связывал только их двоих. Его пальцы дрожали, нажимая вызов.

Шайлар

Его вызов. Прорвался сквозь вой сирен в кабине. Личный. Кириан.

На одном из вспомогательных экранов мигнул запрос на видеосвязь. Секундное колебание –проклятая, последняя слабость!– и она приняла вызов. Она должна его увидеть.

– Шайлар! Ты жива! – его голос ворвался в кабину, срываясь от отчаяния и надежды. – Возвращайтесь! Вы должны уйти! «Соколы» уже в секторе! Они успеют! Слышишь?!

Лицо Кириана заполнило небольшой экран. Бледное, искаженное страхом, глаза широко раскрыты, в них плескалась такая боль, что у нее самой перехватило дыхание. Боги, как же он повзрослел… и как же невыносимо юн он был сейчас. На ее собственном лице наверняка отражался весь хаос боя. Но она заставила себя улыбнуться – криво, через силу. Было больно убивать эту отчаянную надежду.